Чернильное небо

Холодные бетонные стены, пропахшие сыростью, уже кажутся Кристине чем-то родным. ​Спец.школа-интернат №7 «Исток», куда девушка попала еще совсем в юном возрасте, стал ее домом. Здесь её кенты, а Ольга Степановна, одна из воспитателей – заменила им родную мать. Тусклый свет мигающей лампы раздражал сетчатку глаза, капли воды с лейки ударялись об кафельный пол. Она сидит в самом углу, за выступом стены, прижимаясь спиной к чугунной трубе,которая проходила через все этажи здания. Чиркая зажигалкой, девушка затягивается, впуская терпкий густой дым в легкие. Кристине наконец-то удаётся расслабиться: никотин бьет в голову,и тело девушки постепенно сползает вниз. Блондинка уходит глубоко в свои размышления р совсем не замечает как огонек тлеющей сигареты подбирается уже совсем близко к подушечкам пальцев, обжигая их своим жаром. Кристина зашипела, собираясь выкинуть окурок, но остановилась... Дверь с противным скрипом отворилась. В проёме показалась незнакомка. — Ой,привет,—девушка мягко улыбнулась, поправляя свои темные,почти черные волосы,убирая лишние пряди с лица. Её тонкую шею, словно подсвечиваясь,обрамляла надпись «Индиго». — Я Лиза, меня вчера сюда привезли. Блондинка, немного замешкавшись, протянула руку: — Я Кристина,можно просто Шума, —уголки губ непроизвольно приподнялись, пока она изучала лицо напротив. —Будем знакомы, Кристина, —Андрющенко проигнорировала дружеский жест новой знакомой и перевела взгляд. — Покажешь мне тут всё? Сложив руки в замок, блондинка переминалась с ноги на ногу, пытаясь хоть как-то скрыть своё неловкое положение. Что это было? Почему она чувствует себя настолько уязвимой перед Лизой? Раньше ей никогда не приходилось испытывать такие странные ощущения, тем более от человека, которого видишь впервые. Прочистив горло, девушка наконец ответила: ​— Попроси кого-то другого, у меня нет времени на это, — она безразлично развела руки в стороны. — Отойди. ​— Расслабься, чего ты такая злая? Всё же хорошо, — Лиза криво усмехнулась, словно выплевывая слова. — Тебе трудно или что? ​Раздражение Кристины можно было заметить лишь по играющим на скулах желвакам. Не став ничего отвечать, она сильно толкнула «Индиго» плечом и удалилась, оставляя ту в одиночестве. Громкие голоса в столовой не стихали ни на секунду. Грохот алюминиевых ложек об облезлые, щербатые тарелки ввинчивался прямо в виски. Все эти звуки смешивались в один вязкий гул, который взрывался внутри, издеваясь над барабанными перепонками. Спертый воздух казался почти осязаемым — им было невозможно дышать. Казалось, даже бетонные стены здесь насквозь пропитались едким запахом рыбы и кислятиной вчерашнего супа. Кристина ненавидела интернат всей душой, хоть он и заменил ей родной дом. Её не отпускало ощущение липкости по всему телу — это место высасывало из неё последние остатки свободы. ​Резкий толчок в плечо заставил Захарову вернуться в реальность. Тихо выругавшись, она устремила недовольный взгляд на человека, посмевшего нарушить её границы . ​— Крис, ну ты чего затихла? — прокуренный голос особенно выделялся на фоне остального шума. ​Увидев перед собой Киру, блондинка выдохнула, чувствуя, как комок злости в груди начал рассасываться. — Да не, Кирюх, все хорошо, — она махнула подруге рукой, мол, не бери в голову. ​Взгляд скользил по столовой, изучая до боли знакомые лица. Она могла бы еще долго рассматривать каждого, но её взор замер на конкретном силуэте. Индиго, словно почувствовав это, расплылась в ехидной улыбке и уставилась прямо на неё. Вглядываясь в самую душу, она будто пыталась разгадать мысли блондинки. Кристина опешила, но быстро взяла себя в руки. Она чувствовала, как под оценивающим наблюдением Лизы её уверенность улетучивается в мгновение. ​В столовой всё так же стоял гул, но для Захаровой в моменте все звуки затихли. Высокая худощавая фигура поднялась из-за стола с нетронутой едой на подносе. Андрющенко плавной, почти неосязаемой походкой направилась к её столу. ​— Привет, Шума. Не против, если я составлю тебе компанию? — голос Индиго звучал для Кристины особенно нежно. ​Она опустилась на скамейку, с грохотом бросая поднос на стол, будто специально привлекая внимание. ​— Слышь, ты не попутала случаем? — Влад, сидевший справа от Захаровой, брезгливо сморщился. — Ты чё приперлась, чучело? Кристюх, посмотри на неё, чё за наколки пидорские? Ебаная чернильница. ​— Реально, Шума, — хилый на вид паренек, поддакивая, осмотрел Андрющенко с ног до головы. — Она же опущенная, таким как она у параши место, не больше. Фу, блядь, зашкваришься же. ​Толпа за столом загудела, ожидая момента, когда Кристина взорвется и размажет наглую рожу по стенке. На девушку давили подстрекающие голоса друзей и ожидание драки. Захарова должна была преподать ей урок, объяснить, что такие, как Лиза, не имеют права открывать рот без разрешения. Но Индиго сидела с невозмутимым лицом, игнорируя шквал оскорблений. Она определённо чего-то ждала. ​— Рты закрыли, — сквозь зубы процедила блондинка. Она чувствовала на себе недоуменные взгляды, но больше ничего не сказала. ​Захарова резко встала из-за стола и потащила Лизу за собой. Тело будто окатили ледяной водой, на лбу выступили капли пота. Кристина сжала челюсти с такой силой, что на скулах выступили желваки.