бог-недотёпа

обычная жизнь без приключений — для серой массы. для тех, кто никак не отличается от других. для тех, кто выберет слиться с толпой, чтобы не быть затравленным. так считал Александр. ‎ ‎подросток с очевидно поехавшей крышей и явным синдромом бога (причём в прямом смысле) делил общество на четыре категории. серая масса или — самые подлые и грязные существа, что только может быть. нормальные люди — те, кто никого не оскорбляет, выделяется из толпы, но и не общается с Сашей. ангелы — самые близкие люди для Романова (лучший друг Костя, погибший отец, младшая сестра Соня). и он сам — великое божество, самое прекрасное творение на земле. ‎ ‎Александра травят в школе. избивают, обливают водой, толкают с лестницы, обзывают. если кратко, то используют все методы издевательств над людьми. но какое до них дело девятиклассники, который их за людей то не считает? правильно, никакое. да, неприятно. но брюнет в ответ только бормотал, что однажды они поймут свои ошибки. ‎ ‎Романов лежал на мягком облаке, окружённый котами и всякими забавными вещами. все выглядело величественно, как и положено богу. только вот его блаженству помешало одно. будильник. приоткрыв глаза, не в силах выключить гимн Российской Империи, стоявший на его будильнике, Саша увидел свою ободранную комнату. жил он в старой питерской квартирке, которую купил довольно по дешёвой цене, лишь бы с сестрой хоть где-то жить, так как их некому было подвозить до школы, расположенной далеко от их бывшего места проживания. ‎ ‎—м.. и снова в школу... — сонно сказал Романов, утыкаясь в подушку, пока его младшая сестра уже орала, чтобы он будильник выключил, а то спать мешает. ‎ ‎—везучие, во вторую смену учатся... ‎ ‎школьный день прошел для кудрявого как обычно. над ним смеялись из-за одежды и подобное. ‎ ‎вернулся домой он уже тогда, когда Соня ушла в школу. ох уж эти счастливые шестиклашки. Саша, как порядочный мальчик, сделал уроки, поел, и пошел гулять. он открыл перписку с Ураловым уже ночью, когда наступил комендантский час ‎ ‎—у нас сейчас... ровно 12 ночи, а я еще не дома. гуляю.  — он тяжело дышал, записывая голосовое сообщение ‎ ‎«пмздеу, я задыхпюсб ужк» — Александр не мог нормально печатать, потому что руки безумно тряслись после разных побегушек на улице. ‎ ‎«Саш, иди домой пожалуйста» — сообщение было прочитано, но ответа не последовало. ‎ ‎Саша сидел на лавочке, вытянув ноги. он напрягся от вида полицейской машины, но встать не было даже сил. рядом с ним остановилась машина, и из неё вышел взрослый мужчина. высокого роста, спортивного телосложения. ‎ ‎—ну, голубчик? потерялся или как? может, до дома подвезти? — насмешливо произнес блондин, явно признав частого гостя в участке. ‎ ‎—здравствуйте... — поздоровался Романов лишь из вежливости, ибо совсем не помнил, видел он этого полицейского или нет. ‎ ‎в машине подросток вел себя тихо. да и это только в радость. никому не мешает, сидит тихонечко и все. ‎ ‎—пьяный? — спросил Московский, подъезжая к участку. ‎ ‎—не пью! — возмущению в голосе Александра не было предела. как может быть пьяным такое чистое существо, как он? ‎ ‎—ну-ну. потише. тихо же сидел, чего начинаешь? ‎ ‎—не могу я пьянствовать, будучи чистейшим созданием.. ‎ ‎Миша не понял, что подразумевал Саша под "чистейшее создание", но решил промолчать. ‎ ‎в полицейском участке его знали многие, ведь их любимый Сашенька тут постоянный клиент. ‎ ‎Александр постоянно пытался с кем-то поболтать вплоть до того момента, пока его не отпустили. ‎ ‎Романов ушел домой отсыпаться. ‎ ‎суббота, десять утра. было решено, что пойти на крышу — самое лучшее решение. ‎ ‎стоял он уверенно, прямо у края. это был единственный способ очиститься полностью. ‎ ‎—я — божество в теле мальчишки... и я должен обрести свой истинный облик! ‎ ‎Романов услышал сзади крик ‎ ‎—Саша! ты что творишь?! — Михаил был ошарашен. он за секунду оказался рядом с парнем. —Сашенька... что на тебя нашло снова?? ‎ ‎—я обязан стать чистым. я — бог, очутившийся в теле мальчишки. ‎ ‎—у тебя точно все хорошо? — с удивлением спросил Миша. ему казалось, что подросток совсем бредит. ‎ ‎—ты не поймёшь... просто прими, что я являюсь богом этого мира. я — самый чистый в этом грязном мире. — Саша говорил это уверенно, даже убеждающе. ‎ ‎—даже если это так, то ты бог-недотёпа! кто в здравом уме будет жертвовать собой?! ‎ ‎Московский прижал этого "бога" к себе, заставив того расплакаться. ‎ ‎—я-я.. э-это было ради людского блага... — голос дрожит. ‎ ‎—давай так: бо́льшая часть планеты тебя не знает. но я тебя знаю. ты ведь не будешь умирать ради моего блага? ‎ ‎—не буду... ‎ ‎они стояли так в обнимку долго-долго, пока Романов не начал мёрзнуть. они спустились и пошли к Саше в квартиру, чтобы отгореть это божество. негоже ведь чистейшему мёрзнуть. ‎ ‎—знаешь, Сашка.. не понимаю я, как можно быть таким странным и интересным одновременно. но ты мне явно нравишься. ‎ ‎—это своеобразное признание в любви? ‎ ‎—считай, что да. — Миша погладил его по волосам. — мой любимый бог. ‎ ‎это утро стало самым счастливым для обоих парней.