Без названия.

— Алло? Я слышу свой голос будто бы со стороны. Словно это говорю не я, а кто то ещё. Но вот её дыхание в трубке я слышу отчётливо и знаю, что оно принадлежит именно ей. Знаю, что, раз уж она взяла трубку, значит, может приехать ко мне прямо сейчас. У нас было условие, что пока мы в таких "отношениях", она не может спать с кем-то ещё. Меня слишком выворачивает от мысли, что, пока я делаю свои рутинные дела, она может лежать в одной кровати с кем-то ещё. Но её всё устраивает. Её, кажется, даже возбуждает моя ревность и она воспринимает это как акт доминирования над ней. Да и зачем ей кто-то ещё, когда есть я со своим либидо выше небес, готовая потрахаться с ней в любой момент, если я не на работе и не сплю? А вот последним я, кстати, начала заниматься даже слишком часто. Могу проспать весь свой выходной. Сон - единственное состояние, в котором я не думаю ни о чем. В котором мне не плохо, при условии, конечно, что мне не снятся кошмары. Хотя приснится ли мне кошмар страшнее, чем моя жизнь? Ох, снова я погружаюсь в какие-то глубокие размышления. Даже тогда, когда говорю по телефону со своей любовницей. Хотя много слов тут не нужно. Короткое "свободна?", "да" и ещё пара фраз - и вот, она уже вызывает такси, чтобы приехать ко мне. Даже без банального "как дела, как самочувствие". Мелоди - чёртова нимфоманка. И за это я её люблю. Она согласна вообще на всё и течёт, как сучка, от одного моего взгляда. Хотя я и не выгляжу как какая-нибудь модель с обложки порножурналов. Скорее, как обложка детского порно, с учётом моей маленькой груди и миловидных черт лица. Думаю, Мелоди возбуждает именно тот факт, что я здесь, я живая, я настоящая, и я хочу её. В целом, могу понять. Меня тоже в ней привлекает именно это. Порой я даже забываю, как она вообще выглядит. И вспоминаю только тогда, когда она оказывается на пороге моей квартиры. В одном лишь топике, джинсах и полупрозрачном кардигане сверху, с каштановыми волосами на плечах, с ярко-красной помадой. Пытается возбудить меня. Только от этой помады очень скоро ничего не останется. — Ты ведь знаешь, зачем я тебя позвала. Раздевайся. — Так сразу? — её голос ощущается писклявым и бьёт по моим уставшим мозгам. — Может, мы хотя бы выпьем? — Не сегодня. Я за рулём. Господи, и что я несу? У меня ведь даже прав нет, не говоря уж о машине. Но с другой стороны, кому будет хуже от того, что я совру? Я и так постоянно лгу. Например, вру другим о том, что у меня всё хорошо. Или самой себе о том, что разлюбила свою бывшую. Я стараюсь не называть её имени, чтобы как можно быстрее забыть о ней. Но для удобства назовём ее...К примеру, Мара. Это имя у каких-нибудь древних племён переводится как "смерть". Мара - действительно моя смерть. Но не быстрая от пули. А медленная и мучительная, от гангрены, которая поглощает твоё тело по маленьким кусочкам и ты гниёшь заживо в ужасной агонии, а врачи вместо того, чтобы отрезать поражённую конечность, просто разводят руками и говорят, что не могут помочь, оставляя тебя и дальше разлагаться на больничной койке... Чёрт, я снова отвлеклась. На самом деле я просто не хочу разговаривать с Мелоди. А тем более с пьяной Мелоди. О чём мне говорить с ней? Единственная наша общая тема - это секс. Для разговоров у меня есть друзья - те самые, которые забирают меня из бара, когда я совсем в угашенном состоянии после нескольких выпитых бокалов. Они готовы прийти ко мне на помощь всегда. Я люблю их. И мне стыдно, что им приходится видеть меня в таком состоянии. А вот перед Мелоди мне не стыдно. Да и, по правде сказать, она и не придёт, если мне нужно будет помочь. Её интересуют только мои пальцы, мой язык и мой клитор. Я не против. Сама же согласилась на такие "отношения" с ней. Я ведь уже упоминала, что Мелоди безотказная? Пока я снова размышляла о какой-то хуйне, она уже успела снять с себя одежду, которую, наверное, специально подбирала для нашей встречи, и насильно приложить мою руку к своей груди, словно намекая на то, чтобы я потрогала её. Я не чувствую биения её сердца, как чувствовала это у Мары. Может быть, она просто бессердечная. А, нет, я просто трогала правую грудь вместо левой... — Эй, ты какая-то задумчивая сегодня...Если не хочешь, я могу уехать, просто ты же сама... — Заткнись. — я могу позволить себе грубить с Мелоди. Она лишь сильнее намокнет от моей грубости. Только вот я не люблю быть жестокой. И никогда не любила. Разница между "трахаться" и "заниматься любовью" в том, что в первом случае ты хочешь доставить удовольствие себе, а во втором - подарить его другому. Хорошо, что Мелоди совершенно неважно, как именно мы будем заниматься сексом. Я могу вообще оставить её без оргазма - и ей всё равно понравится. А что, если я предложу ей... — Слушай, Мелоди, ты же любишь ролевые игры? — Да, а что? Кем ты хочешь, чтобы я была для тебя? Я могу, например... — Просто отыграй роль моей любящей девушки. — я абсолютно спокойно перебиваю её, а она - неподдельно удивляется такой просьбе. Наверное, когда кто-то зовёт к себе девушку для плотских утех, это - последнее, о чем он додумается попросить. — Представь, что...Мы с тобой женаты несколько лет. Я прихожу домой, иду в спальню, а ты уже приготовила мне ужин и хочешь помочь расслабиться. Как тебе такой сюжет? Она всё ещё удивлена. Но плюс Мелоди в том, что она согласится на любую мою идею, если в ней будет присутствовать половой акт между нами. Сравнивая её и себя я понимаю, что "нимфоманка" это всё-таки очень расплывчатый термин. Я люблю секс, но вряд ли когда-нибудь смогла бы исполнять в нём роль девушки, которую мой партнёр пытается забыть. — Да, хорошо, я не против, — наконец смущённо отвечает Мелоди. Я не сомневалась. Стоп, она смущается? Та самая Мелоди, которая стояла передо мной во всех возможных позах, а потом ставила меня в эти же позы? Что ж, видимо, я очень сильно озадачила её. Наконец, я тоже раздеваюсь, пытаясь вместе с одеждой сбросить с себя и остатки напряжения. Не вышло. Ебаное чувство опустошения остаётся со мной до момента, пока я не оказываюсь под Мелоди. Мой мозг предпочел стереть память об этих фальшивых прелюдиях и перемотать время сразу до того момента, пока она не войдёт в меня. Резкий толчок во влагалище и куда-то в самую душу заставил меня прийти в себя. — Ай. Я же попросила быть нежнее. Мне не больно. Просто не хочу грубостей сегодня. Просто хочу, чтобы она сделала это в точности как Мара. Только вот ей не удаётся. Она ускоряет или замедляет темп, но найти тот самый у неё не получается. И вряд ли когда-то получится. А ещё она молчит. Не называет меня ласковыми прозвищами и не просит расслабиться. Меня даже накрывает злость из-за этого. Ну неужели так сложно просто вести себя в постели так, как это делает Мара?! Бля, ладно, я действительно слишком многого хочу. Мелоди о существовании Мары даже не знает. Поэтому и удивилась так моей просьбе. Мы ведь с ней просто любовницы, есть ли мне смысл рассказывать ей о своей неудачной историей любви? Чувствую себя героиней дешёвой мелодрамы. Только вот эта мелодрама никак не закончится. Зрителям, наверное, уже стало скучно её смотреть, но из-за уважения к режиссеру они досматривают. А там не будет ничего интересного. Хотелось бы, чтобы в конце главная героиня просто покончила с собой, но она слишком слабохарактерная, чтобы сделать это. Вот и приходится наблюдать за тем, как она трахается с Мелоди на протяжении всего фильма. Заметьте, именно "трахается". Я кончаю словно по привычке. Не потому, что мне ахуеть как приятно, а словно "на автомате", как будто проглотила кусок прожёванной пищи. Нет, даже не прожёванной: я проглотила его целиком, не наслаждаясь вкусом. И он застрял где-то в горле болезненным комком, который я не могу выплюнуть. Я открываю глаза и поднимаю взгляд на Мелоди. Ненадолго мне показалось, что передо мной сидит Мара. Совсем ненадолго. На мгновение. Нет, у Мары был другой взгляд. Она смотрела на меня совершенно не так. Мелоди не сможет этого повторить. Сейчас её ярко накрашенные глаза почему-то вызывают у меня лишь отвращение. — Тебе понравилось? — спрашивает она. — Да. — я уже не знаю, вру я или нет. — Правда, ты ебёшь меня совсем не так, как она. — Чего? — она обижается, словно школьница. — Не знаю, про кого ты говоришь, но я явно в сотню раз лучше неё! Вот ещё один пример, чем мы с Мелоди отличаемся друг от друга. Она, как и многие шлюхи, считает себя самой лучшей. Я же чувствую себя отвратительной и ненужной даже тогда, когда кто-нибудь кричит подо мной и умоляет меня не останавливаться. — Ага. Только ты меня не любишь. Слова сказаны будто куда-то в пустоту. В вакуум. И зачем я вообще высрала это? Всё-таки нужно учиться держать мысли при себе. Мелоди и не должна меня любить. Мы ведь просто подруги с привелегиями. Не хочу говорить "любовницы", ведь даже в этом слове есть этот противный корень... И кто вообще додумался называть партнёрш по сексу именно так?! Мелоди, кажется, растроенна. И не знает, что ей делать дальше. Вряд ли ей кто-нибудь говорил такое. Вряд ли она вообще знает, что такое "любить". А я знаю. И дорого заплатила за это знание. Кажется, даже к Мелоди у меня есть какие-то тёплые чувства. Не могу я воспринимать её просто как свою игрушку. Поэтому и решаю как-нибудь исправить ситуацию, чтобы не выгонять её из дома в таком вот состоянии. — Можешь остаться у меня переночевать. — Но у тебя же только одна кровать? — Будешь спать со мной. Не вижу проблемы. Она достаточно широкая. У нас нет ни сил, ни желания одеваться. Да и сходить в душ - тоже. Я трачу последние остатки энергии на то, чтобы потянуть руку к выключателю и вырубить свет. Теперь я не вижу лица Мелоди, а она - моего. Обычно после оргазма я засыпаю быстро, но в этот раз как-то не вышло. И я успела почувствовать, как Мелоди обнимает меня во сне. И всё равно она обнимет меня абсолютно не так, как Мара.