Мир, дружба, жвачка

Это был тёплый июньский день. ​Антон раскачивался медленно, глядя куда-то в даль и прислонившись виском к металлической трубе. Рома же забрался на сиденье с ногами и, взлетая уж больно высоко, оживлённо что-то кричал Бяше, а тот давно перестал качаться и повернулся всем корпусом к другу, слушая его рассказ и параллельно что-то дожевывая. ​— Тошик, ты чё, как неродной?! — весело крикнул Рома, смеясь. ​— А?.. ​Антон отлип от трубы, быстро поправил очки и повернул голову к нему. ​— Говорю, чё ты как неродной, га?! Как будто тут для статуса сидишь, а сам где-то в облаках летаешь уже! Рома засмеялся громче. — О тёлках задумался небось, да? ​Антон покраснел и отвернулся. Передумав мямлить что-то невнятное в ответ, он пробормотал: ​— Ни о каких т... девочках я не задумался... просто... просто задумался. ​— А?! Не слышу тебя! ​Ветер дул тёплый, но сильный. Рома, взмывая вверх со всей силы, не слышал даже самого себя и не замечал, что кричит так громко, аж уши закладывает. ​— Ничего... — тихо ответил Антон. ​Рома лишь пожал плечами и продолжил качаться, но уже гораздо сильнее, чем минуту назад. *** ​Через некоторое время Рома устал качаться и слез с качелей, после чего подошёл к Антону. Тот вновь о чём-то задумался. ​Пятифанов щёлкнул пальцами перед его лицом. Антон моргнул и вновь перевёл на него растерянный взгляд. Рома в ответ ухмыльнулся и протянул ему жвачку с гордо поднятым подбородком. ​— Это мне?.. — неуверенно спросил Антон. ​— Нет, блин, твоей маме! Ну тебе, конечно! Тоха, ты сегодня будто не от мира сего! ​— Прости... ты прав, наверно, что я в облаках где-то летаю. ​Антон виновато принял жвачку и закинул её в рот. ​— Ничего страшного! Я же тебя понимаю как никто другой. Я тоже иногда будто слепой и глухой, всё думаю и думаю. А ещё... это... ну, короче, прости, что я на тебя тогда хрен положил будто... Клянусь, я не слышал даже себя! До меня дошло, что ты мне что-то говорил, только когда я Бяшке его жвачку отдавал. Он мне такой говорит, мол: «Ты чё, на Тоху совсем забил?». Он в шутку, конечно, да и тебе вряд ли прям обидно, но всё равно. ​Антон невольно улыбнулся. Мало того, что Рома понимал его, так он ещё и извинился за такую мелочь... Он медленно перевёл на приятеля взгляд и спокойно ответил: ​— Всё нормально, Ром. А ещё... спасибо за жвачку. ​— Да не за что, Тошик!.. ​Рома помолчал мгновение, а потом вдруг воскликнул: ​— Пацаны, а чё мы тут переговоры ведём? Погнали в ларёк, купим себе чёт! ​Антон с Бяшей быстро закивали в ответ, тоже устав от долгих посиделок, и вскочили со своих мест, направившись вместе с Ромой к ларьку.