Пока без

Второй ключ Патос Вердес запрятал еще изощреннее. Чтобы добраться до него, нужно было пройти по круглой стене, из которой в случайном порядке выстреливали огромные каменные блоки, пытающиеся сбросить любого альпиниста в бездну. ​Кратос просто указал клинком наверх. Коротко и ясно. Без лишних слов, потому что его «педагогический талант» в комментариях не нуждался. ​— Да чтоб тебя... — Лира аж задохнулась от возмущения, но пятиметровый поводок уже натягивался, так как Кратос пошел занимать позицию внизу, чтобы отбивать прущих изо всех щелей минотавров. ​Лира полезла. Но на этот раз блоки двигались быстрее, и её школьный скалодромный опыт начал трещать по швам под напором чистой паники. Ей приходилось прыгать, группироваться, цепляться ногтями за швы между камнями и буквально вжиматься в стену каждый раз, когда над головой с грохотом проносился очередной гранитный куб. ​Тут-то её и прорвало. Страх, усталость, забитые мышцы и жара пустыни вылились в такой поток красноречия, какого Храм Пандоры не слышал со дня своего основания. Лира орала на всю пещеру, смешивая в кучу всё, что помнила из родной речи и из того, чему наслушалась за три года в Швейцарии. ​— Да пошел ты! Пошел ты вместе со своим архитектором, putain de merde! — визжала она, перелетая на соседний уступ и едва успевая убрать ногу до того, как плита с грохотом встала на место. — Вака! Merde absolue! Чтоб у этого Вердеса руки из жопы выросли, connard! ​Кратос внизу как раз вгонял клинок в пасть минотавру и на секунду замер, удивленно вскинув бровь. Звуки, которые издавала его исцеляющая тень, звучали как варварские заклинания, но экспрессия была понятна без перевода. ​— Scrogneugneu! — выдала Лира какое-то совсем старое французское ругательство, когда ржавый штырь порвал край её кофты, повязанной на поясе. — Урод! Тварь античная! Какого хрена тут нет перил?! По законам безопасности... C’est du grand n’importe quoi! Пиздец! Полный, абсолютный, международный пиздец! ​Схватив второй кристальный глаз, она буквально скатилась по гладкому каменному желобу вниз, проехавшись на пятой точке, и затормозила аккурат у ног Кратоса, подняв тучу пыли. Очки чудом удержались на кончике носа. ​— Держи... держи свой долбаный глаз, — прохрипела она, вытаскивая кристалл из рюкзака и протягивая спартанцу. — Если мы сейчас же не откроем эту дверь, я сама кого-нибудь покусаю. Мой французский словарный запас официально исчерпан, остался только чистый мат! ​Кратос забрал ключ, на мгновение задержав взгляд на её растрепанном хвосте и пыльных турецких кроссовках. — Твоя ярость растет, девочка. Это хорошо. Твои чужеземные проклятия звучат убедительно. ​— Это не проклятия, Кратос, это крик души! — Лира поднялась, держась за поясницу и чувствуя, что физкультуру она теперь точно никогда в жизни не прогуляет, если выберется отсюда живой. — Пошли уже, вставляй свои глаза в двери, пока у меня интуиция окончательно не отключилась от стресса. ​Оба ключа Муз на месте! Кратос вставляет их в огромный барельеф, двери с грохотом расходятся, и перед нами открывается проход к следующему испытанию — Залу Посейдона. Готовы к встрече с водными ловушками, подводными туннелями и новыми порциями спартанского фитнеса?