Идиллия

      Шитьё оказывало терапевтический эффект какой-то невероятной силы на Олега, который занимался этим уже около получаса, тихо сидя за столом у большого окна. Он давно мог бы закончить, ведь дыра была небольшая, но он специально растягивал удовольствие, чтобы насладиться моментом домашней атмосферы, которой ему никогда не будет хватать.         Напротив него, положив ладонь на стол и на неё голову, сидел Игорь и все полчаса не издавал ни звука. Он смотрел на старенькое радио, которое они открыли в закромах уже их квартиры и которое когда-то слушали он с отцом. Играла группа кино. Олег периодически бросал взгляды на Грома и засматривался, потому что таким майора никто не видел, - он был уверен в этом. Повидавшие многое серые глаза застыли и забытые воспоминания сами читались в них. Волков знал этот взгляд: светлый, наивный, но при этом полный боли и сожаления. Игоря хотелось обнять и никогда не отпускать, погладить по голове, сказать, что он молодец и со всем справляется (недавно Олег узнал, насколько Грому важно, чтобы его понимали, принимали и хвалили). Его хотелось оберегать, как он оберегал других.       — Олеж, ты сейчас новую дырку сделаешь... — хриплый голос звучал неожиданно после затяжного молчания и тогда Волков заметил, что грустные глаза уже смотрели на него. Губы тронула легкая улыбка и Олег демонстрирует незаконченную работу.       — Я хочу, чтобы надежно было, — сказал Волков, — ты же все равно никогда в жизни её не сменишь, что бы там кто-то не говорил, — он опустил глаза на кожанку и аккуратно провёл пальцами по шву. — Отцовская, ты рассказывал.       Он снова поднял взгляд на Игоря и вновь увидел те самые печальные глаза, какие у Гром бывали каждый раз, когда кто-то говорил про его отца. Олегу даже хотелось с ним познакомиться, - до того привлекательными и интересными были рассказы Фёдора Ивановича и редкие рассказы Игоря. Он хорошо понимал Константина Грома и хотел бы лично с ним поговорить, - ему казалось, они нашли бы общий язык. И Игорю так казалось.       Гром молча кивнул, подтверждая слова Олега и снова лёг головой на руку, но теперь так, чтобы было удобно смотреть на Волкова.       Их маленькую идиллию нарушил скрип входной двери, но никто из них не посмотрел в ту сторону, зная, кто там будет. А конкретно запыхавшийся Серёжа с двумя пакетами еды, за которыми он сам решил сходить, - состояние у него после долгой командировки такое было, что он сам предложил поехать к Игорю домой, а не в башню, и сам захотел купить продукты и сделать вкусный ужин. В общем создать семейную атмосферу и обмазаться ей целиком и полностью.       — Какие злые продавщицы, — сказал Разумовский, пронося пакеты на кухню и кладя их на тумбу.        — Ты сигареты купил? — спросил Игорь, подняв голову и с легкой улыбкой наблюдая за тем, как Серёжа скинул с себя сырую от мороси кофту и, скинув куда-то такие же сырые носки, босыми ногами пошлёпал к ним.       Олег молча поднял осуждающий взгляд на Грома, но тот проигнорировал это. К тому же, Волков и сам баловался сигаретами, когда совсем хреново было и тогда Игорь всегда оказывался рядом со своей спасительной пачкой. Видимо, их мысли в этом плане совпали и поэтому Волков молча продолжил зашивать куртку.        — Купил, — ответил Серёжа и, взяв табурет из-под стола, поставил его рядом со стулом Игоря и, плюхнувшись на него, положил голову на плечо Грома. Тот аккуратно пододвинулся, чтобы Разумовскому было удобно и легонько чмокнул его в макушку. — Только вот тут меня и разозлили.       — Как? — спросил Игорь.       Серёжа тягостно вздохнул.       — Меня не узнали, — с печалью в голосе ответил он и Олег улыбнулся, не смотря на него. — Ничего смешного, Олег. Мне уже показалось, что я дорос до того возраста и популярности, когда у меня не просят паспорт в родном городе.       — У тебя спросили паспорт? — поинтересовался Гром с весёлой усмешкой.       — Да! — ответил Серёжа, обхватывая его руками. — А у меня его с собой никогда нет, поэтому пришлось показывать википедию...        — Поверила?       — Ну как видишь, — сказал Разумовский и, сунув руку в боковой карман на штанине джинс, достал оттуда две пачки сигарет вместе с зажигалкой и положил их перед Игорем.        — Удивительно, — прокомментировал Гром, убирая сигареты подальше от взгляда Олега. — Нина Пална с технологиями не алё.       — У неё не было выбора, — сказал Волков и, сделав маленький, но крепкий, узелок, оборвал нитку. Он чуть порастягивал кожу, дабы убедиться в том, что всё сшито намертво и никогда не порвётся (Игорь умудрится порвать), отдал вещь Грому. — Держи.       Игорь протянул руки и, забрав куртку, сразу же положил её на колени, чтобы начать проверять. Он также тянул кожу и проводил ногтями по практически незаметному шву. Работа была проделана хорошая и качественная. Гром улыбнулся и посмотрел на Волкова.       — Спасибо, Олеж.       Тот кивнул.       — Пожалуйста, — сказал он и, на пару секунд задержав взгляд на притихнувшем на плече Игоря Серёже, поднялся с места и пошел на кухню. — Что у нас сегодня к ужину?       Разумовский встрепенулся, вскакивая на ноги.       — Ты обещал курицу в духовке, — сказал он и пошлёпал за ним. — Я всё купил: картошку, курицу, приправы...        Он замолк на полуслове, потому что Олег достал из пакета три банки энергетика и очень внимательно посмотрел на Серёжу.       — Мы вроде договаривались, — сказал Волков и, отставив банки в сторону, продолжил разбираться пакеты.       — Н-ну... — сказал Разумовский и обернулся на Игоря, который размещал куртку на вешалку. Он не смотрел в его сторону, но улыбался, явно подслушивая разговор. Понимая, что никакой поддержки он не дождётся, Серёжа снова посмотрел на Олега. — Игорю же можно сигареты! Почему мне нельзя энергетики? Да и к тому же, я же ничего не говорю, когда ты у него сигареты стреляешь...       Волков поднял брови, снова заставляя Разумовского замолчать на полуслове. Тогда Серёжа подошел к нему и, забрав все три банки, поставил их в дальний угол холодильника, за сливки, чтобы они не мозолили Олегу глаза. Тот этот жест не оценил, но ничего говорить не стал. Настроение у него не то, не для споров. Ему бы курицу приготовить, как учила тётя Лена, объесться и лечь спать на ближайшие пару дней. С последним у него явно будут проблемы, хотя, учитывая какое размякшее и выжатое состояние было у Серёжи после командировки и у Игоря, недавно закрывшего сложное дело, спать несколько дней они будут втроём.