О границах и ограничениях

Животное казалось вполне безобидным. Это был еще детеныш, чуть больше ладони в длину; он лениво щурил блестящие черные глаза, сидя на коряге и обернув вокруг нее конец хвоста. В его террариуме было все необходимое для нетребовательного питомца, – Боба об этом позаботился. Он скосил на зверя скептический взгляд. Продавец уверял, что силы такой крохи хватит, чтобы «покрыть» площадь его скромного жилища. Что ж, проверить, возможно, придется только однажды. Фетт набросил на клетку кусок темной ткани и задвинул ее подальше в угол. Кто знает, где и как застал бы его противник, если бы не случайное предупреждение от информатора? Да и будь на его месте кто-то другой, он бы затаился, дрожа от ужаса в ожидании своей судьбы и молясь всем богам, чтобы о нем поскорее забыли. Но Боба Фетт не собирался бегать от Дарта Вейдера по всей Галактике, зная о его репутации, но прежде всего – потому, что дорожил собственной. Он встретит его на своих условиях, и их конфликт будет разрешен – так или иначе. Сказать по правде, его вполне устроит, если все участники останутся живы. И по возможности здоровы. Система безопасности его убежища взвыла, сообщая о несанкционированном вторжении. Кто-то не привык томить публику в ожидании! Фетт развернулся к двери, готовясь к обороне. Он был несколько ограничен в средствах теснотой помещения, но оно давало ему и немало преимуществ перед ситхом. Даже если все пойдет не по плану и договориться не получится, за спиной на крайний случай оставался путь для отступления. Дверь отъехала в сторону, и в комнату ворвался черный вихрь, заполнив ее собой чуть ли не на треть. – Фетт!.. Вблизи он казался еще более чудовищным; изорванная по краю мантия взвилась за его плечами, точно драконьи крылья, острые грани обсидианово-черной маски отражали резкий холодный свет потолочных ламп, а огромные кулаки яростно сжимались. Он даже не снял оружия с пояса, и Фетт решил, что тот хочет расправиться с ним наиболее жестоким образом – одной лишь Силой, которую охотник опасался и ненавидел за непостижимость. Боба взял бластер на изготовку, целясь противнику в ноги. Но в тот же миг случилось странное. Вейдер будто споткнулся о невидимое препятствие и рухнул на четвереньки у ног наемника. Респиратор хрипел так, будто его владелец только что пробежал кросс. Конечности ситха сотрясла заметная дрожь, и вот уже черный шлем уткнулся в пол, после чего массивное тело окончательно потеряло опору. Завалившись на бок, он еще пытался оттолкнуться одной рукой от старого потрескавшегося дюракрита, словно сопротивлялся как мог силе притяжения. Боба, вжавшись в стену, смотрел на это зрелище во все глаза, невольно опустив свою винтовку. Если во всем виновата жалкая ящерица, – то у него просто не было слов. Вокодер ситха, будто в подтверждение, издал неразборчивые помехи, после чего Вейдер принялся отчаянно царапать горжет собственного шлема, совсем как обычный человек, которого инстинкт побуждает хвататься за горло от нехватки воздуха. Огни на панели под нагрудником загорелись красным, и Фетт заметил тогда, что поперек пластины проходит солидная трещина. Боба растерянно выругался. На самом деле, он не собирался убивать лорда ситхов, считая эту идею изначально бесперспективной. И его удивляло, насколько легко было бы сейчас с ним покончить. На первый взгляд, это сулило отличный шанс закрепить свою славу лучшего охотника за головами, не говоря уже о немалой награде, обещанной многочисленными недругами за голову Дарта Вейдера. Тогда что же его останавливало? Возможно, он все еще надеялся сохранить особо щедрого клиента и лояльность Империи? Но все это казалось второстепенным. Он вдруг понял в это самое мгновение, что кредиты в обмен на жизнь Вейдера ему не нужны, – может быть, потому, что тот был одним из немногих разумных, которых Фетт уважал, и охотник ценил редкое, но плодотворное сотрудничество с загадочным лордом ситхов. Их встречи и совместные миссии будоражили кровь, разгоняли рутину. Не будь наемник одиночкой, он бы мечтал о таком напарнике. Он не мог позволить ему умереть, да еще и так недостойно великого воина, которым тот несомненно являлся. Фетт опасливо склонился над ситхом, который в эту самую минуту выглядел так, будто действительно боролся за жизнь. Вейдер уже сорвал с головы шлем, но непослушные грубые пальцы никак не могли справиться с застежками на герметичной лицевой пластине. Боба положил обе руки по бокам маски и быстро отстегнул ее с характерным звуком разгерметизации. Перед ошарашенным взглядом Фетта предстало подлинное, теперь уже несомненно человеческое лицо Темного лорда. Его синеющие губы были раскрыты в судорожных, хрипящих вдохах, но по какой-то причине дыхание давалось ему с большим трудом. Голубые глаза с воспаленными склерами были расфокусированы, и охотник не был уверен, видит ли Вейдер его вообще. Боба ринулся за кислородным баллоном, которым пользовался крайне редко, когда нужно было выполнить сложную длительную задачу в вакууме. Возвратившись через минуту, он застал Вейдера свернувшимся темной смятой грудой на полу; опираясь на локти, он низко опустил безволосую, испещренную шрамами голову. Когда Боба приблизился к нему, чтобы надеть полумаску, у его бронированной груди внезапно возникло шипящее красное лезвие. – Если бы я хотел вас убить, то уже бы это сделал. Боба старался не допустить в свой голос дрожи, хотя в этот момент время для него как будто замедлилось, и он ощущал каждый свой вдох и гулкий стук сердца в ушах. – Я бы тоже. Чего... ты хочешь? – произнес Вейдер сиплым, задыхающимся голосом, совсем не похожим на привычный устрашающий баритон. Его настороженный взгляд, казалось, уставился через визоры прямо ему в глаза. Этот странный диалог окончательно сбил Фетта с толку. Поэтому он медленно поднял кислородную маску, которую все еще сжимал в руке, чтобы ситх хорошо успел ее разглядеть. – Для начала – может, наденете это? Вейдер еще одно долгое мгновение всматривался в забрало мандалорского шлема, прежде чем Боба понял, что от него требуется. Он отложил респиратор в сторону и стащил с головы теперь уже собственный шлем, чувствуя себя еще более – странно и смущающе – уязвимым. Отросшие больше, чем необходимо влажные волосы упали на глаза, но он не стал поправлять их, решив не делать лишних движений. Голубые глаза чуть расширились, выдавая ответное потрясение. Красное лезвие исчезло в рукояти, и цилиндр меча был неспешно возвращен на пояс. Как должен был чувствовать себя Вейдер, лицо которого не видел никто, может, за исключением самого Императора? И почему же под этим пристальным взглядом становилось неловко Бобе Фетту, лицо которого было хорошо известно всей Галактике по множеству копий? Чтобы прекратить неловкий момент, Фетт поднял маску и поднес ее к лицу Вейдера. Тот без возражений надел ее, прикрыв глаза и глубокими вдохами пытаясь восстановить дыхание. Он не стал подниматься на ноги, а подвинулся к ближайшей стене и привалился к ней спиной. – Вы спросили, чего я хочу. Прежде всего – устранить разногласия и всякое недопонимание между нами, – Боба тоже остался сидеть на полу, подложив под себя ногу, стараясь всем своим видом не показывать внутреннего напряжения. Сложнее всего было не слишком откровенно разглядывать бледное лицо мужчины перед ним. – Ты выбрал для этого крайне оригинальный способ, – проворчал ситх. – И о каких разногласиях ты говоришь? Боба запнулся. – Так вы пришли не за тем, чтобы меня убить? Вейдер позабавлено ухмыльнулся. – А есть за что? Ну, я всегда могу рассмотреть варианты, – откровенно издеваясь, но уже беззлобно добавил он. Охотника внезапно накрыло осознанием, в какую ловушку он угодил. Возможно, лишь пресловутая Сила – намеренно изгнанная им за пределы жилища – уберегла его от непоправимых последствий. Уберегла их обоих. Как он мог быть таким дураком? Фетт так легко поверил, что Вейдер нападет исподтишка, забыв обо всех услугах своего давнего проверенного наемника, и убьет его без разговоров из-за какого-то голокрона? Их общий враг должен был неплохо знать, с кем имеет дело. И расчет его почти оправдался... – Похоже, кто-то сильно опасается нашего с вами сотрудничества, – уже вслух озвучил он свой вывод. Вейдер с досадой поморщился. – Неудивительно. Я теперь практически в опале. Боба задумчиво кивнул, затем задержал взгляд на его сломанной нагрудной панели, датчики которой все еще тревожно мерцали. – Могу я спросить, что с вами случилось? В смысле, до приезда сюда, – он чуть смущенно улыбнулся краешком губ. Ему еще более любопытно было узнать, что вообще заставило ситха надеть костюм жизнеобеспечения, – но он благоразумно спрашивать не стал. – Звезда Смерти. А потом Император. Иначе ты не застал бы меня врасплох, – он нахмурился и отвел взгляд, не собираясь углубляться в подробности. – Этой нелепой ситуации вообще бы не произошло, если бы вы договорились о встрече, прежде чем вламываться! – недовольно проворчал Фетт... и лишь после этого осознал, с кем он только что говорил в подобном тоне. Дурную шутку с ним сыграло то, что было трудно соотнести живое человеческое лицо перед ним с бездушной маской Темного лорда. Он настороженно замер. Вейдер поначалу также застыл в удивлении, а потом хмыкнул, молча признавая его правоту. Затем поднял на охотника взгляд уже без тени веселья, сосредоточенно что-то обдумывая. Фетт с изумлением отметил, как радужки его глаз вдруг разгорелись темным золотом. – У меня в запасе все меньше времени, и доверить важнейшие задачи я могу лишь немногим надежным людям. Именно поэтому я спешил поговорить с тобой лично. Фетт заставил себя сосредоточиться на разговоре. – Да, лорд Вейдер? – Мне нужно, чтобы ты выяснил личность пилота мятежников, уничтожившего Звезду Смерти. Я чувствую, что этот парень может изменить расклад всей политической игры... Его необходимо найти до того, как до него доберется Император. – Я приложу все усилия, милорд, – с готовностью откликнулся наемник. В его руку перекочевал по воздуху датачип. — Здесь, кроме прочего, есть мой секретный код для связи. А пока пусть для всех остальных сохраняется видимость нашей вражды. Фетт понимающе кивнул. Вейдер чуть расслабился, затем огляделся, прищурившись. – Так где ты прячешь свой артефакт, блокирующий Силу? – сменил он тему. – Это исаламири, – Фетт указал на накрытую клетку в углу. – Ящерица?! – Вейдер глянул на кислородный баллон рядом с собой, затем решительно сорвал с лица респиратор и тяжело поднялся на ноги, держась за стену. Красный клинок вновь с шипением зажегся в его руке. – Нет!! Вы ее не тронете! – Фетт бросился наперерез ситху и заслонил собой клетку. Пламя в глубине глаз Вейдера вспыхнуло ярче, и охотник до скрипа сжал кулаки, готовясь не дрогнуть под этим взглядом. Ситх остановился в шаге от него, будто в нерешительности. Он явно не привык, чтобы ему перечили, и обычно убивал и за меньшее. Но его наемник не собирался уступать. Если Вейдеру нужна помощь Бобы Фетта – пусть считается с интересами владельца в его собственном доме. Он заставил себя посмотреть в жуткие глаза. – Пожалуйста, я просто унесу ее подальше, хорошо? – тихо, но твердо предложил он. Лорд ситхов с минуту сверлил его хмурым взглядом, тяжело дыша, но потом наконец отступил на шаг, слегка кивнув. Когда Боба, надев шлем и вновь обретя уверенность, вернулся в свое убежище, Дарт Вейдер встретил его уже в полном своем облачении. По-видимому, он восстановил контроль над Силой, и образ изможденного человека растаял, будто морок, уступив место воплощенной Смерти. Фетт ненароком задумался, что движет этим существом, кроме необычайных способностей и железной воли, заставляя его бороться и выживать, несмотря ни на что?.. Он проводил ситха к его истребителю. – Да пребудет с вами Сила, милорд. – И с тобой, охотник за головами. Перед тем, как запрыгнуть в кабину, Вейдер снова обернулся к нему. – И еще, Фетт: ты не будешь больше устраивать мне таких сюрпризов. – Разумеется, – охотник не стал сдерживать улыбку, которая все равно была скрыта забралом. Боба вдруг понял, что будет с нетерпением ожидать следующей встречи.