музыкальный ад

красноволосый парень устало вздохнул и кинул рюкзак на пол. Он только вернулся со школы. 10 класс, самая пора отдыхать от экзаменов, расслабляться, готовиться к ЕГЭ, но нет, ещё в 8 лет отец Футы решил что очень хорошая идея отдать сына на пианино. С борьбой в первом и втором классе не задалось, так что же ты, сынок, дома сидеть будешь. Футе казалось, что он бездарен к музыке, он этим не горел, с самого начала не хотел заниматься. Парень пришел, рассказал стишок от балды, похлопал в ладошки как сказали, даже не надеясь что за этот детский сад его возьмут хотя бы на платку, но нет же, поступил на пред.проф успешно сдав все экзамены. Он был уверен что все завалит, даже отец говорил об этом. Первая мысль после слов «предпроф» была о том, что он занял чье-то бюджетное место, а ведь сам он не хочет.. Дома Каджияма почти не играл, изредка отрабатывал некоторые моменты. На все это Фута забил еще в 5 классе, когда отец перестал сидеть рядом и считать под метроном. Это были ужасные дни, он ненавидел пианино всем сердцем. Пока его друзья гуляли и играли, он играл на пианино. Только сбивался с темпа, как приходилось играть заново, заново и заново, до тех пор, пока не будет идеально. Как он ненавидел в эти моменты пианино, отца, ноты, метроном и все что с этим связанно. Но сейчас не про это, времени на перекус не осталось и парень кинул ноты в сумку. И вот он голодный, злой и уставший идет в музыкальную школу. Щас он придет, будет терроризировать пианино своего преподавателя, потом только под конец успокоиться, а вот препод останется в полном шоке. Зайдя в музыкальную школу, парень увидел своего учителя в коридоре. Тот часто ждал ученика в коридоре, хотя, если быть честным иногда это выходило случайно. Например, когда Каяно ел в учительской, выходит из комнаты, довольный своим перекусом, а там это чудо в перьях. Говоря про чудо.. В отличие от других учителей , Каяно Микото выглядел чуть необычно. Крашеные концы, сбритые виски, проколотые уши. Казалось, что он не преподаватель, а такой же ученик как и Фута. Только уставший и замученный вид выдавал возраст. Ведь что учитель за два года работы только в этой школе не пережил, Фута колотил пианино, бился об него головой, иногда просто уходил с криками что он бросит музыкальную школу, но каждый раз приходил обратно, занимался прилежно один урок и то, только потому, что отец дал нагоняй, а дальше все по накатанной. Микото каждый раз не знал что ожидать от красноволосого, но по «счастливому» лицу Футы было понятно-сегодня пианино ждет очередной террор. Ещё немного и школе придется покупать пианино, ведь такими темпами оно не просто расстроится, а в депрессию впадет. Преподаватель вздохнул и кивнул в сторону кабинета, как бы приглашая пройти. Каджияма взял сумку и пошел в кабинет 309. Усевшись на банкетку и поставив ноты, Фута взглянул на учителя. Да уж, не один он в этом кабинете был уставшим.  -Фута, ты отработал тот кусок, что я просил? — Микото надеялся, что Каджияма правда отрабатывает все дома, а не приходит вспоминать что же там было не так. Конечно не отработанные куски всегда было видно и где то на интуитивном уровне, учитель понимал, что фута навряд ли хоть палец о палец дома ударяет.. Он искренне не понимал, зачем Каджияма вообще ходит в музыкалку, раз так искреннее ее ненавидит? -тот… это тот который в Фантазии что ли?  Отработал. — Каяно сомневался было ли это правдой, но смысл спрашивать, сейчас он сам все услышит. На самом деле, не смотря на неоднозначное поведение, Фута давал хорошие показатели. На экзаменах были четверки да пятерки, тройки были изредка по сольфеджио, но перед Микото тот оправдывался что просто не доучил. Преподаватель сел в свое кресло и закрыл глаза. Как же он устал. Если сегодня Каджияма закатит концерт, Микото не выдержит. Не хватает ему только разбитого лба Футы и окровавленного пианино. Пианино безусловно было бы жаль сильнее, так часто Каджияма бился о него головой, что к этому уже привыкаешь. Фута стал играть, легкая мелодия фантазии радовала слух, но не прошло и 5 тактов как Микото развернулся к ученику обратно. Ученик не соблюдал вообще никакие штрихи —Фута, ты меня разочаровываешь. Я кому говорил руку поднимать! Ты должен дышать руками! Там Бах из за тебя в гробу уже переворачивается!— по протяжному вздоху Каджиямы было понятно, ещё два замечания и держите несчастный инструмент. Фута стиснул челюсть, губы зашевелились в немых проклятиях, ведь сам парень и сам считал-ему это все вообще не надо. Он занимался лишь бы отец отстал. Но возникать не стал, начал играть произведение заново. Не прошло и двух тактов, как учитель снова попросил остановиться. Микото был расстроен  —какое стаккато, куда у тебя руки так скачут? Фута, куда ты улетаешь, ты не царевна лебедь. И руку яблочком держи — ученик посмотрел исподлобья на Каяно, но играть продолжил. За 8 лет что Каджияма только не слышал, а самое страшное, что со временем начинаешь понимать язык преподавателей. Микото устало вздохнул, Фута повернулся и стал играть заново, но уже колотя пианино, давил на клавиши, словно они ему жизнь сломали  —Фута! Что это тут за концерты, ты весь зажат, играй спокойно, не колоти пианино! — но надежда на то, что Каджияма будет нормально играть погибла в этот же момент. Казалось, что парень стал колотить еще сильнеел.—Фута! А с руками что? Я тебе ещё когда сказал ногти подстричь? И что? Ой мамочки…  Каяно вздохнул. Как же его все достало, он устал, а этот, помимо того, что по пианино колотит, так ещё и ногти не подстриг— либо ты берешь на охране ножницы, стрижешь ногти и приходишь либо иди домой. В соседнем кабинете слышно как ты пианино ненавидишь— и фута вскочил. Будет он еще тут унижаться. Нетушки, он и так себе в базовых потребностях еды отказывает, чтобы ему тут за ногти предъявляли. Каджияма схватил сумку и выбежал из кабинета. Яростно направляясь к выходу, красноволосый бьется о турникет. Ища в кармане ненавистную карточку, он слышит цоканье. Охранница. Молодая девушка, кажется её зовут Котоко? Да уж, очередная головная боль Футы в этом месте. Никогда ещё не было такого, чтобы он после такого  вздоха выходил из школы раньше чем занятие. Сейчас ему либо отрубят пальцы, либо сразу голову  —ты куда намылился? Что то занятие у тебя быстро заканчивается, не думаешь? А ну ка, разворот на 180° и ты прямо сейчас идешь в кабинет— и футе этого не избежать — или тебе ножницы нужны? Захочешь сбежать и музыкальная школа тебе точно не нужна будет — и каджияма разворачивается, не в силах вымолвить и слова. Спорить бесполезно, его просто не выпустят. Он опять где то потерял свою карту, да и честно говоря эти карты ему выпускали стабильно раз в месяц. Первые пару лет он носил карту, но теперь… чтобы проявить хоть каплю ненависти к этому месту он резал карты, просто забывал их или принципиально не носил с собой. Вздохнув, Фута все таки соизволил ответить. Он вначале унизиться перед котоко, а потом ещё и в кабинет идти, где Микото-сан уже заполняет свои бумажки  —можно мне ножницы?— и Юдзуриха дает Каджияме ножницы. Тот же, в свою очередь выхватывает их из рук и идет в туалет. Там, стоя перед зеркалом, аккуратно отстригая себе ногти тихо материл все вокруг. Закрыв глаза, над веками встала картинка. Он помнит самый первый раз когда пришел с отросшими ногтями, Микото любезно сам стриг ногти ученику, пока самого Футу трясло. 7 класс, гармоны, с кем не бывает. Он же не маленький ребенок в конце концов. Неважно, что до этого он растекся по пианино и плакал. Минутная слабость ничего не значила, ведь она тут же сменилась агрессией, ведь серьезно, его отругали просто не за что, а потом еще и так нагло выперли из кабинета. Микото первые раз 10 просил Каджияму после такого успокоится и вернуться в кабинет, а потом перестал, ведь тот все равно приходил обратно. Состриг ногти красноволосый быстро и почти сразу отнес ножницы на охрану. Испугавшись взгляда Котоко, парень быстро развернулся и направился в кабинет  — я.. я могу войти? Извините за мое поведение, такого больше не будет — конечно не будет. Но это только сегодня. Но Каяно бежать не куда, он кивает, в ожидании когда Каджияма сядет за пианино  — тогда играй мне этюд. Помни, там должна быть легкая рука, не надо колотить пианино. Это тихий марш гномов Как же футу откровенно заебали эти сравнения… была бы карточка он бы отсюда свалил.. но бежать некуда, в коридоре все еще Котоко… нет, конечно можно было бы просто перепрыгнуть турникет, но опять позвонят отцу.. ему и так после каждого занятия написывали, за то Каджияма постоянно получал, но делать нечего, стал играть, нежно, с расслабленными мышцами, на пианино не давил, соблюдая все форте и пиано. В конце правда сфальшивил, но какая разница, верно?  — то-то же. Что ты на прослушивании устроил это жесть. Я твою тройку вымаливал. А ведь неделя прошла, неужели нельзя было так сыграть? — на деле, Каджияма пришел на прослушивание не играя на пианино неделю. Все это время он оправдывался перед отцом, что играет, но просто когда его дома нет, а перед Микото обещал отработать. И ведь последнему приходилось верить ученику на слово, произведение, а особенно этюд с пьесой, что были уже сданы и поменять не получилось бы. Он уже расписался что ученик играет именно эти произведения. Кажется, в один из дней перед экзаменом Фута закатил истерику на угрозы, что ему заменят произведение, а вернее сонату. Это было произведение, что ему разрешили оставить с прошлого года. Но ведь Каяно тоже не промах, он закрыл красноголового в кабинете, наплевав на то, что к нему пришел уже другой ученик, пускай играет себе на пианино спокойно, а вот уж Фута успокоится и идет куда ему надо. Каджияма, бесился. То его вежливо просили успокаиваться, то запирали в кабинете, каждый раз качая на эмоциональных качелях. Но больше всего бесило,что он не успел поесть, поэтому, наплевав на всё нормы и устои уселся прямо на стул учителя и начал есть. Это был его заслуженный перерыв от этой всей головной боли, а его тут не выпускают. Только во время перекуса эмоции стихли и Микото выпустил его из кабинета, а у другого ученика видимо будет травма. Но в настоящем не про это..  —да я на вашем прослушивании растерялся просто! Я бы сыграл нормально, там просто.. — а Фута не придумал себе оправдания, да и не хотел особо —неважно… — и шатен лишь кивнул головой, что ему ещё делать с этим ребенком?  —раз неважно, играй мне фонтаны. Если будешь плохо играть сонату и фонтаны я тебе их правда заменю и концерты слушать не буду. — Каяно каждый раз жалел Футу, не было ни разу чтобы он правда заменил ему произведение, но подобные угрозы очень действовали на ученика. На следующие занятия он приходил как шелковый, в этом всем было конечно одно но, на таких занятиях Каджияма почти не разговаривал, лишь изредка можно было услышать «угу», «ага» и тому подобные звуки. Шатен в эти дни был в два раза требовательней, зная что ученик исполнит любую просьбу, а значит именно в эти дни можно устраивать координатные перемены. Играет медленно-будет гонять его чтобы он играл быстрее, играет не в ритм-заставит считать, руки постоянно зажаты-будет играть пока руки не станут «мягкими». Но за время, которое Каяно тонул в мыслях, ученик уже доиграл произведение, смотря учителю прямо в лицо. Шатен очнулся только через минут 5, когда перевел взгляд на Футу  -ладно, играй ещё раз и закончим. Давай дневник и на следующем занятии пойдем в концертный зал. Пора и там репетировать.. и не забудь поклониться перед прослушиванием, а то я уже нагоняй получил— честно говоря, сам Микото плохо понимал, зачем в современности носить бумажный дневник? Но начальство говорит надо-значит надо