Все прелести юбки. Для удобной помощи

      Лифт тренькает и выпускает Минхо на нужном этаже. Он поудобнее перехватывает спортивную сумку с тихим шуршанием и идет, медленно переставляя ноги. Тренировка на ноги, после небольшого перерыва, удалась, так что резких движений делать совершенно не хочется.              Он уже представляет, как будет ощущать себя завтра, и запрокидывает голову назад, подавляя жалобный стон. Еще несколько шагов до двери, и можно развалиться на диване.              Дверь его встречает горой посылок около себя, а пиликанье электронного замка открывает для него звуки дома. В душе становится теплее, и даже усталость совсем чуть-чуть отступает, когда Минхо слышит звук телевизора и присутствие чужой жизни в недрах квартиры.              – Я пришел.              Ему никто не отвечает, и он еще раз прислушивается, отмечая шум в ванной. Джисон, похоже, купается. В голове сразу возникает мысль, что лучше пойти сразу помыться, потому что если он коснется дивана, встать уже будет сложно. На это Минхо сам себе коротко кивает и откладывает спортивную сумку на тумбу, возвращаясь к оставленным посылкам.              Разбирать прямо сейчас их желания нет никакого, но они будут так копиться, превращаясь в гору, о которую они потом будут спотыкаться. Он тяжело вздыхает и затаскивает их домой, закрывая дверь.              Сразу отмечает что пришли те несколько упаковок с напитком и оставляет их около двери. Его Хани он очень понравился, так что теперь тот тоже его с собой носит. Маленькая улыбка непроизвольно появляется на губах, пока Минхо выставляет их ровно, чтобы не мешались.              Руки переходят к следующей посылке, и он вспоминает, что вообще заказал, в задумчивости выпячивая губы. Он чуть потрясывает коробку, слыша понятное шуршание, – это пришли нужные витамины. Она откладывается в одну кучку, потом еще одна посылка туда же, и еще одна, на которой его имя. Минхо усмехается в понимании, что у него иногда случается спонтанный шопинг. Потому что из пяти посылок только одна для Джисона.              Вспомнить бы еще, что он сам заказывал.              Минхо опирается на тумбу и с тяжелым вздохом стаскивает кроссовки, когда внутренне замечает, что пропал звук льющейся воды со стороны ванной. Обувь оставляется на полку, и он с кряхтением разгибается.              – Хен, ты уже пришел? – Джисон повышает голос, крича из другой комнаты, и чем-то шуршит там.              – Да, тренировка была разрывная, я сейчас свалюсь.              Минхо подхватывает сумку, чтобы загрузить вещи из зала сразу постирать, и идет на голос из ванной. Джисон обнаруживается там в облаке еще не до конца рассеявшегося пара. Он небрежно намазывает уход на лицо, пока капли с его мокрых волос скатываются по голой спине.              Возможно Минхо и не так сильно устал.              Привалившись в проеме двери, Минхо не отказывает себе в удовольствии проследить их взглядом, стопорясь на обвязанном вокруг талии полотенце. То скрывает обзор на вкусную часть тела, и он непроизвольно сглатывает, стараясь промочить вдруг пересохшее горло.              После такой тренировки у него вообще ничего не должно шевелиться, но при взгляде на такого его Хани внизу живота все равно теплеет. Язык пробегается по губам в воспоминании, как вчера вечером их очерчивал под чужие хныканья.              – Ты жрешь меня взглядом.              Джисон берет полотенце с вешалки и промакивает голову, наконец разворачиваясь к Минхо лицом. Круглые щечки после душа раскрасневшиеся, и румянец сползает даже по шее вниз. Минхо тут же отмечает, как от прохладного воздуха соски парня стоят торчком – так и просятся в рот. Язык толкается в щеку.              – Ты словно против.              Он прищуривается, вглядываясь в чужие глаза. Джисон подходит почти вплотную и шумно вздыхает, закусывая губу. Минхо видит, как его зрачки расширяются, затапливая радужку, от этого внутри все готово довольно урчать.              Но тот, сжимая в пальцах влажное полотенце, только подается вперед, быстро чмокая его в губы. Джисон тут же отстраняется, не дожидаясь, когда Минхо бросит сумку на пол и устроит свои ладони на его талии. Те так и чешутся занять положенное им место.              – Я очень не против. Против моя задница со вчерашнего вечера.              Джисон комично морщится, выражая всю трагичность ситуации. Минхо всегда забавляла разнообразность и активность выражения его эмоций, поэтому он не удерживается и подается вперед, чуть прикусывая нос парня.              – Мы всегда можем поменяться или придумать что-то еще.              Он готов ластиться котом к Джисону и чувствует, как тот начинает таять под его словами. Джисон откидывает полотенце, которым вытирал голову на машинку и оно приземляется так, что грозится в любую секунду упасть. Но они уже слишком поглощены друг другом.              – Но-но-но, твоей – вибратор, моей – твой член.              Минхо усмехается, когда Джисон все же прижимается к нему всем телом. Узел завязанного полотенца вжимается ему в живот, и Минхо немного толкается бедрами. Член в спортивках уже отзывается, и руки укладываются на еще чуть влажную талию Джисона. Пальцы проминают кожу, ловя сбившееся дыхание на своих губах.              – Мне кажется, у кого-то есть зависимость, – Минхо говорит тихо в пространство между ними.              – Если только совсем немного.              Джисон устраивает одну руку на его плече, а другой показывает свое определение «немного», прикрывая один глаз, словно прицеливается.              – Хани, ты явно преуменьшаешь, – Минхо хмыкает, получая легкий шлепок по груди.              – Самомнение ты себе отрастил, конечно.              Джисон закатывает глаза, но продолжает улыбаться и никуда не отстраняется, давая Минхо возможность непроизвольно в привычном жесте поглаживать его талию, чуть заползая кончиками пальцев под полотенце. Под ладонями чувствуются чужие мурашки, расползающиеся по коже. Он заговорщически улыбается и показательно опускает взгляд вниз, где они уже плотно прижаты друг к другу.              – И кое-что еще.              – О боже, все, вали мыться.              Джисон еще раз не удерживается и чмокает его в губы и выкручивается под разочарованный вздох Минхо из рук. Парень сразу отступает на шаг и поднимает брошенное на машинку полотенце, чтобы повесить сушиться.              Минхо еще раз тяжело вздыхает, вот раздразнили его и оставили без продолжения. Но помыться действительно надо. Пока Джисон убирает в шкаф над зеркалом уходовые баночки, он закидывает вещи из спортзала в стиралку. Стягивает с себя футболку и штаны, отправляя их туда же, и отмечает, как на него пялятся через зеркало, чуть красуется, но ничего не говорит, только ухмыляется. Прилив энергии от заигрывания сходит на нет, и тело напоминает, что он вообще-то после тренировки. Мышцы наливаются усталостью.              – Тебе там посылка пришла, оставил на тумбочке.              Он под пиликанье машинки выставляет программу, запуская ее. Она начинает мерно шуметь поглощая воду. Джисон все крутится у раковины, но Минхо, ничего не смущаясь, сбрасывает трусы в корзину для белья и заходит в душевую.              Когда упругие горячие струи падают на плечи, он не сдерживает довольного мычания и несколько приятных секунд просто наслаждается льющейся на него водой, запрокинув голову.              – А что там?              Минхо краем глаза замечает, как Джисон достает для него чистые полотенца, укладывая их ближе к душевой. От этого приятно теплеет под ребрами.              – Я не открывал, но пришло с купанга.              Он говорит чуть громче, чтобы его было слышно за звуками воды, и намыливает голову, зажмуриваясь, чтобы пена не попала в глаза.              – Ааа, наконец пришло.              Раздается щелчок двери, и домывается Минхо уже в одиночестве. Тело после душа распаренное и требующее сейчас же завалиться в кровать и проспать всю ночь, восстанавливаясь после нагрузки.              Он шлепает босыми ногами в комнату, отмечая, что Джисон уже выключил говорящий на фоне телевизор и потушил везде свет, оставив только в коридоре, чтобы ему не добираться в темноте в комнату. Наверное, тот уже свернулся под одеялом и уснул, поэтому дверь в комнату открывается аккуратно, чтобы не потревожить.              Но Джисон не спит.              Брови Минхо взлетают, рассматривая крутящегося перед зеркалом парня.              В юбке. Короткой юбке.              Минхо на мгновение зависает, а потом чуть жмет плечами и заходит в комнату. Дверца шкафа с тихим звуком открывается, и он зарывается на полку, чтобы достать пижаму.              – Не думал, что я настолько выше девушки с фото буду.              Джисон яростно отдергивает низ юбки, поворачиваясь то одним боком, то другим. Минхо находит пижаму, белье и кидает стопку на кровать, обводя своего парня взглядом.              Юбка в небольшую складку действительно едва прикрывает попу, и из-за того, что та на отлет, край ткани приподнимается еще больше. Минхо смотрит на голые ноги, отмечая оставленный со вчерашнего вечера укус на внутренней стороне бедра, который выделяется на медовой коже. Довольство разливается внутри, но он отвлекается, отбрасывая полотенце и надевая боксеры.              – А ты вообще зачем ее купил-то?              В голосе неподдельное удивление, потому что у них обоих не было фетишей на женские вещи друг на друге. Минхо просто относился к этому ровно – женская шмотка и женская. На себе он такое вообще не особо любил примерять, в голове сразу всплыл образ тети Лины. В моменте было прикольно. Мемберы повизжали, поприкалывались, Джисон явно подвис на его длинных волосах, но такое все же не в характере Минхо. Поэтому сейчас у него в глазах читается вопрос, когда голова пролазит в ворот футболки.              – Чтоб яйца не прели.              Джисон произносит это буднично, уже копаясь в собственном телефоне. Он так и стоит полуголый в этой юбке, чуть прикрывающей задницу. Минхо проходится по нему взглядом, внутри явно екает на голые ноги и подкачанную грудь. Ладно, на всего Джисона екает и начинает потягивать внизу живота. Рука непроизвольно тянется вниз, поправляя только нормально уложенный в трусах член. Что за провокатор.              – А?              Минхо подходит ближе, прижимаясь к его боку и нагло заглядывая в светящийся экран. Там перед ним опять множество вариантов юбок, и палец Джисона пролистывает страницы, замирая над примерно такой же, как и на нем, только в клетку и явно подлиннее. Тот цокает, отправляя ее в корзину, но продолжает поиск дальше.              – Только не говори, что у тебя в трусах не преет ничего. На людях ладно, но дома я хочу комфорта.              – Ходи без трусов.              Минхо жмет плечами, словно это само собой разумеющееся. Но после замечания о неудобстве в белье словно действительно становится некомфортно и он переминается с ноги на ногу.              Джисон отрывает глаза от экрана, скептически поднимая брови и смотрит взглядом «что ж ты у меня за дурачок». Теплым, но с маленькой издевкой, что тот ничего не понимает.              – Ага, и будь оттраханным на всех поверхностях.              У Минхо хватает наглости не смутиться, а только ухмыльнуться и поиграть бровями, получая тяжелый вздох парня.              – Плюс, – Джисон задумчиво тянет, закусывая губу, – странно это. Хожу такой по дому в футболке и без трусов. Вдруг кто придет. Еще голой задницей садиться на диван, где гости сидят.              Он кривится, и с этим Минхо соглашается, коротко кивнув, но потом, хмыкнув, тянет:              – То есть то, что ты будешь ходить в юбке при гостях, будет не странно?              Минхо возвращается к пижаме и натягивает шорты, но все начинает как-то мешаться и давить. Он оттягивает шов между ног, и Джисон всезнающе кивает.              – Вот, я же говорил.              – Да этого не было, пока ты не сказал.              Он шипит и снимает шорты, отбрасывая их обратно на полку. Тело требует отдыха, а не вот этого вот всего.              – Хочешь сказать, что вот так вот удобнее?              Минхо неопределенно обводит рукой все, что у Джисона ниже пояса, сам присаживаясь на край кровати и чуть ерзая на месте. Тот поднимает глаза к потолку, словно там есть ответ, переминается с ноги на ногу, наклоняется, поднимает ногу. Минхо видит, как под тканью колышется его мягкий член, и непроизвольно сглатывает, чтобы промочить вдруг ставшее сухим горло.              Джисон аккуратно садится рядом и откидывается назад, опираясь на руки, и твердо кивает.              – Очень даже неплохо. Мазь в трусы впитываться не будет еще.              – Какая мазь?              Минхо видит, как тот закусывает губу, и смотрит еще пытливее, замечая, как начинают гореть чужие кончики ушей. Джисон весь тушуется, но как-то обреченно вдыхая, признается:              – Вчера мне немного натерло. Сначала не чувствовалось. А сегодня…              Он приподнимает плечи в смущении. Минхо вспоминает вчерашний вечер и Джисона, вцепившегося в его плечи ногтями и все повторяющего «быстрее, быстрее», и свое поглощающее желание не останавливаться. Надо было подлить больше смазки, а он и не заметил. Минхо меняется в лице, и вся игривость сползает с него, в груди теперь неприятно жмет.              – Блять. Так и знал, что ты сейчас начнешь загоняться. Расслабься, пройдет.              Джисон толкает его в плечо, заставляя упасть на кровать, но Минхо перекатывается на бок и устраивает руку на его бедре, не скрытом короткой юбкой, поглаживая кожу большим пальцем.              – Не люблю, когда тебе больно.              Он бубнит это в бицепс, на котором устроил голову и это получается очень жалостливо. Джисон закатывает глаза и укладывается на спину рядом, перекатываясь на бок, и теперь смотрит ему прямо в глаза.              – Все норм, я уже намазался, – он чуть ерзает, – но надо еще будет.              – Дай проверить.              Джисон на просьбу в момент округляет глаза, и даже в полумраке комнаты Минхо видит, как быстро краснеют его щеки. Тот в своем смущении привычно чуть шлепает его по плечу.              – Ты невыносим.              – Что такого? Залезать языком в твою дырочку можно. А просто посмотреть, удостовериться, что все в порядке, нельзя?              Минхо действительно не понимает, что в этом такого, поэтому когда Джисон закрывает лицо руками и жалобно мычит, он тянется к изголовью кровати и нашаривает выключатель, чтобы загорелся общий свет.              Минхо в своем желании все проверить и позаботиться это не остановит.              – Ты, блять, еще фонариком туда посвети, – Джисон продолжает язвить.              – А мазь где?              Он не обращает внимания на стенания парня, и под его пытливым взглядом Джисон чуть раздвигает пальцы, через которые теперь блестит один темный круглый глаз, чтобы удостовериться, что Минхо все еще смотрит на него.              – Ты ж теперь не отстанешь.              Это Джисон констатирует для себя и, поднимаясь с кровати, убегает из комнаты, но возвращается спустя несколько секунд и кидает в Минхо металлический тюбик, который тот ловко ловит, вчитываясь в название лекарства. Коротко кивает, словно знает, что это точно то, что нужно.              Он не знает, но раз Джисон дал ее, значит, она.              – Ложись давай.              Минхо кивает на кровать, и Джисон с еще одним страдальческим нытьем укладывается на кровать, выпрямляя ноги и вытягивая руки вдоль тела, словно бревнышко. Но он не теряется и сползает по постели ниже, стаскивая за собой край покрывала и не церемонясь кладет ладонь на внутреннюю часть бедра, подталкивая, чтобы те раздвинуть, ловя кончиками пальцев чужие мурашки.              Джисон поддается и, сгибая ноги в коленях, дает ему пространство, чтобы устроиться. Минхо закидывает край юбки выше, и перед ним сразу открывается приятная картина того, как мягкий, но уже наливающийся член лежит на бедре, а гладкие яички так и просятся в рот.              Минхо сглатывает и часто моргает отгоняя это от себя. Он тут не за этим.              – А с юбкой действительно удобнее.              Он подтягивает рядом лежащую подушку и кивком вверх призывает Джисона подняться, тот понимает его с малейшего движения и, выгибаясь, помогает устроить ту под своей поясницей. Минхо сползает еще ниже и нежно проводит рукой по округлой половинке, чуть отодвигая ее в сторону, чтобы не причинить неприятных ощущений.              – Так что тут у нас?              – Это пиздец какой-то.              Джисон выдает страдальческий стон, но Минхо видит, как от всех его движений член того постепенно набухает.              – А твой младший друг так и не скажет.               Он в маленькой пакости дует на чуть обнажившуюся головку, от чего член вздрагивает, а Джисон шипит.              Минхо чуть хихикает на это, но не провоцирует больше.              – Представь, что я врач.              – Только никаких ролевых.              Джисон отрицательно мотает головой, так что его влажные после душа волосы рассыпаются по кровати. Его ярое отрицание вызывает еще один смешок. Минхо ничего не отвечает, вновь возвращаясь к тому, на чем остановился. Вторая ладонь опускается на другую ягодицу, и теперь он, раздвигая их, отчетливо видит немного покрасневший вход.              Он закусывает губу: все действительно не так плохо, как и говорил Джисон, но Минхо делает себе пометку добавлять еще больше смазки, чтобы такого не происходило больше никогда. Потому что внутри все равно неприятно крутит.              Он отпускает одну половинку и ловко раскручивает крышку на тюбике с мазью одной рукой. Но понимает, что подлезть так все равно будет не очень удобно.              – Раздвинь-ка себя.              Минхо поднимает глаза, встречаясь с влажными глазами Джисона, тот моргает несколько раз, а потом делает, как попросили. Его ладони опускаются на ягодицы, заменяя Минхо, раздвигая себя для него.              – Какой молодец мой Хани.              Член перед его лицом твердеет еще больше, реагируя на похвалу. Минхо знает, куда надо бить, и чуть ухмыляется. Теперь ему удобно нанести мазь на пальцы, что он и делает.              – Тебя так заводит все это?              Пока мазь чуть нагревается от его кожи, чтобы Джисону не было неприятно от холода, Минхо выпрямляет поясницу с тихим мычанием от тяжести в мышцах и смотрит на кусающего губы парня.              – Ты сидишь между моих ног, когда я без трусов, трогаешь мою дырку, говоришь вот это вот все, – он вздыхает, – вылизываешь меня обычно в таком положении. Конечно, я возбуждаюсь.              – Ну так я могу сейчас, а потом помажем.              Язык провокационно толкается в щеку и Минхо жмет плечами, выжидательно уставившись на Джисона. Тот чуть мнется, задумчиво смотрит на него, а потом коротко кивает, а ему большего и не надо. Внизу живота приятно тяжелеет, и он обтирает вымазанные в мази пальцы прямо о свою футболку и ныряет обратно вниз.              – Сразу надо было так.              Горячее дыхание обдает поджавшийся вход, и Минхо, не медля, но очень аккуратно обводит его кончиком языка, получая тут же судорожный вдох сверху.              – Нормально все?              Рука перехватывает за заднюю сторону бедра, чуть приподнимая для удобства. Он видит, как пальцы Джисона больше впиваются в собственную кожу, и чуть прикусывает кожу на бедре.              – Н-нормально, приступай уже.              – Какой нетерпеливый Хани.              Минхо шепчет в кожу, трется о нее носом и глубоко втягивает ее аромат. Мурашки ползут по бедрам Джисона, когда губы прижимаются в легких поцелуях сначала к ягодицам и прокладывают путь к самому главному.              Джисон под ним ерзает и тяжело дышит, пока он чуть прикусывает чувствительную кожу. Минхо опускается ниже, широко проводя языком по промежности. Он делает это с оттяжкой, чуть приостанавливаясь на самой дырочке, но потом поднимается дальше.              Вторая рука укладывается на другое бедро, подталкивая его выше. Теперь юбка совсем задралась, а ноги Джисона прижаты к его животу, но он не жалуется. Минхо только и слышит его тихие хныки, когда язык сначала медленно обводит пульсирующий вход, потом, дразня, толкается в самую середину, но сразу отступает, когда таз подается чуть вперед.              Дразнить его Хани – самое приятное.              Он прижимается языком к дырочке плотно и несколько раз лижет с нажимом, а потом отрывается, наблюдая за тем, как она поблескивает от слюны. Минхо готов поклясться, что от этого зрелища слюна потечет у него изо рта прямо на постель.              Но он продолжает, снова толкаясь языком внутрь, стеночки мягко поддаются его напору. Он обводит края, проталкивает его глубже и мычит, пуская вибрацию прямо в нервные окончания Джисона. Тот вскидывается и протяжно стонет, и от этого звука Минхо сам чуть потирается потяжелевшим членом о постель. Язык выскальзывает из дырочки, Минхо прижимается губами, целуя и пуская еще больше слюны.              Пальцы чуть сильнее проминают чужую кожу, когда Джисон непроизвольно пытается свести ноги. Тот дергается и издает ласкающие уши Минхо звуки удовольствия. Он чуть похныкивает, когда Минхо медленно проходится языком, и протяжно стонет, когда толкается прямо в самую сердцевину часто. Он пускает избыток слюны на чуть расслабившийся и подрагивающий без теплоты его рта вход и дует. Глаза зажмуриваются, когда протяжный стон Джисона проходится по нему дрожью.              Он поднимается поцелуями чуть выше, с удовольствием втягивая яичко в рот и чуть перекатывает, обводя его языком и играясь. Джисон издает высокий хнык и дергается от неожиданности, но Минхо крепко держит его бедра в ладонях и с пошлым звуком выпускает его изо рта, пробегаясь языком по шовчику.              – Не дергайся.              Он не оставляет без внимания второе, присасываясь к нему. Минхо шумно дышит, щекоча нежную кожу. Слюна стекает по подбородку, пачкая лицо и Джисона так, что ему, похоже, надо будет еще раз сходить в душ. Член парня налился и прижимает ткань задранной юбки, пуская на нее капли предэякулята.              Минхо облизывает покрасневшие и налившиеся губы, прижимается под яичками и глубоко втягивает аромат тела Джисона. Глаза прикрываются, и он довольно мычит, когда в его волосы зарываются чужие пальцы, прижимая его максимально близко.              Язык очерчивает основание члена, поднимается дальше по стволу и останавливается на головке. Кончик ныряет в уретру, и Минхо поднимает глаза наверх, сразу же встречаясь с поплывшим взглядом Джисона. Он на секунду замирает, наслаждаясь его лицом.              Тот весь раскрасневшийся и с обкусанными губами. Грудь его тяжело вздымается при дыхании через рот, и Минхо, смотря в его глаза, намеренно широко проходится по чувствительной головке, а потом насаживается ртом, посасывая ее, ловя каждую эмоцию Джисона. То, как его рот приоткрывается шире, выдавая всхлип, как в уголке глаза уже блестит слезинка, а шея напряжена и так и манит ее тоже вылизать.       Все это сводит его с ума.              Минхо бы с удовольствием облизал Джисона всего. От маленьких пальчиков на ногах, которые бы поджимались от щекотки, до алеющих ушей, которые бы Минхо еще и покусывал. Он прикрывает глаза, отдаваясь своим фантазиям, и опускается на член ниже, глотая, когда головка упирается в горло.              Джисон подается в узость его горла, которое Минхо расслабляет, позволяя ему это. После пары толчков он выпускает влажный член, и тот шлепается опять на юбку, поблескивая от слюны.              Минхо на мгновение выпускает бедро парня из ладони и прижимает ее к своему члену, давая немного облегчения. Он стаскивает боксеры, которые теперь сковывают его ноги, но снять их сейчас неудобно.              Член так и просится в руку, мерно покачиваясь под своей тяжестью, и Минхо пару раз проводит по нему рукой, жмуря глаза до белых пятен. Джисон под ним ерзает, и от себя приходится отвлечься.              Он тут чужие раны залечивает вообще-то.              – Кончишь только от языка, Хани?              Минхо опускается обратно, втыкаясь носом в ягодицу, обдавая ее горячим дыханием.              – Нееет.              Джисон хнычет на его предложение и вертит попой в недовольстве.              – Я же знаю, мой Хани – молодец и точно может это сделать.              Он пытается зайти с другой стороны, но тот продолжает выделываться.              – Блять, я хочу член.              Минхо хмыкает, словно не у него дырка была только вот натерта от их вчерашнего марафона. Он мягко прижимается губами под яичками, потом толкается в это место языком, массируя.              – Не сегодня, но обещаю, что обязательно его получишь, как только твоя дырочка заживет. Давай покажи себя для меня.              Он добавляет в голос весомости, зная, как Джисона от этого ведет. И результат не заставляет себя долго ждать, тот опускает свои ладони обратно на ягодицы, удобно их разводя.              Минхо начинает лизать вход активнее, проникая языком глубже, обводя им стенки внутри, куда только достает. Стонет, посылая вибрацию по телу под собой. Дрожь прокатывается по бедрам Джисона, и Минхо понимает, что тот уже на самом краю, когда тот начинает выгибать поясницу и протяжно хнычет.              Губы захватывают край дырочки, аккуратно просасывая, и это становится последней каплей. Джисон вздрагивает под ним, зажимая голову бедрами, стонет и впивается пальцами в собственные ягодицы, пока сперма льется на ткань юбки. Минхо проводит его через оргазм, только мягко и аккуратно полизывая сжимающийся вход.              – Такой умница, Хани, такой умница.              Он заполошено шепчет во влажную кожу, оставляя мягкие поцелуи под затихающие звуки Джисона.              Собственное возбуждение туманит голову, и пока бедра Джисона держат его, он обхватывает собственный член и быстро дрочит, постанывая в чужую промежность. Рука скользит так как надо, он проворачивает кулак вокруг головки, уделяя ей больше внимания. Чувствительность на пределе и он жмурится до пятен перед глазами, концентрируясь на собирающемся и теплеющем ощущении внизу живота.              Джисон под ним остаточно вздрагивает, и Минхо догоняет свой оргазм, который выплескивается ему в руку липкой спермой.              Тяжелые вдохи вырываются из груди, и он вжимается носом в паховую складку, замирая и переводя дыхание. Ноги Джисона расслабляются, отпуская его, но он все равно продолжает так лежать, приходя в себя, пока над ним не раздается тихий стон.              – Доктор из тебя так себе.              – Ты сам не хотел ролевых.              Получается глухо, потому что Минхо все никак не может оторвать лицо от чужого бедра. Он делает глубокий вдох и поднимается, присаживаясь на пятках. Картина распластанного, красного и тяжело дышащего Джисона снова что-то шевелит внутри и Минхо чуть подается к нему. Но тот упирается стопой ему в грудь, пока сам проводит кончиком пальцев по каплям спермы на юбке.              – Блять, теперь даже не вернуть.              – Тебе же она понравилась, сам сказал, что удобная.              Минхо жмет плечами и перехватывает чужую щиколотку, на автомате начиная массировать ее. Джисон согласно кивает, но потом надувает губы.              – Но я хотел заказать другую, чуть подлиннее. Ладно, это неважно, – он переводит взгляд на Минхо, и тот вскидывает брови, собираясь внимательно выслушать парня.              – Ты мне все еще должен медицинскую помощь. И я слышал про обещание члена в заднице попозже.              – Первое сейчас сделаю.              Минхо шарит по скомканной кровати в поисках тюбика с мазью и находит его в складках покрывала.              – А другое, пока твоя задница не заживет до конца, не получишь.              Стопа, все так же упирающаяся в его грудь, надавливает сильнее, когда Джисон хмурит брови и поджимает губы. Но Минхо этим не пронять. Нет, конечно, пронять, он готов на многое ради этого. Но здоровье и комфорт его Хани слишком важны.              – Так нечестно. Мне практически не больно.              – А должно быть совсем не больно.              Минхо аккуратно отстраняет его ногу и поднимается с кровати, и чуть не падает, запнувшись о запутавшиеся на щиколотках боксеры.              – Блять. Возможно, юбка действительно хороший вариант.              Он наблюдает за тем, как Джисон приглаживает складки, опустив ткань и прикрыв все стратегические места от его взгляда. Минхо топает обратно в ванну и, вытеревшись там, к Джисону уже приходит с влажным теплым полотенцем. Тот точно не потащится в душ, как бы Минхо ни хмурился, что в кровать надо ложиться только намывшимися.              Когда он возвращается, Джисон как раз стаскивает смятое и испачканное покрывало, скидывая его кучей на пол, и наклоняется, чтобы расправить одеяло.              Рука Минхо мягко давит ему на поясницу, заставляя задержаться в этом положении с упертыми в кровать коленями.              – Подожди, дай вытру и намажу.              – Давай быстрее.              Джисон чуть прогибает поясницу, и Минхо обтирает полотенцем уже мягкий член и промежность от всей слюны и спермы. Он аккуратно проходится около чувствительной дырочки, отмечая, что та все еще такая же покрасневшая.              – Мазь?              Джисон тянется к предусмотрительно найденному и вытащенному из складок покрывала тюбику протягивает его за спину. Мазь на пальцах чуть маслянистая и быстро тающая от нагрева о кожу.              Минхо проходится по ободку кончиком пальца, чуть втирая под чужие вздрагивания. Движения его мягкие и аккуратные, чтобы не причинить лишний дискомфорт.              – Расслабься чуть, внутри смажу.              Он надавливает немного сильнее, когда Джисон тяжко вздыхает, но расслабляется, пропуская в себя. Когда с процедурой закончено, Минхо напоследок сжимает чужую, так приятно ложащуюся в ладонь половинку.              – Теперь спать.              Джисон что-то недовольно бурчит себе под нос о жадных до своего члена парнях, но стаскивает юбку, отбрасывая ее к покрывалу, и ныряет голышом под одеяло, пока Минхо вытирает от остатков мази руки о влажное полотенце.              Укладываясь рядом, он занимает положение большой ложки, потому что Джисон быстренько притирается к нему спиной и попой.              – Джисон.              Строго уже не получается, только чуть устало и предостерегающе.              – Я ничего такого. Так просто удобно.              Минхо только вздыхает в его затылок, прикрывая глаза. Рука обхватывает в привычном движении чужую талию и чуть поглаживает кожу, чувствуя чужое дыхание. И это успокаивает его настолько, что он сразу засыпает.