История Ветрянки

— Лепесток! Мама! Папа! — вопила маленькая Ветрянка, захлебываясь слезами. Грозный рёв чудища пронёсся над Гремящей тропой. Ветрянка обернулась: свет фар стремительно приближался. Кошечка в ужасе зажмурилась, а когда распахнула глаза — оказалась в безопасности. Вот она! Живая, в своём родном Грозовом племени! Уже не беспомощный котёнок, а молодая воительница. Она лежала в детской, а рядом, прижимаясь к её боку, мирно спали новорождённые котята. Ветрянка подняла голову и принялась впопыхах вылизывать грудку, стараясь успокоиться. Кошка слыла первой красавицей лагеря. Её белая с ярко-жёлтыми пятнышками шёрстка была нежной и мягкой. Пышная белоснежная грудка, острые ушки с кисточками, как у белки, и длинный пятнистый хвост — она невольно приковывала взгляды. Около глаз и у основания ушей рассыпались золотистые веснушки. Изумрудные глаза кошки остановились на котятах. Малыши были не менее красивы, чем мать. Хрупкая Цветик — жёлтая с белыми полосками — сладко сопела, пока её шёрстку шевелил слабый ветерок. Рядом то и дело ворочалась её сестра Иголочка, тёмно-коричневая в чёрных пятнах. «Вся в отца», — подумала Ветрянка, задерживая взгляд на Иголочке. Мать смотрела на детей отстранённо. Она оглядела палатку: старая королева Златошейка, которая предпочла остаться в детской и помогать молодым мамам вместо того, чтобы уйти к старейшинам; спящая Тростинка со своим выводком... Всё это вызывало у Ветрянки невольное отвращение. Кошка всегда предпочитала одиночество. Скоро должен был прийти Бурелом, отец Иголочки и Цветика. Это был здоровенный пушистый кот-добряк, который был без памяти влюблён в Ветрянку и всегда говорил ей самые ласковые слова. Ветрянка не могла ответить ему взаимностью, но всё же оставалась верна и подарила ему котят, как он и хотел. Но хотела ли она этого сама? Конечно, нет! Она была слишком молода и не видела себя в роли матери. Ей хотелось бегать, охотиться, воспитывать оруженосца и просто жить счастливо, не обременяя себя семьёй. Но судьба распорядилась иначе. Теперь Ветрянка была обязана томиться здесь и следить за детьми, тоскливо поглядывая на выход из палатки. Рассвет приближался, и вскоре, как и ожидала Ветрянка, в детскую пришёл Бурелом с упитанной белкой в зубах. Огромный кот подошёл к любимой и положил добычу у её мордочки. — Я так старался тебе угодить! — воодушевлённо замурлыкал он. — Вчера ты сказала, что кролики и мыши тебе надоели, поэтому сегодня я постарался поймать для тебя что-нибудь получше! Само присутствие доброго кота раздражало Ветрянку, а его нежные прикосновения вызывали тревогу. Кошка слушала друга вполоборота, пропуская слова мимо ушей. Когда тот попытался лизнуть её, она поспешно припала к еде, прижав уши к голове и всем видом показывая, что не настроена на нежности. Бурелом, хоть и был ослеплён любовью, заметил раздражение подруги и не стал надоедать. — В последнее время ты очень раздражена... Понимаю, тебе сейчас трудно. Если хочешь, после патруля я проведу остаток дня с тобой и помогу с котятами! — добродушно предложил воитель. Ветрянка не хотела этого. Бурелом был ей почти противен, но она не могла ответить грубостью или обидеть того, кто столько для неё сделал. — Думаю, после патруля тебе стоит провести время со своим учеником, если ты хочешь потом взять в воспитанницы одну из наших дочерей, — мягко промурчала Ветрянка. — А вечером я жду от тебя ещё одну белочку! Она добавила это и коротко лизнула Бурелома между ушей. Кот кивнул и вскоре покинул детскую. Ветрянка облегчённо выдохнула и поймала на себе недоверчивый, презирающий взгляд Златошейки. Старая кошка смотрела с явным осуждением, но Ветрянке было плевать. «Я и так сделала для Бурелома достаточно!» — подумала Ветрянка, доедая свой завтрак. Вскоре проснулись остальные королевы и котята. Иголочка и Цветик принялись сосать молоко, а Ветрянка тем временем положила голову на передние лапы и укрыла дочерей пушистым хвостом.