Утешение.

Вечер. На пейзаж заката скучно смотреть. Точнее он успокаивает, но уже не так, как раньше. Дым от огня поднимался наверх, передавая в атмосферу свой запах, от которого уже тошнило. Генья до сих пор удивляется тому, как она вообще выжила в таких условиях, однако такая жизнь гораздо хуже рутинной скуки. Мичикацу это заметил. Наверное ей очень неудобно находится одной в компании незнакомого человека, но Генье уже давно не 16, она совершеннолетняя. Шинадзугава всегда остаётся подавленной. В отличие от Мичикацу, Генья слишком заботится о своей семье. Она только и думает о том, как в один день умерли почти все родные, а старший брат непонятно где. Цугикуни полез в рюкзак и достал сигарету, зажигалку, а затем принялся курить. Класс, ещё один дым, который сиренеглазая также ненавидит. Ей просто повезло, что у неё нет такой зависимости. Им возможно приятно находится в компании друг друга молча, но Мичикацу в этом не уверен. Но может она привыкла? Два года уже как. Только это молчание начинало уже надоедать. –Слушай, а я могу ли тебя называть просто Геньей? Не по фамилии, – спросил розоглазый, прикуривая. Девушка кивнула, глянув на мужчину. –Да..., – протянула младшая, переводя затем тему разговора, –– До сих пор не понимаю, как ты можешь быть таким спокойным и.. ну.. равнодушным что-ли? – Генья пробормотала, отводя взгляд и нахмуривая свои бровки. –Конечно приходится, это новая реальность, которую я принял. Только слабые будут цепляться за прошлое, вводя себя в плохое состояние. Генья недовольно цокнула языком. Потому что прекрасно понимала, что он в точности описывает её. –Опять ты за своё? Да даже повеситься будет лучше, чем каждый день выживать в таком дерьме. Мичикацу в ответ пожал плечами, выдыхая дым. –Животные проходили через это всю свою жизнь. Какая жалость, что люди не могут закаляться также. Его слова прекрасно действовали Генье на нервы, которые и так уже не выдерживали всего этого. Девушке оставалось только гадать почему он так себя ведёт. Неужели розоглазого так расслабляют сигареты, или он колется где-то пока она не видит? Хотя сиренеглазая предпочитала думать о том, что он просто поехавший. Только ведь она не лучше. Никто не будет прежним, столкнувшись с массовым вымиранием и постоянной "войной". А учитывая то, кого они здесь встречали, возможно они даже понормальнее будут. Им приходилось уже натыкаться на каннибалов или простых психов, и каждая встреча была отвратительнее другой. Шинадзугаве казалось, что в этом мире только она с Мичикацу остались простыми людьми и пытались добыть консервы, которые, к счастью, изначально были предназначены для долгого хранения пищи. Только какое-то время Генья была не против попробовать съесть человека. Но это был слишком отчаянный поступок. Ирокезная всегда совершала поспешные действия и старалась не думать о последствиях, только вот рядом всегда был человек, который удерживал её рассудок. Но он также и тот, кто трепал её и без того расшатанные нервишки. Мичикацу в ответ лишь пожал плечами, наверное зная, что его ответ будет очевиден. Теперь она будет ебать ему мозги, придется немножко потерпеть. –Серьёзно, типа, ты будешь нести всякую чушь только потому что твои слова один раз подтвердились? Но я не буду тебе больше поддакивать, к тому же мне 23! Я не обязана вести себя как послушная маленькая девочка. –Твоё дело. Но ты всегда слушаешь всех, кто старше тебя. И ты ошибаешься, говоря, что я ничего не чувствую. Раз уж тебе интересно узнать это то, например, я удивлен тому, что ты обращаешься ко мне на "Ты", – Мичикацу будто специально подшучивал над Геньей. Однако она всё-таки замолчала, поняв, что делает хуже только себе. Теперь девушка погрузилась в свои мысли, глядя то на портфель, то на парня рядом с собой. Тут довольно-таки холодно, но находится на крыше заброшенной школы это неплохо. Двор расчищен от ходячих мертвецов, всё закалачено и забаррикадировано, да, это не остановит зомби навсегда, однако помогало чуточку отдохнуть от суеты. К тому же постоянная ноющая боль в теле от физических нагрузок уже надоела, как и всё в целом. Может из-за этого грубого настроя Генья ещё не впала в депрессию и не повесилась? Но теперь, казалось, в мире, где больше не важен закон всё казалось бессмысленным. –Мичикацу... а у тебя когда-нибудь было.. ну.. с девушкой? – слегка запинаясь спросила ирокезная, ещё способная чувствовать смущение. –К чему вопрос? – Цугикуни потушил сигарету о пол, посмотрев на сиренеглазую. Теперь когда она спросила об этом.. тот почувствовал себя подростком, у которого шалят гормоны. Однако розоглазый никогда не думал о ней в таком плане, ибо уважал её стойкость и всё такое. –Просто любопытно, тебе 30 почти. –Не преувеличивай, я всего на 3 года старше тебя. Обоих поразили мысли о днях рождения. А ведь как радостно было получать плюс годики в спокойные дни, а теперь ты перестаешь считать от слова совсем. Потом сидишь в какие-то особые моменты тишины и вспоминаешь сколько тебе было. Благо хотя бы год рождения помнят. –Нет. Я был заинтересован в одной девушке какое-то время, но она умерла в начале апокалипсиса и тогда я понял, что она была мне безразлична. Она слишком слабая, – Мичикацу вздохнул, но не глубоко. Просто кислорода в лёгких мало, –а у тебя? Генья хмыкнула. –Не, я не люблю девушек. Шинадзугава отрицательно махнула головой. Впервые она почувствовала, как тяжесть всего на свете спадает с её плеч. Хотя ей по-прежнему было одиноко из-за отсутствия близких, но рядом с этим парнем это одиночество слегка сползало с груди. –Не-а. А ты.. всегда что-ли определял партнера по силе? Раз ты тусуешься со мной, значит ли это, что я сильная? Да, у них было особое правило. Раз в три дня принимать в рот что-нибудь. Их истощавшийся организм уже привык к такому рациону, но в случае, когда кто-то из них заболевал, то припасы кончались гораздо быстрее, дабы поддержать жизнь в организме, насыщая полезными витаминами. Потому что не сойти с ума, находясь абсолютно одним человеком в мире – очень сложная задача. Сиренеглазая глянула на свою руку, вся в грязных бинтах. Девушка привстала с "воображаемой постели", развязывая их. Пока ей ничего не угрожает. –Хей, Мичикацу... А тебе когда-нибудь приходила в голову мысль, что ты.. Ай, неважно, – Генья покраснела дико, Боже, зачем она вообще об этом подумала? Теперь оба человека не могли сдерживать свои эмоции по отношению к друг-другу. В какой-то момент забылись все обстоятельства, при которых это должно происходить и какой мир рядом. Мичикацу так вообще впервые начал думать о девушке в сексуальном плане. Генья довольно привлекательная, если так подумать... Точнее она выглядит круто, хоть они оба и хотят рисковать. Её волосы чистые. Она умудрялась находить время сбривать их, но это гораздо лучше, чем если они будут ей мешать. Мичикацу и Генья недавно пользовались шампунями и водой из шланга. Там колодец был с подключенной водой (Я не знаю как это объяснить, но у меня такой был). Только проблема в том, что они пользовались женским.. но это не так уж и важно. Важно было просто помыться. Так что риск подцепить что-то уменьшился на чуть-чуть. –Тогда давай попробуем? - сквозь быстро бьющееся сердце проговорила та, её голос слегка дрожал. Мичикацу был уверен в том, что она прекрасно понимает безысходность его ситуации. Не потому что у них нет выбора, нет, выбор есть, он просто не может оторваться от того, что ему предложили. –Хорошо, – Цугикуни встал с простыни, махнув рукой на Генью. Она встала со своего места, и розоглазый положил свою простыню поверх её, сложив один раз, чтобы было помягче. Затем Шинадзугава села обратно, а за ней и Мичикацу, приземлившись ей почти на ноги. Она не знала что делать, поэтому все действия лежат на Цугикуни. Розоглазый медленно кладёт руку на щеку девушки, немного не веря тому, что это действительно должно произойти. Генья же краснела как школьница, позволяя парню делать всё так, как он считает нужным. лицо старшего наклоняется к её, совершая лёгкий наклон влево для удобства, а после.. Девушка резко кладёт руку между их губ. –Ты серьёзно? Это вполне очевидно.. Генья потянулась к рюкзаку, расстегнув его, она принялась искать жвачку. Сиренеглазая нашла одну пачку. Радуясь, что они ещё есть (и не уверенная в их сохранности) она достала из упаковки две белые, мятные бусинки, слегка покрытые синим цветом, а затем передала одну парню. Мичикацу почувствовал себя так неловко.. её заботил запах, серьёзно? Но так уж и быть, парень тоже взял жвачку и положил себе в рот, хоть это особо и не исправит ситуацию. Девушка полностью растворилась в нём, ощущая свой язык на его, и то, как Мичикацу пытается вести её. Это довольно приятно. Однако воздуха на долго не хватило и их поцелуй кончился, не продлившись даже минуту. Жвачка не убрала неприятный запах изо рта, но никто из двоих особо не возражал. Генья просто зря волновалась. Поцелуй прекратился, Мичикацу, прикоснувшись лбом ко лбу Геньи, посмотрел вниз и стал расстегивать ширинку штанов Шинадзугавы, блять, ещё и ремень.. Это раздражало. Сиренеглазая заметила недовольное выражение лица.. возлюбленного что-ли? Она никогда не думала о розоглазом так и не была уверена влюблена ли, но зная себя, она бы не отдалась человеку просто потому что он единственный, кто находится рядом. Впрочем, неважно. Генья потянулась к штанам Цугикуни, помогая тому их снять, пока он занят её. Командная работа превратилась в бесштаную команду, теперь снова бинты. Оба пытались сорвать их друг с друга из-за нетерпения, но также прекрасно знали, что всё так быстро не пройдёт. Ведь за Геньей нужен определенный уход. Она же девушка. Мичикацу на этот раз не возражал. Избавившись от бинтов, парень потянулся за бутылкой воды и помыл свои руки, а затем наклонился к Генье, поглаживая её живот, потом таз, ниже.. поглаживая её бедра и наконец к самому главному между её ног. Шинадзугава прикусила губу, чувствуя, как чужие пальцы кружат на её лобке через ткань трусиков. Мичикацу был готов снять их с неё, но Генья начала яростно махать головой в отрицании. Пока Цугикуни был занят одной рукой, остальным телом он прижался к Шинадзугаве ближе, снова целуя её, вынуждая девушку возбудиться больше. Средним и безымянным пальцами розоглазый почувствовал влажность ниже. Её это заводит. Так что дальше он легонько проталкивал средний палец внутрь влагалища. А это больно. Только Генья лишь зашипела, наверное, привыкшая ко всей боли, что ей приходилось переживать за время этого нашествия зомби. Поэтому она остро на это не реагировала, но парень всё равно давал ей привыкнуть, потихоньку вводя его глубже и совершая лёгкие движения туда-сюда. Вскоре сиренеглазая привыкла к этому, и это начало также доставлять удовольствие. –Почему это должно быть так больно?.. – возмутилась Шинадзугава. –Ну.. Потому что твой организм не принимает это поначалу? Генья просто выдохнула в ответ и решила молчать. Мичикацу, почувствовав странный для себя прилив нежности, поцеловал её в лоб и продолжил медленно растягивать сиренеглазую, добавляя второй палец, в пару раз больше стимулируя половые органы.... *** –Тсс.. Ты втирал раньше про силу, но обращаешься ко мне слишком уж нежно! – чуть ли не крича говорила Генья, просто чтобы не привлечь внимания мертвяков в такой ответственный момент. Шинадзугава сглотнула, краснея, но эти слова, несомненно, заставили тепло пройти по её телу, что привело к удовольствию в районе паха. Сиренеглазая обвила руки вокруг плеч парня, чувствуя себя должной. Генья отказывалась двигаться вообще, пытаясь отдышаться после интенсивных ощущений. Только спустя минуту та еле пришла в себя, обнимая Мичикацу. Тот лёг на неё, поскольку мягкого места тут мало. И оба так и уснули. Совершенно плевать, что оба голые на крыши, откуда всё видно. Здесь нет людей. Никто не человек, кроме них двоих.