Грань

Полуденный свет заливал настежь открытые окна школы. Жалюзи колыхались, раздражающе шурша друг о друга. Наверное, раздражать – это их единственная функция, потому что от солнца они точно не спасали. Ближайший к окну ряд уже даже не пытался изображать деятельность, просто растекаясь по партам. Остальные все же старались завершить очередную креативную работу от нового учителя биологии. – Вот нам больше на седьмом уроке заняться нечем, – ворчала Катя, пытаясь докрасить свой рисунок карандашом, затупившимся еще два человека назад. – Не злись, а то тут и так дышать нечем, – отозвалась Алиса, которая ждала своей очереди на карандаш, обмахиваясь тетрадью. – Как это связано? – Ну, ты злишься, чаще дышишь, воздух заканчивается… Сентябрь действительно выдался по-летнему жарким. За окном щебетали птицы и газонокосилка. Как будто никаких летних каникул только что не было, а класс снова перенесся в май. В то время, когда на учебу всё равно даже учителям, потому что они тоже люди и тоже ждут лета. Или хотя бы, когда отключат отопление. Ж-а-р-а. Только Алиса подумала, что теперь точно знает, как себя чувствуют вареные раки, ей передали карандаш. Еще более тупой, чем задание. – Извините, у вас есть точилка? – подняла руку Алиса. Под немой вопрос одноклассников «А так можно было что ли?» она с немым ответом «А в чем собственно проблема?» на лице подошла к мусорке и принялась точить карандаш. Алисе всегда казалось, что её жизнь – это аккуратно собранный пазл. Каждая деталь на своём месте. В дневнике – пятерки и четверки. Дополнительные занятия – английский и математика трижды в неделю. По средам и пятницам – танцы. Дома – порядок, мама на работе до восьми, папа в командировках. Вечером – учебники, в выходной – прогулки с подругой Леной. В этой картине не было места всему, что считается неприемлемым: Алиса ни с кем не встречалась, не гуляла допоздна, не курила, не пила, не ругалась матом. Все это не из-за строгого воспитания или запретов, а просто из личных убеждений. Убеждать она вообще умела хорошо. Особенно себя. – Алис! Ты закончила? – подтолкнули ее с задней парты. – Давай уже карандаш, нам тоже надо закрасить успеть! – А? Да, держите… Алиса стала, нахмурившись, рассматривать свой рисунок. «Можно было и лучше». Всё-таки рисованием занималась раньше.

***

– Дописываем вывод и сдаем! Стулья поднимаем! – повторяла Светлана Ивановна чересчур громко в унисон со школьным звонком. Собрав свои вещи, Алиса аккуратно положила тетрадь в весьма скромную стопку на учительском столе. Половина класса, наверное, не сдала работы… Но это не ее дело. – Пойдешь с нами на поле? – традиционно спросила Катя ради приличия. – Прости, у меня танцы сегодня. Не смогу. – А, ну да, точно. Тогда до завтра! Последняя фраза прозвучала уже из коридора. Алиса давно уже не гуляла с одноклассниками. Сначала правда было некогда, потом и желание такое пропало. Алиса перед уходом, заглянула к школьному психологу, с которой еще в прошлом году договорилась делать индивидуальный проект по психологии. Хотя до защиты еще полгода, она решила, что хочет уже определиться с темой и получить хоть какое-то задание. В кабинете перед столом Валентины Викторовны стояла высокая девушка. На ней были черные брюки и водолазка, которая хорошо подчеркивала тонкую шею и острые широкие плечи. Тёмные волосы были собраны в жёсткий пучок. Она обернулась. – Вспомнишь солнце – вот и лучик! – Валентина Викторовна встала из-за стола. – Я как раз говорила Вере о твоем проекте, потому что она тоже хочет исследовать психологию зависимостей. Думаю, вам необходимо объединиться и сделать большую общую работу: ты рассмотришь поведенческие зависимости, Вера – химические. Объедините данные, подготовите статью или презентацию… Алиса пыталась внимательно слушать. – …А выступление на городской конференции нам бы очень пригодилось. Так что вы, девочки, познакомьтесь как следует. Вера смотрела на Алису в упор. Без улыбки. Без прищура. Просто смотрела. Так смотрят на книгу, которую собираются прочитать, ещё не зная, понравится ли, но уже решив, что хотя бы первые страницы пролистают. – Алиса, – представилась Алиса, протягивая руку. Жест получился слишком официальным, но отступать было поздно. – Вера, – та пожала ладонь в ответ. Коротко, твёрдо. — Ты в каком классе? – В девятом. – А я в десятом. Ничего, сработаемся. – отрезала Вера, как будто она уже все решила за них обеих. Валентина Викторовна довольно потерла ладони – жест, который Алиса обычно ненавидела в учителях, но сейчас он показался почти трогательным. Психолог явно гордилась своей идеей объединить двух «одарённых девочек», чтобы наверняка получить призовое место на городской конференции. – У вас есть время до конца четверти, чтобы определиться с планом, – продолжила она. – Вопросы? – У меня нет, – сказала Вера. – И у меня, – отозвалась Алиса. – Тогда идите. И не забывайте согласовывать со мной этапы работы. В коридоре повисла пауза. Алиса лихорадочно соображала, что сказать. Обычно общение с новыми людьми для нее не составляло проблем, но сейчас почему-то все мысли улетучились. – Ты торопишься? – спросила Вера. – Вообще, да. У меня танцы через два часа. Давай встретимся через неделю, обсудим план действий… – Через неделю? – Вера приподняла бровь. – Долго. Давай во вторник. – Во вторник у меня английский доп. – Тогда в среду. – В среду могу после шестого. – Идёт. – Вера улыбнулась. – Ты всегда так чётко планируешь? – Всегда. Алиса ненавидела жить без плана. Ненавидела неопределенность. Все должно быть под контролем и иметь обозримый образ. Обычно знакомые подтрунивали над ней из-за этой страсти к составлению планов и выяснению деталей, поэтому Алиса снова замерла, готовясь принимать удар. – Тогда до среды, – ответила Вера без намека на насмешку. – До среды. Алиса смотрела, как высокая стройная фигура уходит вдаль по коридору. Внутри было странное чувство, которое ей было некогда обдумывать, потому что танцы должны начаться через 1 час 33 минуты, а еще надо пообедать, собраться, доехать и зайти за Леной.