О весне и тайнах

      Тени увеличивались, накрывая Коноху. Солнце, скрывшееся за горизонтом, уступало права подруге-луне.       Хината скользнула в комнату, стремительно открыла окно, впуская прохладный ночной воздух в душное помещение. Отодвинула сёдзи, позволяя лёгкому ветерку огладить её влажные волосы. Запахнув юката сильнее, она делает шаг навстречу лунному свету и ночной прохладе. Внутренний дворик окружает ароматом бурно цветущей сакуры и свежести. Хината медленно выдыхает, опускаясь на пол.       Медитация помогает привести мысли в порядок, расслабиться и настроиться на сон. Забившиеся за день мышцы постепенно смягчаются, плечи расправляются, сердечный ритм успокаивается, но вступившая в силу весна уже манит не спать всю ночь, бесконечно вдыхая цветы, туман и ночь, слиться воедино с воскресшей после зимы природой, стать ветром и лунным светом, проникнуть в каждый уголок, подглядывая за тайнами жителей. Хината уверена, что ей не хочется знать многие из тайн. И уверена, что не хочет, чтобы кто-то узнал её собственные.       Она закрывает сёдзи, возвращаясь в комнату. Впрочем, это является не более чем жестом вежливости и данью традиции или, если угодно, пагубной привычке, как и надетое на ней юката. Таким же жестом вежливости является чуть уловимый скрип половиц энгава, когда они появляются. Хината резко оборачивается, как раз чтобы оказаться зажатой между двумя сильными телами.       Её губы оказываются в горячем плену Саске: он целует напористо, даже грубовато, сминает податливые губы, прижимается к ней разгорячённым телом. Итачи менее агрессивен, он неуловимым жестом убирает её волосы, обнажая шею, целует нежно, неторопливо спускаясь к плечу (когда с него успело сползти юката?), он следует за пробежавшей от её затылка волной мурашек. Итачи не спешит, действует размеренно и аккуратно, в то время как Саске торопливо развязывает на девушке пояс, стремясь быстрее обнажить её. Хината на мгновение отрывается от поцелуя, едва успевает вдохнуть, как уже Итачи прижимается к её губам. Поцелуй глубокий, влажный, его губы идеальные и невероятно мягкие, он наслаждается каждым движением. Тонкие пальцы чуть сжимают ей подбородок, фиксируя. Большим пальцем он поглаживает её щёку.       Братья такие разные, но действуют безупречно слаженно, как единый организм — пока один целует Хинату, второй уже торопливо избавляет её от остатков одежды, снимает нижнее бельё, да и сами уже успели сбросить с себя большую часть одежды. Удивительно, ведь в юности Саске игнорировал командную работу, всегда стремясь к единоличию.       Миг — она уже прижата к стене, Итачи прокладывает дорожку из поцелуев по её шее и ключицам к груди, Саске вмиг возвращает себе власть над её губами. От обилия ощущений девушка зажмуривает глаза, концентрируясь лишь на прикосновениях братьев. Все ресурсы организма пущены на попытки сохранить хоть немного воздуха. Руки сами находят плечи Саске, она гладит его, проводит кончиками пальцев по спине, невольно царапая, когда горячие губы Итачи перемещаются на её живот. Она вся являет собой оголённый нерв, тонкая кожа многократно усиливает ощущения от каждого касания, волнами прокатывая наслаждение через всё её тело.       Итачи точно знает, как и где касаться, чтобы заставить содрогаться от накрывающего её удовольствия. Он удобно устраивается у её ног, одну закидывая себе на плечо. Кончиками пальцев гладит вторую, чуть щекоча. Улыбается, ведь она вся вздрагивает от неожиданности и снова царапает Саске, который в отместку чуть прикусывает ей губы.       Его пальцы чуть сжимают грудь девушки, гладят её, томительно-медленно он надавливает на некрупный твёрдый сосок, чуть прижимая, делает несколько круговых движений, пускает крошечный электрический разряд, заставляя её выгнуться и тихо застонать ему в рот. Вторая рука сжимает её волосы, оттягивая их, заставляет запрокинуть голову, предоставляя доступ к шее, которую он принимается покрывать поцелуями. Сейчас он нежен, целует аккуратно, боясь оставить засосы. Они не хотят скомпрометировать наследницу могущественного клана Хьюга.       Итачи придвигается ближе, крепко сжимает её бедро и оставляет обжигающий поцелуй. Потом ещё один. И ещё. Хината ловит себя на мысли о крепкой связи их клана со стихией Огня. Порывистые, обжигающие, мощные, неизбежные — в этом все Учиха. Саске — огненная буря, жестокая, беспощадная, мощная. Итачи — контроль и безопасность, обманчиво-хрупкое тепло домашнего очага. Стоит отвлечься или ослабить контроль, и пламя охватит комнату, дом, двор, деревню… Они прекрасны, каждый по-своему, и оба опасны. Хината вновь вздрагивает от очередного поцелуя, он выше предыдущего и более долгий. Итачи с силой втягивает в рот небольшие участки кожи один за одним. Он останавливается, прежде чем её бедро покрывается засосами полностью.       Аккуратно раздвигает половые губы, позволяя смазке запачкать его пальцы. Тут же прижимается к ней ртом, ведя языком между увлажнившимися складочками вверх, задевая клитор кончиком языка, смыкает губы вокруг него. Саске не позволяет излишне громкому стону нарушить тишину, вновь глубоко целует её. Свободной рукой она проводит по его груди, гладит упругий плоский живот, опускается ниже и ниже, пока не добирается пальцами до члена. Он твёрдый и горячий, идеально ложится в руку. Саске подаётся навстречу её движениям и прикусывает ей губу. Хината чуть сжимает ладонь, проводит вдоль всей длины, ослабляя хватку ближе к основанию, вновь сжимает при движении вверх. Теперь и Саске труднее сохранить самообладание, он едва слышно стонет ей в рот, вновь закусывая губу. Хината кусает в ответ.       Пальцы Итачи уже внутри неё, каждое движение отзывается сладкими спазмами под животом, она чуть сжимается, невольно двигаясь навстречу каждому движению мужчины. Хината запускает пальцы в его волосы, гладит и пропускает меж пальцев мягкие пряди. Она никогда не смела помыкать Итачи или принуждать его что-либо делать, но Саске совсем не такой. Он хватает Итачи за волосы и сильнее привлекает к Хинате, она чувствует, как старший из братьев активнее начинает ласкать её. Хочется провалиться сквозь землю от стыда и вместе с тем полностью раствориться в этих ощущениях. Сдавленный, задушенный стон ломает наступившую было хрупкую тишину. Её бёдра мелко подрагивают, ощущения слишком яркие, чтобы их можно было выдержать.       Саске за хвост отстраняет брата от его занятия, легко подхватывает Хинату под бёдра и входит в неё. Девушка прикусывает его плечо, стараясь не издать ни звука, но, кажется, ей не удаётся. Он заполняет её целиком и начинает двигаться. Его ритм рваный, сбивающийся, каждое движение являет собой вздох, который может оборваться в любой миг и исчезнуть навеки. Хината находит в себе силы открыть глаза, чтобы найти взглядом Итачи. Она тонет в томоэ его налившихся красным глаз.       Один удар сердца, а может сотня лет, Итачи берёт её медленно, каждое его движение вымеренно до миллиметра, он входит в неё так глубоко, будто желает стать с ней одним целым, смешаться с каждой клеточкой её тела, он прижимается к ней со спины, его тепло ощущается всем её существом, он так близко, что можно почувствовать (или услышать?), как пульсирует кровь в его артериях и как колотится под упругими рёбрами сердце. Хината кончила, кажется, уже сотню тысяч раз, но он ненасытен, он хочет её снова и снова. Она разрывается от ощущения его крупного твёрдого члена внутри, от его тонких пальцев у неё во рту, которые мгновенно покидают его и прижимаются к её клитору медленными, томительно-нежными движениями. Она содрагается и моргает, возвращаясь из гендзюцу в свою комнату в поместье клана Хьюга.       Интересно, сколько времени прошло? Кажется, в иллюзии с Итачи прошла целая вечность, но она в объятиях Саске, который двигается всё более рвано и грубо, исступлённо целует её губы, желая поглотить её полностью, жадно забирая из лёгких драгоценный воздух.       Саске остановился и, легко подхватив её на руки, двинулся к футону, куда и опустил девушку. Итачи уже рядом, настоящий и очень тёплый. Хината стоит на коленях и наклоняется вперёд, упираясь ладонями в футон, когда Итачи входит в неё. Он крупнее, чем его брат, но двигается намного нежнее и медленнее, заставляя желать его лишь сильнее с каждым бессовестно-медленным движением. Хината дрожит и пытается сама двинуться навстречу, но его руки уже крепко зафиксировали её бёдра, она может лишь в беззвучном крике раскрыть рот. Саске пользуется этим незамедлительно, и она чувствует свой собственный вкус на его члене, который старательно охватывает губами.       Братья постепенно входят в один ритм, Итачи размеренно и глубоко входит в неё, его пальцы лежат на её клиторе, контролируя каждый нерв, каждое движение. Хината старательно втягивает в рот Саске, стараясь принять и его как можно глубже, плотно сжимает его губами, задевает гладкую головку кончиком языка. Она решается поднять взгляд. Его черные глаза затуманены похотью, каждое порочное желание Хинаты отражается в глубине. Не выдержав его взгляд, зажмуривается, пытаясь обуздать захлестнувшее удовольствие, и вся сжимается на миг от накрывшей её волны оргазма. Братья заканчивают синхронно, успев выйти из неё. Горячие капли падают на её спину и лицо, Хината обессиленно падает на футон.       Она ещё подрагивает, любовники опускаются рядом, обнимая её с двух сторон. Итачи оставляет на её виске невесомый поцелуй. Она не осознаёт, когда они исчезают, лишь чувствует, как её накрыли одеялом и слышит скрип половиц энгава.