Запах дождя и старых книг

В Сохо лил дождь. Не тот праведный ливень, что смывает грехи, а обычный, осенний, лондонский — противный и настырный. Кроули сидел в кресле Азирафеля, вытянув ноги в змеиных ботинках на антикварный столик. Обычно он держался с грацией падающего ножа, но сейчас он просто... выдохся. Солнцезащитные очки он не снял, хотя на часах был поздний вечер. — Тебе не кажется, что это глупо? — вдруг спросил он, нарушая молчание, которое длилось почти час. Азирафель оторвался от книги. До этого он делал вид, что читает, хотя на самом деле ловил каждое изменение в позе демона. — Что именно, дорогой? Галстук-бабочка? Знаю, ты считаешь его старомодным, но... — Нет. Всё это. — Кроули резко встал и метнулся к окну. За стеклом по стеклу стекали тяжёлые капли. — Мы отменили Армагеддон. Сыграли вничью. И что? Они просто будут ждать. Адама не вечно будут отвлекать собаки и деревенские ярмарки. Рано или поздно… — Кроули. Азирафель подошёл вплотную, что само по себе было нарушением дистанции. Веками они мерили шаги, оставляя между собой ровно столько воздуха, сколько нужно для приличий. — Ты дрожишь. — Ангел сказал это не как вопрос, а как констатацию факта. — Демоны не должны дрожать. Значит, ты очень замёрз. Кроули дёрнул плечом, отворачиваясь к окну. — Не смеши. Я — падший. Преисподняя во мне. Какая, к Сатане, простуда? — Не простуда. — Азирафель мягко, как кошку, осторожно коснулся его локтя. — Ты боишься. И знаешь, это… разрешено. Сейчас. — С каких пор? — С тех пор, как я решил, что нам не нужны ни Рай, ни Ад, — тихо сказал ангел. — Нам нужно вот это. Дождь. Испорченный столик. Две чашки зелёного чая и полное отсутствие плана на следующую тысячу лет. Кроули резко втянул носом воздух и всё же снял очки. Его жёлтые змеиные глаза в свете настольной лампы выглядели усталыми и очень, очень человеческими. — А если у них есть план? — прошептал он. — На нас? — Тогда, — Азирафель улыбнулся той самой фирменной, виноватой улыбкой, от которой у Кроули всегда случалось короткое замыкание в демонической логике, — мы устроим второй, гораздо более эффектный побег. Я уже знаю, где взять отличный «Бентли» и ящик хорошего красного. — Два ящика. — Три. И мы поедем туда, где всегда идёт дождь, чтобы тебе не пришлось прятать глаза за стёклами. Кроули молчал ровно шесть секунд. Затем, по-змеиному плавно, положил голову на плечо ангела. Не обнял — боже упаси, он же всё-таки грозный демон. Просто устал. Азирафель чуть помедлил, потом поднял руку и провёл кончиками пальцев по рыжим волосам, пахнущим серой и чем-то сладким, вроде карамели. Снаруси лил дождь. Внутри тикали все книжные часы разом — у каждого своё время. Но для них время наконец остановилось. — Азирафель? — пробормотал Кроули в ворот его безупречного жилета. — Мм? — Я всё равно ненавижу этот дождь. — Ты его обожаешь, — ласково солгал ангел. — Просто не привык, что можно признаваться в хорошем. Кроули не ответил. Но и не отодвинулся. Внизу запищал сигнализация «Бентли» — кто-то (определённо не Кроули) поставил его на сигнализацию, чтобы ангел не крал из машины конфеты. Впрочем, история умалчивает, сколько конфет уже лежит в Азирафель.