Наш финал будет грустным

Колёса "Хогвартс экспресса" тяжело стучали по рельсам, Рон смотрел в окно, уперевшись локтями о стол, в кармане старой мантии лежала потрёпанная волшебная палочка с облупившейся лакировкой, она досталась от старшего брата Чарли, а поношенная мантия Билла доставшаяся ему по наследству, была явно велика ему, ткань давно выцвела, Рон чувствовал заострённый запах чулаха и бедности. Изнутри его подтачивал липкий, холодный страх: среди веселых и предвкушающих чудо детей в Хогвартса, он чувствовал себя лишним, как будто он не должен был тут находиться. Рядом на столе лежали бутерброды с солониной, которые заботливо завернула мама. Аппетитна не было совсем. В коридоре кто-то кричал и громко смеялся, а Рон только сильнее вжался в угол сиденья, мечтая исчезнуть из этого мира. Он не подозревал, что через несколько секунд его мир изменится навсегда.... Дверь купе резко поехала в сторону, Рон от неожиданности вздрогнул и посмотрел на порог где стоял мальчик его возраста он выглядел слишком... Идеальным. Как будто он не из этого мира: безупречно сидящая черная мантия, уложенные светлые волосы и высокомерная ухмылка. Он разглядывал его сверху вниз несколько секунд, Рону стало некомфортно, он попытался выдавить из себя хоть слова, но не смог. Он просто смотрел в ответ. – Не ожидал, что с порога встречу одного из предателей крови, – блондин усмехнулся ядовито, что к горлу Рона мгновенно подступила тошнота. Рон сразу же покраснел. Стыд смешался со злостью. Он сжал кулаки так что ногти с болью вонзились в ладони. Он хотел его ударить, этого налогового придурка, мысли об идеальном парне сразу исчезла. – Проваливай отсюда, – он пытался сказать это безразлично, но голос предательски задрожал. Малфой только засмеялся, этот смех сразу раздался в голове рона, такой... Мерзкий, аж хотел уши закрыть...Колёса «Хогвартс экспресса» тяжело стучали по рельсам, Рон смотрел в окно, уперевшись локтями о стол, в кармане старой мантии лежала потрёпанная волшебная палочка с облупившейся лакировкой, она досталась от старшего брата Чарли, а поношенная мантия Билла, доставшаяся ему по наследству, была явно велика ему, ткань давно выцвела, Рон чувствовал заострённый запах чулаха и бедности. Изнутри его подтачивал липкий, холодный страх: среди веселых и предвкушающих чудо детей в Хогвартсе он чувствовал себя лишним, как будто он не должен был тут находиться. Рядом на столе лежали бутерброды с солониной, которые заботливо завернула мама. Аппетита не было совсем. В коридоре кто-то кричал и громко смеялся, а Рон только сильнее вжался в угол сиденья, мечтая исчезнуть из этого мира. Он не подозревал, что через несколько секунд его мир изменится навсегда... Дверь купе резко поехала в сторону, Рон от неожиданности вздрогнул и посмотрел на порог, где стоял мальчик его возраста, он выглядел слишком... Идеальным. Как будто он не из этого мира: безупречно сидящая черная мантия, уложенные светлые волосы и высокомерная ухмылка. Он разглядывал его сверху вниз несколько секунд, Рону стало некомфортно, он попытался выдавить из себя хоть слова, но не смог. Он просто смотрел в ответ. – Не ожидал, что с порога встречу одного из предателей крови, – блондин усмехнулся ядовито, что к горлу Рона мгновенно подступила тошнота. Рон сразу же покраснел. Стыд смешался со злостью. Он сжал кулаки так, что ногти с болью вонзились в ладони. Он хотел его ударить, этого налогового придурка, мысли об идеальном парне сразу исчезли. – Проваливай отсюда, – он пытался сказать это безразлично, но голос предательски задрожал. Малфой только засмеялся, этот смех сразу раздался в голове Рона, такой... Мерзкий, аж хотелось уши закрыть и больше никогда не слышать этот голос. Успокоившись мальчик лениво посмотрел на соседнее седенье. Там было пусто, никого будто искал кого-то, – но затем снова перевел свой брезгливый взгляд на Рона, он смотрел на него будто разглядывал, он удивлялся откуда в таком нищем создание, столько глухой злости. – И не подумаю, уизел, – протянул малфой его коверкткную фамилию, он запустил руки в карманы мантии. – Я слышал что вас "Уизли" пускают в Хогвартс только из-за жалости. Думаю это было правдой. Надеюсь тебя выгонят оттуда увидев твою поношенную одежду приняв за бродягу.Колёса «Хогвартс экспресса» Тяжело стучали по рельсам, Рон смотрел в окно, уперевшись локтями о стол, в кармане старой мантии лежала потрёпанная волшебная палочка с облупившейся лакировкой, она досталась от старшего брата Чарли, а поношенная мантия Билла, доставшаяся ему по наследству, была явно велика ему, ткань давно выцвела, Рон чувствовал заострённый запах чулаха и бедности. Изнутри его подтачивал липкий, холодный страх: среди веселых и предвкушающих чудо детей в Хогвартсе он чувствовал себя лишним, как будто он не должен был тут находиться. Рядом на столе лежали бутерброды с солониной, которые заботливо завернула мама. Аппетита не было совсем. В коридоре кто-то кричал и громко смеялся, а Рон только сильнее вжался в угол сиденья, мечтая исчезнуть из этого мира. Он не подозревал, что через несколько секунд его мир изменится навсегда... Дверь купе резко поехала в сторону, Рон от неожиданности вздрогнул и посмотрел на порог, где стоял мальчик его возраста, он выглядел слишком... Идеальным. Как будто он не из этого мира: безупречно сидящая черная мантия, уложенные светлые волосы и высокомерная ухмылка. Он разглядывал его сверху вниз несколько секунд, Рону стало некомфортно, он попытался выдавить из себя хоть слова, но не смог. Он просто смотрел в ответ. – Не ожидал, что с порога встречу одного из предателей крови, – блондин усмехнулся ядовито, что к горлу Рона мгновенно подступила тошнота. Рон сразу же покраснел. Стыд смешался со злостью. Он сжал кулаки так, что ногти с болью вонзились в ладони. Он хотел его ударить, этого налогового придурка, мысли об идеальном парне сразу исчезли. – Проваливай отсюда, – он пытался сказать это безразлично, но голос предательски задрожал. Малфой только засмеялся, этот смех сразу раздался в голове Рона, такой... Мерзкий, аж хотелось уши закрыть и больше никогда не слышать этот голос. Успокоившись, мальчик лениво посмотрел на соседнее сиденье. Там было пусто, никого, будто искал кого-то, но затем снова перевел свой брезгливый взгляд на Рона, он смотрел на него, будто разглядывал, он удивлялся, откуда в таком нищем создание столько глухой злости. – И не подумаю, Уизел, – протянул Малфой его коверкничную фамилию, он запустил руки в карманы мантии. – Я слышал, что вас «Уизли» пускают в Хогвартс только из-за жалости. Думаю, это было правдой. Надеюсь, тебя выгонят оттуда, увидев твою поношенную одежду, приняв за бродягу. Драко почти вышел из купе, но на секунду он развернулся и кинул взгляд на покрасневшего от стыда и злости Уизли. Их взгляды встретились. Дверь осталась открытой, и рона на несколько секунд остался один, но потом в Кубе снова кто-то зашёл. Рон поднял голову, на пороге стоял тот самый мальчик-который-выжил, тот стоял с совой в руках, тот спросил можно присеть и тот согласился. Рон сразу забыл случившаяся, и стал расспрашивать гарри о его шраме.Колёса «Хогвартс экспресса» Тяжело стучали по рельсам, Рон смотрел в окно, уперевшись локтями о стол, в кармане старой мантии лежала потрёпанная волшебная палочка с облупившейся лакировкой, она досталась от старшего брата Чарли, а поношенная мантия Билла, доставшаяся ему по наследству, была явно велика ему, ткань давно выцвела, Рон чувствовал заострённый запах чулаха и бедности. Изнутри его подтачивал липкий, холодный страх: среди веселых и предвкушающих чудо детей в Хогвартсе он чувствовал себя лишним, как будто он не должен был тут находиться. Рядом на столе лежали бутерброды с солониной, которые заботливо завернула мама. Аппетита не было совсем. В коридоре кто-то кричал и громко смеялся, а Рон только сильнее вжался в угол сиденья, мечтая исчезнуть из этого мира. Он не подозревал, что через несколько секунд его мир изменится навсегда... Дверь купе резко поехала в сторону, Рон от неожиданности вздрогнул и посмотрел на порог, где стоял мальчик его возраста, он выглядел слишком... Идеальным. Как будто он не из этого мира: безупречно сидящая черная мантия, уложенные светлые волосы и высокомерная ухмылка. Он разглядывал его сверху вниз несколько секунд, Рону стало некомфортно, он попытался выдавить из себя хоть слова, но не смог. Он просто смотрел в ответ. – Не ожидал, что с порога встречу одного из предателей крови, – блондин усмехнулся ядовито, что к горлу Рона мгновенно подступила тошнота. Рон сразу же покраснел. Стыд смешался со злостью. Он сжал кулаки так, что ногти с болью вонзились в ладони. Он хотел его ударить, этого придурка, мысли об идеальном парне сразу исчезли. – Проваливай отсюда, – он пытался сказать это безразлично, но голос предательски задрожал. Малфой только засмеялся, этот смех сразу раздался в голове Рона, такой... Мерзкий, аж хотелось уши закрыть и больше никогда не слышать этот голос. Успокоившись, мальчик лениво посмотрел на соседнее сиденье. Там было пусто, никого, он будто искал кого-то, но затем снова перевел свой брезгливый взгляд на Рона, он смотрел на него, будто разглядывал, он удивлялся, откуда в таком нищем создание столько глухой злости. – И не подумаю, Уизел, – протянул Малфой, намеренно коверкая его фамилию, он запустил руки в карманы мантии. – Я слышал, что вас «Уизли» пускают в Хогвартс только из-за жалости. Думаю, это было правдой. Надеюсь, тебя выгонят оттуда, увидев твою поношенную одежду, приняв за бродягу. Драко почти вышел из купе, но на секунду он развернулся и кинул пронзительнвй взгляд на покрасневшего от стыда и злости Уизли. На миг их взгляды встретились. Только после этого Драко ушел. Дверь осталась открытой. Рон на несколько секунд остался один, но потом в купе снова кто-то зашёл. Рон поднял голову, на пороге стоял тот самый мальчик-который -выжил, тот держал клетку с белоснежной полярной совой. Смущённо улыбнувшись, мальчик спросил, свободно ли тут и можно присесть. Рон сразу согласился. Через минуту Рон уже вовсю рассматривал шрам в виде молнии и расспрашивал Гарри. На время тот даже забыл про блондина. Он еще не знал, что слова Малфоя пустили механизм в его душе, а их взгляд запустил цепочку событий, которую уже невозможно остановить.