Истории, что остались за кадром

Вэй Ин был известным танцором в проекте «Восхождение на гору Мо Си». Крупные контракты, гастроли и выступления перед широкой публикой. Он был звездой, лучиком света в этом жестоком мире шоубизнеса. Несмотря на нападки со стороны других участников, Вэй Ин никогда не поддавался и даже с теми, кто считал его соперником, он был добр. Благодаря воспитанию и любимым родителям, которые поддерживали его во всем, парень вырос достойным человеком. И вот, очередное выступление, Вэй Ин одет в узкие джинсы, полупрозрачную рубашку, что очерчивала его стройное тело, собранные в хвост длинные черные волосы, пирсинг в губе и несколько ярких сережек в ушах. Он, как и всегда выглядел безупречно. С каждым разом, Вэй Ин не боялся экспериментировать. Выходя на сцену, он одаривал публику своей светлой улыбкой и танцем, в который вкладывал всего себя. — Дамы и господа, вашему вниманию представляется Вэй Ин и его команда, с новым танцем! — громко объявил ведущий. Вэй Ин с ослепительной улыбкой вышел на сцену, вместе с ребятами, что уже стали для него родными. Заиграла музыка и он полностью отдался танцу. Восторженные аплодисменты, крики фанатов из зала: — Вэй Ин, женись на мне! — Я хочу от тебя детей! Все это он слышал слишком часто, что уже и не обращал внимания. Вэй Ин был открытым геем и состоял в официальных отношениях с актером, его звали Лань Чжань. Отстраненный и холодный для публики, он был заботливым парнем. Многие удивлялись, как столь разные люди могли быть вместе, а фанатки досадовали о том, что у них и шанса не было даже попытаться заполучить сердце танцора. Каждый раз, когда у Лань Чжаня выдавалось свободное время, он старался присутствовать на выступлениях возлюбленного, пусть и привлекал к себе чужие взоры. Их обоих не волновало излишнее внимание публики. Мир шоубизнеса либо сожрет тебя, либо ты сам будешь диктовать правила. Это было давно известно всем. Однако, сегодня Лань Чжань был на съемках, но это не расстраивало Вэй Ина, ведь он знал, что тот приедет домой и они проведут время вместе, без всех этих объективов. Но все ли было хорошо в их отношениях на самом деле? С каждой минутой музыка становилась более оживленной, плавные движения, капельки пота на лице и открытой груди, откуда выглядывала небольшая татуировка веточки сакуры. Все это заставляло зрителей приковать свой взгляд к сцене, восхищенно распахнув глаза. Шаг, еще один, высокий прыжок и треск под ногами при приземлении. — Все в порядке! — выкрикнул Вэй Ин, но замер, замечая, что левая лодыжка окрасилась алым. Кажется, он даже видел свою кость. Музыка резко затихла. Боль прожигала, едва позволяя держаться. Его команда подбежала к парню, помогая высвободить ногу. Ткань джинсов пропиталась кровью и была порвана, сломанная кость и впрямь торчала, ему не показалось, а белые кроссовки уже стали серо-алого цвета. — Вэй Ин! — Что случилось? — донеслось из зала. — Я… — Вэй Ин попытался подняться, чувствуя, адскую боль и то, как кровь все сильнее стекала из открытого перелома. — Кто-нибудь, вызовите скорую! — крикнул парень из его команды. Так как они были на сцене, ни у кого из танцоров не было с собой телефона. Встревоженные взгляды были направлены лишь на него одного. Вэй Ин чувствовал их, слышал голоса из зала, но молчал, чтобы не закричать. «Неужели это конец? — пронеслось в голове Вэй Ина. — Как скоро я смогу вернуться? А еще… кажется, я словно почувствовал что-то еще… боль невыносимая!» Вэй Ин с покрасневшими глазами продолжал сидеть в окружении своей команды, которые были в растерянности, кто-то даже потерял сознание от вида крови и открытого перелома. — Сохраняйте спокойствие! Скорая уже здесь! — сказал ведущий. Вэй Ин плотно сжимал губы, продолжая держаться. Все начиналось прекрасно, но этот прыжок, а после и доска, что так не вовремя треснула под его ногой, будто перечеркнули карьеру молодого танцора. — Вэй Ин! Держись! — сказал кто-то из команды, смотря, чтобы он не потерял сознание от потери крови. Вэй Ин лишь кивнул, но в горле стоял ком, ему было действительно страшно. За все годы, что он провел на сцене, самой серьезной травмой было лишь растяжение, а сейчас, словно судьба решила подшутить над ним. «И что теперь? — думал Вэй Ин. — А ведь гастроли только начались! Я всех подвел!» Корил себя молодой танцор. Он понимал, что уже ничего не сделать, но паника не отступала. Танцы для Вэй Ина были всем. Если ему скажут, что он не восстановится или что не сможет вернуться на сцену, то что с ним станет? Когда на сцене появились врачи с носилками, то его команда позволила переложить Вэй Ина на носилки и один из них зафиксировал сломанную ногу. — Че-е-ерт! — не выдержал Вэй Ин. Боль была невыносимой, но сознание ненадолго прояснилось, заставляя широко распахнуть глаза. — Господин Вэй, вы должны находиться в сознании! — сказал один из врачей. Его подняли вместе с носилками и понесли прочь со сцены. Всю дорогу до больницы, Вэй Ин просил телефон, чтобы связаться со своим парнем. Он знал, что Лань Чжань был на съемках, но не мог не написать ему или позвонить. И вот, получив телефон, Вэй Ин дрожащими руками набрал номер. — Лань Чжань… — голос звучал хрипло, а всхлипы, что уже не удавалось сдерживать раздались прямо в трубку. — Вэй Ин? Что-то случилось? — казалось, что сейчас этот ответ звучал холоднее обычного, заставляя Вэй Ина еще больше волноваться. На время повисло молчание, а после донеслись голоса персонала: — Мы на месте, осторожнее с пациентом! — Не позволяйте сменить положение! Пусть подготовят операционную! — Ты можешь приехать? — собравшись с силами спросил Вэй Ин. — Господин Вэй, вам нужно провести операцию! Прошу, завершите звонок, — окликнул его один из врачей, что вез пациента в сторону операционной. Лань Чжань ничего не ответил, заставляя сердце сжаться от страха. Вэй Ин верил, что их отношения искренни и что его действительно любят, не смотря ни на что. Однако, это молчание, завершенный вызов, словно внутри что-то оборвалось. На этот раз первым трубку положил его парень. Стоило Лань Чжаню услышать медперсонал, как в телефоне раздались гудки сброшенного звонка. Отдав телефон медперсоналу, Вэй Ин прикрыл глаза. «Почему ты ничего не сказал? — думал Вэй Ин. — Твой голос… неужели он решил бросить меня? Почему он сбросил первым? Что… что происходит?» Вэй Ин часто переживал о расставании, потому что они были слишком разными. Боялся, что слишком достает своего парня, а последнее время они словно отдалились. Даже засыпал теперь Вэй Ин отдельно, иногда обнаруживая, что Лань Чжань уходил в другую комнату. Когда он пытался поговорить, ему отвечали, что все в порядке или: — Давай не сейчас, я устал… Вэй Ина тревожило поведение его парня. После введения наркоза он провалился в сон, где тревожные мысли новыми волнами опутывали сознание танцора. Операция прошла успешно, но пришлось ставить металлические спицы, чтобы зафиксировать ногу. Вэй Ина переместили в палату на одного человека, но медперсонал оставался рядом, дабы наблюдать за состоянием пациента.

***

Три дня спустя

Больница «Юньмин»

Вэй Ин восстанавливался после операции. Лишь на второй день он впервые пришел в себя, но узнав, что его парень так и не приходил, он все больше переживал. Казалось, что после этого перелома, сломалась не его лодыжка, а вся его жизнь. И вот, лежа на больничной койке, Вэй Ин посмотрел на спицы, что торчали из ноги, от колена до самой лодыжки. — Ну и зрелище, — покачал головой Вэй Ин. Чувствуя сухость во рту, он потянулся за стаканом с водой, делая несколько глотков. В этот момент, в палату вошел врач, держа в руке папку с карточкой пациента, мужчина кашлянул, будто привлекая внимание. — Господин Вэй, как ваше самочувствие? — начал он осторожно. Вэй Ин посмотрел на мужчину пустым взглядом, в нем не было и капли той жизненной энергии, которая выплескивалась на сцене. — Мой парень, он… — Боюсь, что нет, он не приходил, — покачал головой врач. — Быть может у него забитый график? Вам стоит больше отдыхать сейчас и через два дня вы уже сможете отправиться домой. — Забитый график… конечно, — с грустью протянул Вэй Ин. Раньше, если что-то случалось, Лань Чжань мог сорваться со съемок, перенести встречу, но всегда приезжал. — Доктор… доктор Ли, как быстро я смогу вернуться к танцам? Этого вопроса ожидал и, в тоже время, боялся врач. Он знал, что такие люди, как Вэй Ин живут сценой, для них подобная травма страшнее смерти. Однако, Ли Сон должен был сказать правду. — Господин Вэй, травма серьезная. Какое-то время еще придется ходить со спицами. У вас был открытый перелом и разрыв связок голеностопа, — начал говорить Ли Сон. — Возможно, на восстановление потребуется более года. И из-за порванных связок, вы можете утратить полноценную пластичность. — Вы имеете в виду? — Господин Вэй, боюсь, что прогнозы неутешительные. Возможно, вы не сможете больше заниматься танцами, — заключил врач, видя, как взгляд пациента стал еще более безжизненным. — Постарайтесь не напрягать себя физически и советую обзавестись каталкой на время восстановления… — Вы хотите сказать, что я теперь инвалид? — поджимая губы, Вэй Ин, старался сдержать слезы, что так и норовили политься из глаз. — Я ведь должен вернуться к танцам! — Господин Вэй, прошу вас, успокойтесь. Вы сможете ходить, но восстановление нужно время, — подойдя ближе к койке, Ли Сон сжал плечо молодого парня, которому было не более двадцати пяти лет. Он чувствовал его дрожь. Видел, как Вэй Ин закрыл лицо руками, все еще пытаясь держаться. — Оставьте меня, — еле слышно произнес Вэй Ин. Для него это было болезненным ударом. Парень жил танцами, а теперь, после слов врача, он не знал, что делать. Еще и отсутствие любимого рядом, добавляло в его мысли ужасные домыслы: «Я ему не нужен?» «Конечно, кому сдался калека!» «Это конец!» Оставшиеся дни, Вэй Ин каждый раз донимал врача вопросами, но результат был тем же. Телефон по-прежнему молчал, лишь редкие сообщения менеджера — Вэнь Нина, который спрашивал о его состоянии напоминали, что кто-то еще помнит о нем. Переборов себя, Вэй Ин попросил менеджера заказать ему кресло-каталку. В день выписки Вэнь Нин приехал, чтобы помочь ему добраться до дома. — Вэй Ин, как ты тут? — осторожно начал мужчина, видя, что даже кожа его подопечного бледнее обычного. Их общение всегда выглядело довольно неформальным, но видя, каким был сейчас Вэй Ин, было больно смотреть. Синяки под глазами, пустой взгляд, от улыбки на лице не было и следа. — Спасибо, что приехал, — отозвался Вэй Ин, с помощью менеджера перебираясь в инвалидное кресло. — Врач сказал… — Я знаю, Вэй Ин. Доктор Ли, мне уже все сказал, — присев перед Вэй Ином, менеджер положил свои руки ему на плечи, встречаясь взглядом. — Ты справишься, а после, обязательно еще вернешься на сцену! А сейчас, побольше отдыхай. — Спасибо, Вэнь Нин. За то, что приехал и за это, — похлопав рукой по креслу, Вэй Ин выдавил из себя улыбку. — А где твой парень? Я думал, что он заберет тебя, — спросил Вэнь Нин, уже направляясь на выход, толкая перед собой инвалидное кресло с подопечным, который лишь сглотнул, вспоминая, что за все эти дни, Лань Чжань даже не написал. — Он не приезжал, — сдержав себя, ответил Вэй Ин. — Прости, надеюсь, что у вас все наладится, — виновато ответил Вэнь Нин. — Думаешь, увидев меня таким, он не уйдет? — повернув голову Вэй Ин тяжело вздохнул. — Кому нужен инвалид… — Не говори так, Вэй Ин! Выкинь этот бред из головы, — возмутился Вэнь Нин, помогая парню сесть в машину, складывая кресло, чтобы убрать в багажник. — Если он тебя любит, то никакая травма вас не разлучит. «А любит ли? — подумал Вэй Ин, когда они уже поехали в сторону частного дома. — Я уже сомневаюсь в этом…» Вэнь Нин видел, как парень о чем-то задумался, но решил не донимать его вопросами. Всю дорогу между ними царило молчание, лишь остановившись возле дома, менеджер вышел, доставая кресло и помогая Вэй Ину выбраться из машины. — Вэнь Нин, правда, спасибо тебе, — посмотрев на менеджера с благодарностью, он едва заметно улыбнулся, пусть эта улыбка была наполнена болью, она была искренней. — Если будет что-то нужно, пиши и звони в любое время, Вэй Ин, — ответил мужчина и повез своего подопечного к дверям дома. Оставшись наедине, Вэй Ин добрался до спальни, обнаруживая, что никого нет дома, пусть и было раннее утро. Проверив телефон, он увидел, что Лань Чжань так и не писал. С трудом переодевшись в домашние шорты и майку, Вэй Ин вернулся в гостиную, перед этим взяв из холодильника бутылочку соджу, подхватывая со стола сигареты и пепельницу. — Не менее года… и что же теперь делать? — смотря на свою ногу, Вэй Ин устало прикрыл глаза. Сверкнул огонек зажигалки и он сделал первую затяжку, немного закашливаясь. — Черт, я ведь собирался больше не курить, — выругался на себя Вэй Ин, но сейчас никотин, что растекался по телу дарил облегчение. Он не знал, что будет дальше. Положив ногу на небольшой столик перед собой, Вэй Ин уставился на спицы, что торчали из нее и сделал несколько глотков соджу. Лишь это помогало хоть немного отвлечься. Вэй Ин просидел целый день, включив какой-то фильм на телевизоре и продолжал пить. Он ждал, когда вернется Лань Чжань, ведь хотел поговорить. Время на часах было глубоко за полночь, когда Вэй Ин услышал шум открывающегося замка, а после увидел того, по кому безумно скучал. — Лань Чжань, — оторвавшись от просмотра фильма, Вэй Ин хотел было перебраться в кресло, чтобы встретить любимого. Однако, он увидел холодный взгляд, но в нем было что-то еще — презрение или отвращение. От этого сердце Вэй Ина ушло в пятки. Едва не свалившись с дивана, он проследил за тем, как Лань Чжань прошел в гостиную, закуривая сигарету на ходу и опустился в кресло, словно пытался быть как можно дальше от того, с кем встречался. — Вэй Ин, я не хочу быть с тобой, — было первым, что произнес Лань Чжань. Эти слова ранили еще сильнее, чем слова врача о том, что он может никогда не вернуться на сцену. — Что? Но почему? — поджав губы, Вэй Ин не понимал, почему его возлюбленный так отстранен, почему хотел расстаться. — Я что-то сделал не так? — Дело не в этом, Вэй Ин. Мне не нужна обуза, — совершенно спокойно ответил Лань Чжань, выдыхая облачко дыма. — Посмотри на себя! На эти спицы из твоей ноги, еще и инвалидное кресло! Зачем мне калека? — Калека? — переспросил Вэй Ин, нервно сглатывая. — Вот как ты считаешь? Я лишь обуза? Но… но как же наши чувства? Лань Чжань покачал головой, делая очередную затяжку и вновь брезгливо посмотрел на ногу своего парня. В его жизни должно было быть все идеальным, он не допускал даже мысли о том, что может быть в отношениях с тем, кто имеет физический недостаток. Да, у Вэй Ина был маленький шанс, что он полностью восстановиться, но Лань Чжань все для себя решил. — Да, именно так. Завтра я заберу вещи и оставлю ключи, — поднимаясь с кресла, сказал Лань Чжань. — Я не люблю тебя, Вэй Ин. Мне не нужен инвалид! Так что это конец! Не пиши и не звони мне больше. Не трать мое время… Вэй Ин распахнул глаза, с каждым словом Лань Чжаня он едва держал себя в руках. Схватившись за руку возлюбленного, он попытался его остановить. Однако, мужчина лишь брезгливо одернул руку и пошел прочь. — Лань Чжань! Лань Чжань, не уходи! — закричал Вэй Ин, но он даже не остановился и не обернулся. Закрывая лицо руками, Вэй Ин бессильно закричал: — НЕ-Е-ЕТ! НЕ УХОДИ! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ! Крики заполняли гостиную, а громкие всхлипы сорвались с губ Вэй Ина. Молодой танцор не знал, что ему теперь делать. Он рисковал потерять карьеру из-за травмы, но надеялся, что хотя бы его парень будет рядом, будет поддерживать, но и здесь его ждало разочарование. «Значит, я калека для тебя? — пытаясь успокоиться, Вэй Ин швырнул пустую бутылку в стену, слыша, как она с громким звоном разлетелась на осколки. — Почему… почему он так поступил?» Вэй Ин всю ночь не мог уснуть. Он не отправился в комнату, лишь под утро уснул прямо на диване. Глаза опухли от слез, тело покрылось мурашками от холода. Его разбудили звуки из спальни, а после, стук колес чемодана и шаги. Открыв опухшие глаза, Вэй Ин посмотрел на уходящего уже бывшего парня и с трудом перебрался в инвалидное кресло, подъезжая к нему, вновь схватил за руку. — Лань Чжань, прошу! — все еще всхлипывая, попытался его остановить Вэй Ин. — Не трогай меня! — грубо ответил Лань Чжань, повышая голос. — Все кончено, Вэй Ин! Вырвав руку, он положил ключи от когда-то общего дома на высокую тумбу в прихожей и с громким хлопком вышел прочь. Вэй Ин дернулся, от громкого звука, а после сжался в кресле, запуская руку в растрепанные ото сна волосы, начиная беззвучно всхлипывать. — НЕ-Е-ЕТ! ПОЧЕМУ? Вэй Ин до сих пор не мог поверить, что все было кончено. Он хотел все изменить, попытавшись позвонить Лань Чжаню, но обнаружил, что его заблокировали. Ни сообщения, ни звонки ничего не доходило до его бывшего. Вэй Ин не верил, что все закончилось. Дом резко стал казаться каким-то чужим. Каждая деталь напоминала о нем. Убрав руки от лица, Вэй Ин наконец-то поднял свои опухшие глаза. Добравшись до кухни, он скинул все приборы, что лежали на столешнице. Руки дрожали, а с губ вновь донесся крик, заполняя все пространство. Он лишился всего, окончательно угасая. Вэй Ин не видел смысла, двигаться дальше. Уткнувшись лбом в столешницу, он беззвучно заплакал. Даже звонок на телефон никак не вывел его из этого состояния. Вцепившись пальцами в инвалидное кресло, Вэй Ин через силу встал на ноги, но не смог сделать и шага, с громким криком упав на пол. Он не стал подниматься, сжавшись на холодном полу, обхватив руками колени и что-то тихо бормотал. Телефон продолжал трезвонить, но Вэй Ин даже не реагировал. Он вскоре уснул прямо так.

***

Три месяца спустя

Задний двор дома

Вэй Ин уже отпустил свои чувства, он практически не выбирался из дома. Лишь частые визиты менеджера, заставляли его расшевелиться. К этому времени металлические спицы вынули из ноги, но гипс снимать было еще рано. Иногда Вэй Ин пробовал ходить с тростью, но инвалидное кресло стало неотъемлемой частью его жизни. Он уже не вспоминал о Лань Чжане, не думал о том, чтобы вернуть его. В какой-то момент Вэй Ин просто смирился и даже начал считать, что, быть может, в чем-то его бывший и был прав. Теплым летним днем, Вэй Ин выбрался на задний двор своего дома, замечая, как в соседний дом кто-то заезжал. Это был молодой парень с черными волосами, что были собраны в аккуратный пучок, выбритые виски. Вэй Ин сразу обратил на него внимание. Незнакомец обладал немного смуглой кожей, стройный и был очень привлекательной наружности. Свободная футболка с изображением гитары, легкие шорты и сланцы. — Неужели, это новый сосед? — тихо сказал Вэй Ин, а после увидел, как незнакомец остановился, поставив коробку перед собой и помахал рукой в знак приветствия. — Доброго дня! Я, Цзян Чэн, недавно купил этот дом, — крикнул мужчина, а уголки его губ приподнялись в улыбке. Он выглядел, словно с обложки популярного журнала. Острые черты лица, ясные фиолетовые глаза, даже фигура, все в нем казалось идеальным. — Добрый день, — отозвался Вэй Ин, однако, вспомнив, что он находился в инвалидном кресле, поспешил убраться обратно в дом. За время проведенное для восстановления, он общался лишь со своим менеджером. И сейчас, увидев привлекательного парня, испугался. Цзян Чэн удивился тому, что его сосед покинул задний двор, почесав затылок, но вспомнил, что еще не все вещи перенес в новый дом. — Я что-то не так сказал? — сказал Цзян Чэн вслух. — Надо будет зайти к нему. Как его зовут? У него очень знакомое лицо… Рассуждая о новом соседе, он вновь принялся за разбор вещей. Цзян Чэн был довольно популярным музыкантом, но скорее писал для души, не стараясь клепать песни без разбора. Мужчина всегда вкладывал в свое творчество душу и мог днями напролет заниматься музыкой. Вэй Ин тем временем перебрался на диван, закуривая сигарету. Он достал телефон, замечая несколько сообщений от менеджера, который, после одного из срывов, каждый день связывался с танцором, переживая о его состоянии. Однако, он решил поискать информацию о новом соседе. «А он очень даже привлекательный, — подумал Вэй Ин. — Хотя… не стоит даже думать об этом… я до сих пор и ходить-то нормально не могу…» Стоило Вэй Ину подумать об этом, как он услышал звонок в дверь. Мужчина удивился, ведь никого не ждал, менеджер обычно приезжал ближе к вечеру, а доставку он не заказывал. — Кто там? — донесся голос Вэй Ина, который уже перебирался в инвалидное кресло и направился ко входной двери. — Цзян Чэн, новый сосед, — ответил мужчина за дверью, держа в руках контейнеры с домашней едой, решив угостить нового знакомого и прихватил бутылочку японского вина. Он хотел познакомиться поближе и извиниться, если что-то сделал не так. Вэй Ин был удивлен, но открыл дверь, видя перед собой молодого мужчину, что был его ровесником. Цзян Чэн улыбнулся, когда наконец-то дверь перед ним распахнулась. В его взгляде не было ни отвращения, ни пренебрежения, пусть он и прекрасно видел, что молодой парень перед ним был в инвалидном кресле. — Прости, я не представился, — сказал Вэй Ин. — Я Вэй Ин. Но… — Приятно познакомиться, я заметил, что ты так быстро покинул задний двор. И хотел бы извиниться, что нарушил отдых, — начал Цзян Чэн. — Я приготовил ребрышки, несколько закусок и рис. Если ты не против, то мы могли бы вместе поужинать… «Что? Нарушил отдых? — удивился Вэй Ин. — Он весь светится… напоминает меня до этого случая с ногой…» — Что ты… ничуть, просто, я не хотел мешать, — покачал головой Вэй Ин. — Я живу один, да и планов на сегодня у меня никаких. Так что не буду возражать, Цзян Чэн. А ты здесь с супругой или супругом? — Нет, я тоже живу один, — проходя в дом, Цзян Чэн закрыл за собой дверь, разуваясь. — На самом деле жить одному довольно тоскливо… — Один? Такой привлекательный, неужели даже ни с кем не встречаешься? — удивился Вэй Ин. — Но ты прав, одному и впрямь бывает тоскливо, но я почти привык. Цзян Чэн прошел в гостиную, расставляя контейнеры и бутылку вина, а после остановился, видя, как Вэй Ин потянулся за приборами. — Давай лучше я, — предложил Цзян Чэн и принеся приборы, он помог Вэй Ину сесть на диван, усаживаясь рядом. — Все в порядке. Нет ничего в том, чтобы тебе кто-то помог. Услышав это, Вэй Ин удивленно распахнул глаза, не зная, что и ответить. Раньше, кроме менеджера, ему никто не помогал. Парень, которого он любил, бросил его, назвав инвалидом и калекой, и он со всем справлялся один. «Это… это немного странно, — подумал Вэй Ин. — Но даже мило… так непривычно…» — Вэй Ин, что-то не так? — видя, как парень, что сидел рядом продолжал молчать, не сводя с него взгляда он не мог не спросить. — Давай выпьем за знакомство, — предложил Цзян Чэн, разливая вино по небольшим стаканам. — Я… нет, ничего, прости, — покачал головой Вэй Ин, понимая, что слишком долго смотрел на нового знакомого. — Хорошо, давай. Просто, я уже более трех месяцев живу один, привык как-то сам… Цзян Чэн чокнулся с ним бокалами и сделал несколько глотков. Он вел себя доброжелательно, не пытался излишне доставать вопросами и довольно скоро сам Вэй Ин смог расслабиться. Они просидели так до самого вечера, наслаждаясь компанией друг друга. В этот день Вэнь Нин вновь приехал, чтобы навестить своего подопечного. Увлеченные разговором, парни даже не сразу услышали звук открывшейся двери. Впервые, Вэй Ин за долгое время улыбался. В глазах все еще читалась тоска и боль, но даже это, словно можно было изменить — Вэй Ин, это я, — сказал было Вэнь Нин остановившись в нескольких шагах от них. — Вэнь Нин, я же говорил, не надо приходить ко мне каждый день, — покачал головой Вэй Ин, а после отвел взгляд. — Добрый вечер, я новый сосед Вэй Ина, Цзян Чэн, — представился молодой мужчина, встав с дивана и протягивая руку. — А вы? — Я менеджер Вэй Ина, мы не встречаемся, если ты об этом, — пожав руку Цзян Чэна, он улыбнулся. — Приятно, что Вэй Ин наконец-то проводит время не один. — Вэнь Нин! — А что? За это время ты впервые улыбнулся, — покачал головой Вэнь Нин. — После того, как тебя бросил тот кретин, ты был сам не свой. Я уже переживал, что ты и вовсе станешь затворником, поэтому и каждый день стараюсь навещать тебя… Цзян Чэн удивленно взглянул на Вэй Ина, слыша рассказ его менеджера. Ведь во время беседы, он даже не рассказывал ничего подобного. — Вэй Ин, если тебе тяжело говорить о прошлом, мы можем отложить это на потом, — предложил Цзян Чэн, опустившись рядом с парнем, погладив его по плечу. — Спасибо, Цзян Чэн, — кратко кивнул Вэй Ин. Впервые кто-то к нему прислушивался помимо менеджера и это было приятно. Не называли калекой, видели в нем равного, а не просто парня в инвалидном кресле. Вэнь Нин решил оставить их наедине, понимая, что будет лишним, но перед уходом напомнил, что он всегда на связи, если Вэй Ину что-то понадобится. — Я смотрю он и вправду беспокоится, — заметил Цзян Чэн, переводя взгляд на своего собеседника и задумался о чем-то. — Ну… он видел меня не в самые лучшие моменты. И с самого начала моей карьеры… хотя скорее всего об этом можно забыть, — отведя взгляд, Вэй Ин грустно вздохнул, потянувшись за сигаретами. Он закурил, стараясь не смотреть на нового знакомого, словно боялся, что вновь окажется в чужих глазах слабым или калекой. — Эй, Вэй Ин, — схватив парня за руку Цзян Чэн осторожно коснулся его щеки, заставляя посмотреть на себя. — Почему ты так говоришь? Зачем забывать то, что тебе нравится? — Посмотри на меня, Цзян Чэн, — усмехнулся Вэй Ин, выдыхая облачко дыма. — Я не могу и пары шагов сделать без трости или инвалидного кресла. Уже больше трех месяцев прошло… я был танцором… А теперь калека, инвалид! Цзян Чэн внимательно слушал его, но понимал, что этот парень явно что-то недоговаривает. Он прекрасно видел и инвалидную коляску и гипс на ноге, но все равно не находил объяснения словам собеседника. Цзян Чэн нахмурился, слыша то, как Вэй Ин стал оскорблять себя, он сжал его руку, но не слишком сильно, словно пытаясь поддержать. «Почему он так уверен? — пронеслось в голове Цзян Чэна. — Что же тревожит тебя Вэй Ин? Почему ты думаешь, что о карьере можно забыть?» — Ты не калека и не инвалид, не говори так. Какой кретин вбил тебе эти идиотские слова? — Цзян Чэн звучал уверенно, в его голосе не было ни капли насмешки. — Хочешь, мы могли бы прогуляться по пляжу или просто посидеть во дворе? Вэй Ин удивился от подобного напора нового соседа, да, менеджер тоже предлагал выбраться куда-нибудь, но он всегда отказывался. Однако, стоило услышать это из уст нового знакомого, почему то внутри молодого танцора, возникло приятное тепло. — Я не хочу об этом, Цзян Чэн, — попросил Вэй Ин, потому что не был готов рассказать о прошлом. — Хорошо, давай посидим во дворе, — выдержав небольшую паузу, согласился Вэй Ин. Цзян Чэн улыбнулся, поднимаясь с дивана и помог ему подняться, но не для того, чтобы усадить в кресло. Одной рукой он обхватил Вэй Ина за талию, придерживая, и вместе они отправились в такой позе на задний двор. «Он… что он делает? — удивился Вэй Ин, не сдержав улыбки. — Цзян Чэн, он не такой… почему он ведет себя со мной так?» — Вэй Ин, тебе удобно? — поинтересовался Цзян Чэн, уже садясь вместе с ним на прохладную вечернюю траву. — Тут такое красивое небо… Вэй Ин поднял взгляд, смотря на усыпанное звездами небо, яркую полную луну и в его глазах отражалось то, чего не было уже давно. Он впервые расслабленно чувствовал себя с кем-то, понимал, что в нем не видят обузу или калеку, и, самое главное, ему не врут. «Если даже это сон, тогда я бы не хотел просыпаться никогда, — подумал Вэй Ин. — Цзян Чэн… разве существуют такие парни, как ты?» — Вэй Ин, что-то не так? — заметив застывшие в уголках глаз Вэй Ина капельки слез, Цэян Чэн обхватил его лицо руками и уткнулся своим лбом в лоб молодого танцора. — Только не молчи… В этих словах не было давления, лишь искренняя обеспокоенность и нежность, что разливалась по телу Вэй Ина приятным теплом, окутывая каждую его частичку. Словно придя в себя, Вэй Ин наконец-то ответил: — Небо и вправду красивое, Цзян Чэн, — тихо произнес Вэй Ин, чувствуя, как теплые мозолистые пальцы стерли выступившие слезы. — Твои руки… — Прости, Вэй Ин, — убирая руки с его лица, Цзян Чэн вспомнил, что из-за игры на гитаре, его пальцы были более грубыми, о чем он совершенно не подумал. — Нет-нет, все нормально, — покачал головой Вэй Ин, а на лице появился едва заметный в лунном свете румянец. — Ты играешь на гитаре? — Да, я музыкант, — кивнул Цзян Чэн. — Ты понял это по моим рукам? — Именно… Оставшийся вечер они просто лежали на траве, наслаждаясь теплой летней ночью и разговаривая. Дни сменяли друг друга, Цзян Чэн каждый день стал приходить, продолжая готовить для молодого танцора. Вэй Ин даже начал привыкать к этому, а глаза вновь стали оживать, словно не было ничего в прошлом. Они наслаждались друг другом, но молодой танцор боялся, что однажды Цзян Чэну все это наскучит и он найдет себе кого-то другого.

***

Два месяца спустя

Задний двор дома Вэй Ина

Вэй Ин сидел этим вечером в своем инвалидном кресле на заднем дворе и размышлял о том, что, кажется, начал влюбляться в нового соседа. Каждую ночь он засыпал с мыслями о Цзян Чэне и ждал его прихода. «Было бы здорово будь мы вместе, — подумал Вэй Ин. — Он не такой, как Лань Чжань, более живой и открытый… я должен хотя бы попробовать…» Вэй Ин уже целую неделю думал, как завести разговор с Цзян Чэном, чтобы их отношения перешли на другой уровень, но, каждый раз, себя останавливал, потому что боялся. — Интересно, есть ли у меня хотя бы небольшой шанс? — вслух произнес Вэй Ин, прикрыв глаза. Он даже не заметил, что был уже не один. — Шанс на что? — раздался знакомый голос, заставляя Вэй Ина распахнуть глаза. — Ждал меня? «Он словно расцвел, как та веточка сакуры на его груди, — подумал Цзян Чэн, приметив татуировку Вэй Ина еще в первый день. — О чем он думал?» Цзян Чэн стоял в легкой майке и бежевых пляжных шортах с гитарой в руках. Несколько дней, он почти не спал, ведь старался написать песню. — Конечно ждал, — улыбнулся Вэй Ин, с ним он и впрямь расцветал и ждал его прихода каждый раз. — Ты сыграешь мне? Цзян Чэн улыбнулся в ответ, пусть он и мало спал, глаза светились нежностью и чем-то, что сложно было назвать каким-то одним словом — любовь, желание защитить, искренность, уверенность и привязанность, а может, что-то еще. То, что было понятно лишь им двоим. — Конечно, надеюсь, что ты не будешь смеяться, — почесав затылок, Цзян Чэн продолжал смотреть на Вэй Ина, улыбаясь. — Не буду, обещаю, — кивнул Вэй Ин и с интересом стал слушать. «Он впервые играет мне на гитаре, — подумал Вэй Ин. — Неужели…» Стоило ему подумать о том, что Цзян Чэн может тоже чувствовать что-то к нему, как он услышал романтическую песню, которую ранее не слышал никогда. Для них обоих время остановилось, Вэй Ин с наслаждением слушал каждое слово, расслабляясь от песни, а сердце бешено отбивало ритм. Он понимал, что это не просто песня — это признание в любви. Цзян Чэн остановился лишь полностью завершив песню и снял гитару, положив ее в сторону, а после склонился к Вэй Ину. Теплое дыхание обжигало губы, слыша громкое биение сердца музыканта, молодой танцор замер и закрыл глаза. Цзян Чэн коснулся одной рукой щеки Вэй Ина, а сам примкнул губами к чужим губам, оставляя нежный, но явный поцелуй. Дыхание перехватывало, но не было никакого желания останавливаться или отстраняться. Цзян Чэн поднял на руки Вэй Ина, идя с ним прямо на траву. Лишь, когда перестало хватать воздуха, он наконец-то разорвал поцелуй, падая вместе с танцором на прохладную от дождя траву. — Цзян Чэн… — Вэй Ин, ты будешь моим парнем? — перебил его Цзян Чэн, обнимая его за талию, все еще ощущая, как бешено бьется сердце танцора, что сейчас смотрел на него так нежно, как он и представить себе не мог. — Да, я буду… я, — Вэй Ин не мог оторвать своего ясного взгляда от него и обхватив руками лицо Цзян Чэна сам поцеловал в губы, не в силах сдержать эмоции. Он так боялся быть отвергнутым, а по итогу, ему самому сделали предложение. — Что бы кто ни говорил, ты самый прекрасный, — прошептал прямо в губы Цзян Чэн. Вэй Ин уткнулся носом прямо в шею Цзян Чэна, ощущая, как его щеки и кончики ушей загорелись от смущения, но он был рад слышать подобные слова. — Спасибо, что ты появился в моей жизни… — Вэй Ин, я сделаю все, чтобы в твоей жизни было больше поводов для улыбки, — прошептал Цзян Чэн прямо ему на ухо. — Я и вправду влюбился в тебя…