«I hate everything I create»

***

И я так ненавижу себя, я просто ненавижу все в себе. Наверное, я был прав, я всегда был уродом, это еще одна причина, почему я всегда в тени, даже когда мне будет плевать на их мнение. Да мне уже давно плевать, я просто больше не могу скрываться за этой тупой маской, зачем? Чтобы меня заметили? Нет, Эндрю, я не хотел чтобы ОНИ заметили меня, я хотел ТЕБЯ. Я хотел, чтобы ТЫ заметил меня, ублюдок, зря ты не носишь очки… все мои старания, все сценарии, все, что я делал для тебя - это просто мусор под твоими ногами, ты никогда не заботился об этом, тебе было плевать как на меня, так и на мои попытки, ты всегда был выше меня, тебя всегда любили, а я, даже если делаю больше, все равно оказываюсь на тысячу ступеней ниже... и не нужно протягивать мне руку. . . . Хотя, ты так жалок. Почему ты пытаешься защитить себя и свое мнение? Я создал тебя, твое отражение, твои руки, и то, как построен твой механизм — это я создал тебя, @.11v@h, я создал каждый твой день, каждый хмурый светлый день с этими белыми небесами, такими же пустыми, как мои ебаные холсты и листы бумаги. Даже так, я давно сжег их… уже плевать. Плевать на все это, тебе же тоже было плевать, ну давай, скажи мне это в лицо, плюнь мне в лицо, ты же такой могучий, у тебя есть все и одновременно ничего.

***

Возможно, мое тепло было тебе непонятно. Я всегда работал один. Знаешь, ты всегда был таким… навязчивым. Твои украденные цитаты, будто сделанные "на отвали" или "лишь бы вставить", а ты так сиял, когда показывал каждый новый лист со скриптами, но выглядело это как бред идиота. Хотя ладно… может, ты просто недостаточно учился… но я плохой учитель, почему ты пришел ко мне, когда я буквально отказал тебе? У меня итак не было времени и… желания… Да, ты мне помог, но я не просил. Ты такой… непонятый. Но все равно, ты мой лучший друг. По крайней мере, ты был. . . . И иногда твои качели меня напрягают. Но мы оба знаем, что ты никогда не сможешь определиться, хочешь ли ты обнять теплом или наоборот сжать глотку в хватке. Честно, я уже ничего не хочу, меня это так заебало, я больше так, блять, не могу, делай что хочешь. Просто делай что хочешь. Лучше сразу убей.

* * *

Это то, чего никто не услышит. Никто из них. Только сами себе так скажут в голове и забудут. Либо не забудут, но все равно не скажут. Нельзя. Пока что, или никогда. Последовательность — это тоже своего рода формула, но в ней ты можешь легко найти ответ наперед, а в реальности ты можешь использовать последовательность сколько угодно, но скоро ты начнешь замечать, как ты выгораешь. … Их пальцы случайно соприкоснулись, один отдернул руку в ту же секунду, другой молча глянул, уставшими глазами, несмотря на то, что он был все еще зол, он не делал резкий движений и больше не причинял боль Айвану. А ему вообще было больно? … — И зачем ты вообще слил ее? — Эндрю промямлил, облокотившись спиной о стену, уставившись в лоб Айвана, не пробивая взглядом, но давая знать, что просто так это не закончится. — Я… — он запнулся на первом же слове, сжимая рукой запястье и желая уткнуться в стену. — Это… потому что ты бросил меня. Оставил гнить там. Думаешь, мне было так весело сливать ее? — replacing the blame. Он на секунду осмелился глянуть в сторону Эндрю, в глазах сверкнуло что-то похожее на красное пламя. — «Бросил тебя»?! — он внезапно сорвался с места, вздрогнув. — Ох, ну извини, что я боялся за свою безопасность! Я сбежал от тебя только потому, что не хотел, чтобы ты меня там прикончил. Это не моя вина, что ты такой… конченый. — отвел взгляд. — … Глаза Айвана слегка расширились, он встал с места. — Ты назвал меня конченым или мне послышалось? Это не моя вина, что ты вечно такой… идиот. Ты всегда отвергаешь меня, я ничего не получаю взамен на свою помощь и ты буквально вырезаешь меня из нашей игры, даже не даешь мне быть… креативным! — Айван взмахнул руками в воздух, глаза слегка расширились. Эндрю встал с пола и его кулаки сжались, — в том то и дело, что я не хочу чтобы ты был "креативным", Айван. Я… — он посмотрел в сторону. — Это была моя игра, понимаешь? Не какая-то… тупая песочница для тебя и твоих, вырезанных из чужих слов, цитат. Я всегда работал один. Да, я благодарен тебе за твою помощь, но я не просил тебя мне помогать. Я думал, если мы будем жить вместе у тебя, то это будет… ну, что-то обычное, я бы пожил пару недель и съехал, но ты даже не представляешь почему все обернулось именно так. Это из-за тебя я не смог закончить игру в срок, потому что ты продолжал добавлять свои тупые цитаты и… они никогда не были для меня чем-то важным. Айван вздрогнул. — То есть ты хочешь сказать, что тебе всегда было просто похуй на мою помощь и попытки быть рядом? — он снова вздрогнул, глаз слегка дернулся от напряжения. — Я так понимаю, ты поэтому и выкинул мои старания в помойку, да, Эндрю? Все мои скрипты. А потом еще выдал "ты копался в моей мусорке?". Скажи, тебе всегда было плевать на мои попытки помочь? — Да блять, как же ты заебал, Я НЕ ПРОСИЛ ТВОЕЙ ПОМОЩИ!!! ПОЧЕМУ ТЫ НИКОГДА НЕ СЛУШАЕШЬ МЕНЯ?! — резко рявкнул, замахнулся рукой и вмазал Айвану тяжелую пощечину, что эхом отозвалась в закрытом наглухо лифте. — Ты… — его голос вздрогнул, он коснулся своей щеки пальцами. Айван не сказал ни слова, здесь больше нет смысла говорить что либо, можно лишь сдаться и навсегда затихнуть. Зачем выяснять отношения когда ты забыл сам себя полностью, хотя отголоски еще есть, но что-то лучше и выше глушит их. — Айван, я… я не хотел бить тебя, но я не думал, что это все приведет к такому, ты… — но его перебили; — А если бы я умер, ты бы был счастлив? — вопрос возник из ниоткуда, слишком резкий, но сказан таким тихим голосом, будто если он скажет громче, то сломается, но несмотря на это, внутри него все еще было что-то, что не могло затихнуть, что требовало убрать эту тупую слабость, но это была не слабость и Айван был слишком потерян в этом чтобы просто понять, что вообще происходит с ним.

Я больше уже ничего не хочу, я даже себя забываю, какие там планы… Может быть скоро я снова вспомню себя, а пока я буду нести бред. Та часть меня будет жалеть о том, что такая часть как я существует, но убить меня до конца будет тяжело, даже если я сам хочу наложить на себя руки. А они связаны за спиной.