Часть 1
14 мая 2026 г., 21:19
Соджи негромко постучал в двери дома. Уже вечерело, и Ханаэ-сан заканчивала с домашними делами, поэтому он решил поговорить сейчас — до ужина, когда в доме обычно становилось слишком многолюдно и любое слово терялось в повседневной суете.
— Окита-сан, что-то случилось? — спросила женщина, открывая дверь.
— Пока нет. Я хотел бы поговорить с вами наедине.
Серьезность его тона заставила Ханаэ на мгновение замереть. Даже в самые напряженные дни патрулей и сопровождений он умел сохранять привычную легкость, иронию, почти невесомую улыбку, будто мир вокруг не способен был его по-настоящему задеть. Сейчас же перед ней стоял другой мужчина — собранный, чуть напряженный.
— Хорошо, входите.
Они устроились за небольшим столиком в зале.
Соджи аккуратно положил перед собой оба меча.
— Мой меч принадлежит Кондо-сану, — произнес он ровно, — но моя жизнь и сердце — Сенджу Рисалии. Позволите ли вы мне защищать вашу дочь до самого конца?
Ханаэ удивленно посмотрела на него, словно не сразу решив, как именно принять эти слова — как формальность, как клятву или как признание, сказанное слишком честно, чтобы его можно было отшутить.
— Что ж, Окита-сан, — медленно начала она, и в ее голосе мелькнула мягкая насмешка. — Наконец-то вы перестанете с ней прятаться по углам Сейретея и украдкой держать друг друга в поле зрения каждый воскресный ужин, будто завтра может не наступить.
— Вы меня смущаете, — тихо ответил он.
— Это невозможно, — тихо рассмеялась Ханаэ
— Я хочу сделать официальное предложение, как только она закончит академию шинигами.
— Вот как. Почему? — спросила Ханаэ. — Вы ведь не подростки, могли бы оформить ваши отношения независимо от ее учебы. К тому же потом ей предстоит обязательная служба в Готей-13.
— Вот именно, — спокойно ответил Окита. — Я хочу, чтобы за их ворота она вошла с моей фамилией.
Ханаэ на мгновение замолчала, словно взвешивая не столько слова, сколько стоящее за ними намерение.
— Вы снова меня удивляете, — наконец произнесла она с легким смехом. — Продумали даже это.
Затем она чуть склонила голову и, уже без шутливого тона, сказала:
— Я даю разрешение на брак.
Соджи опустил взгляд, когда Ханаэ произнесла эти слова.
На мгновение в комнате стало совсем тихо. Только за тонкими стенами дома шумел уже вечерний ветер, и где-то на кухне тихо потрескивали угли.
Он медленно выдохнул, словно только сейчас позволил себе расслабиться.
— Благодарю вас, Ханаэ-сан.
Женщина внимательно посмотрела на него. Теперь напряжение в его плечах стало заметнее. Не капитан второго отряда шинсенгуми, не опасный мечник, о котором ходили слухи. Просто мужчина, который пришел просить разрешения любить ее дочь.
— Рисалия знает? — мягко спросила она.
Соджи едва заметно улыбнулся.
— Нет. Если честно… я хотел сначала поговорить с вами.
Ханаэ поднялась и аккуратно подвинула к нему мечи обратно.
— Берегите ее.
Улыбка Соджи стала заметнее.
— Ради этого я и живу.
И в этот момент послышались быстрые шаги.
— Мама, ты не видела мой… — голос Рисалии оборвался.
Она застыла в проходе, переводя взгляд с матери на Соджи… и на его мечи, лежащие между ними.
— Что это вы тут делаете?
