Часть 2
16 мая 2026 г., 11:46
Глава 1
6 курс, сентябрь, Хогвартс
В наследство от непривычно сухого и солнечного августа Хогвартсу достался тёплый, сладковатый запах выжженной травы, который наполнял дворики и открытые переходы замка и его окрестностей, иногда просачиваясь и внутрь через открытые окна комнат. Но он почти не дотягивался до промозглых подземелий Слизерина, от чего Драко казалось, что ушедшее на покой лето намеренно не оставило прощального подарка заносчивым слизеринцам. Драко поднялся во двор, словно пытаясь вырвать для себя чужую, незаслуженную радость. Снаружи солнце, стремительно теряя остатки тепла, опускалось за горизонт, покидая холодный склон неба. Он облокотился на каменные перила, ловя его последние всполохи. Внезапный шелест бумаги в ближайшей арке заставил его обернуться. Драко раздражённо шагнул в соседний пролёт, уже мысленно готовясь отыграться на нарушителе своей короткой вечерней безмятежности. – Вронская?! – он даже опешил: не могло же это быть совпадением? Пять лет они почти не пересекались, а теперь её появление в конце и начале года ощущалось как сбой, как ловушка в вязком привычном цикле. Она сидела прямо на широком парапете, поджав под себя одну ногу, и что-то быстро писала в блокноте, полностью выпав из окружающего мира. – Что, Когтевранская гостиная уже недостаточно интеллектуальна? Знал, что тебя когда-нибудь оттуда выселят за чрезмерную заумность. Она подняла голову не сразу, а как тогда на вокзале, сначала дописав строчку. Только потом посмотрела на него. И снова у Драко возникла неприятная ассоциация с осадком и колбой. Вронская устало потёрла переносицу, закрыла блокнот и со словами: "Боже, есть в этом замке, хоть уголок тишины?.." – легко спрыгнула с парапета, оказавшись совсем близко. Отчего Драко тут же окатило странной смесью запахов горькой полыни и всё тех же выжженных солнцем степных трав. Не сказав больше ни слова, она развернулась и направилась прочь. – Эй, Вронская, – бросил он ей вслед. – Тебя не учили отвечать, когда к тебе обращаются?! «Да что она себе позволяет?! Что это ещё такое?!» Девушка остановилась, полуобернувшись. – Малфой, поищи себе гриффиндорцев для упражнения в остроумии. У меня нет на тебя времени. Она быстрым движением заколола волосы карандашом и скрылась за поворотом, оставив Драко в странной смеси злости и недоумения. Весь следующий день Драко обдумывал, как сбить спесь с этой самоуверенной мерзавки. Даже Поттер, то и дело мелькавший в коридорах, был им на удивление проигнорирован. Случай представился в перерыве на школьном дворе, когда студенты вышли погреться в последних сентябрьских лучах, и среди них, на удачу, была и Вронская. Она сидела на широкой каменной скамье в окружении младшекурсников и что-то объясняла. В отличие от схожих сцен с Грейнджер, Вронская не вызывала у сопляков скуку, напротив, они увлеченно слушали её и что-то торопливо записывали, а некоторые даже смотрели на неё откровенно влюбленными глазами. Периодически к ней подходили студенты с других факультетов, и она отвечала всем с одинаковым терпением. Эта суета вокруг неё бесила Драко особенно сильно. Когда перерыв начал подходить к концу и Вронская стала собираться, он переглянулся с Крэббом и Гойлом и те понятливо кивнули. «Теперь не уйдёшь», – подумал Драко. Они окружили её, бесцеремонно растолкав мелких когтевранцев. – Что Вронская, придумала достойный ответ? – процедил Драко, криво усмехаясь. – Или снова собираешься сбежать? Крэбб и Гойл гнусно захихикали за его спиной. Девушка устало опустила голову и несколько секунд потирала пальцами переносицу. Потом тихо произнесла, почти себе под нос: – Видит бог, Малфой… – Громче! – рявкнул Драко. – Говори чётче, чтобы все слышали, как ты извиняешься перед наследником древнего рода. Вронская медленно подняла взгляд. На её лице расцвела такая ядовитая, презрительная ухмылка, что у Драко на миг похолодело в груди. – Чётче? – переспросила она и шагнула к нему вплотную. Драко невольно отступил. Девушка заговорила громко, ясно и с идеальной артикуляцией, чтобы слышала уже вся окружающая толпа: – Скажи, Малфой, ты меня преследуешь? На вокзале. В переходах замка. Теперь вот здесь, во дворе. Это у тебя запоздалый пубертат или уже полноценная одержимость? Драко почувствовал, как уши заливает жаром. Вокруг них начал собираться народ, а хуже всего, что слизеринцев среди них почти не было, зато было полно ухмыляющихся гриффиндорцев. – Если ты сейчас же не дашь мне пройти, я напишу официальное заявление на имя директора о твоих домогательствах. И дай-ка подумать, что же сделает Дамблдор с официальным заявлением? Наверное, даст ему ход через министерство. А, учитывая, как ты всех достал в Хогвартсе, сделает он это с превеликим удовольствием. Представляю, как будут хихикать чиновники, читая, что сын великого Люциуса Малфоя не может оставить в покое студентку Когтеврана. Она сделала паузу и добавила почти ласково: – А теперь – в сторону. Гойл, совершенно ошарашенный, машинально отступил. Вронская прошла между ними, как сквозь пустое место, и направилась к замку, высоко подняв голову. Драко стоял, словно его только что ударили по лицу, а вокруг уже начинался гул смешков и перешёптываний. «Ну какова мерзавка», – только и успел подумать Драко, прежде чем срочно ретироваться с места позора. Но масштаб трагедии вскрылся только к ужину. Когда он вошёл в Большой зал, почти все присутствующие повернулись в его сторону. Шепотки и насмешливые взгляды преследовали Драко от самых дверей. И только Вронская, сидевшая за когтевранским столом, спокойно читала какую-то газету и с аппетитом ела грибной рулет, совершенно не обращая внимания на поднявшийся из-за неё шум. Драко не мог решить, что злит его сильнее: то, что она его публично унизила, или то, что ей, похоже, было на это совершенно наплевать.
