Безумный

Дождь шел уже третий день подряд. Капли глухо били по крыше старой заправки, смешиваясь со скрежетом металла. Марат сидел у стены, лениво прислонившись, и медленно точил нож. Воздух был тяжелым— пахло сыростью и бензином. Адриана сидела у стены, подтянув колени к груди, и пыталась не слушать скрежет металла. Она поймала себя на мысли, что снова смотрит на Марата. Темная куртка, мокрые волосы, спокойное лицо. Слишком спокойное. Будто исчезновение людей было чем-то привычным для него. Словно почувствовав ее взгляд, Марат чуть поднял голову. — Что? Адриана резко прикрыла глаза. — Ничего. После исчезновения двух человек атмосфера в группе изменилась. Люди стали тише. Начали спать с оружием в руках. Перестали отходить далеко друг от друга. Только Марат выглядел так, будто происходящее его совершенно не касалось. Адриана поднялась с места, чувствуя, как начинает болеть голова. — Я выйду подышать. — Одна не ходи, — сразу сказал Даниэль. Она закатила глаза. — Я просто выйду на улицу. Но стоило ей подойти к двери, как позади снова раздался спокойный голос Марата: — Я пойду с тобой. Адриана обернулась не сразу. Марат уже поднялся с места и теперь медленно шел к двери, убирая нож в карман куртки так спокойно, будто между ними не было этого странного напряжения последние несколько дней. — Не обязательно меня сопровождать, — сухо сказала она. — Я знаю. Он открыл дверь раньше, чем она успела что-то ответить. Холодный воздух ударил в лицо. Дождь почти закончился, но небо все ещё оставалось тяжелым, черным, без единого источника света. Вдалеке тянулась пустая трасса, уходящая прямо в темноту. Адриана вышла наружу и глубоко вдохнула влажный воздух. Внутри заправки находиться становилось невозможно. Она услышала шаги позади еще до того, как Марат остановился рядом. Несколько секунд они молчали. — Даниэль думает, что ты маньяк, — неожиданно сказала она, продолжая смотреть вперед. Марат тихо усмехнулся. — А ты? Полагаю через него ты говоришь свою мысль? Адриана повернула голову. В темноте его лицо было видно только частично — его высокий лоб, прямой нос, бледные полные губы, мокрые пряди темных волос и эти спокойные зеленые глаза. — Я думаю, что ты скрытный, и…—Адриана неловко запнулась— в целом ты спокойный, даже слишком. — Интересно. Это еще не худшее, что обо мне говорили— Марат ухмыльнулся. — И что же в этом плохого? — Мне кажется, что тебя ничего не пугает. — Адриана, может потому, что мне собственными руками пришлось убить своего отца?— Марат вытянул руки перед собой, будто до сих пор видя на них кровь. — Прости, пожалуйста— Адриана поняла, что сморозила глупость. Ведь не знаешь как человек будет вести себя после таких трагичных событий. Вспомнить хотя бы ее— в ушах стоит крик ее сестры. Адриана не может простить себя, за то, что не успела защитить ее, и ей пришлось бежать, чтобы им не умереть двоим. Адриана опустила взгляд. — Мне жаль. Марат ничего не ответил. Только провел ладонью по мокрым волосам и тихо выдохнул, будто сам не любил вспоминать прошлое. Повисла тишина. Адриана украдкой посмотрела на него снова. Даже сейчас, после этого разговора, в Марате оставалось что-то странное. Что-то, из-за чего рядом с ним невозможно было расслабиться до конца. Словно за его спокойствием скрывалось нечто намного хуже. И почему-то именно это притягивало ее сильнее всего.