сигареты

Про Обри часто говорят, что запах сигарет - это её родной запах. Словно он уже впитался в её кожу и не выветривается. Хотя курить-то она начала не так давно. Всего два года назад. После того, как умерла Мари. Это началось с того дня, когда Обри сидела на холодном асфальте возле кладбища, рыдала себе в рукав... Ей каждый раз было больно смотреть на могилу. Это правда та Мари, которую она знала и любила? Неужели от ее лучезарной улыбки, от ее великолепной музыки, от ее нежного голоса и корзинки для пикника осталось только ЭТО? Пустой, одинокий крест, воткнутый в землю. С её именем. С её не дышащим телом где-то в глубине. Мысли об этом рвали сердце Обри на мелкие кусочки, а слёзы сами текли из ее глаз, и она не могла это остановить. Именно этот поход на кладбище Обри помнит хорошо. Компания ребят постарше подошла к ней, в грубой форме спрашивая, почему она плачет. Их пропахшие алкоголем куртки, их "быдловатая" манера речи, их взрослые лица показались для Обри невероятно нежными в контрасте с её длительным одиночеством. Да, тогда прошло всего лишь пара месяцев после гибели Мари, но Обри словно прожила уже целую жизнь без неё. И протянутая сигарета, слова "На, затянись, полегчает" стали для Обри спасательным кругом, лучом в темном царстве, пробуждением от кошмара. Она затянулась. Её лёгкие заныли от неожиданного количества никотинового дыма, она закашлялась, выдыхая в воздух все, что было у неё во рту. "Можешь ещё раз" — сказали ей тогда. И она с удовольствием сделала ещё одну затяжку, растворяя в никотине все свои переживания, всю свою боль. Та компания, подобравшая ее возле кладбища, показала ей ларёк на окраине города, где продавали сигареты кому угодно и без паспорта. Через пару дней после этого Обри украла деньги у матери, чтобы купить себе ещё пачку и дешёвую зажигалку с колёсиком. "Мама всё равно их пропьет. Мне нужнее" — успокоила себя она. И с тех пор Обри начала курить часто. Каждый раз, как только ей становилось хоть немного грустно. Под действием сигареты одиночество испарялось...Точнее, нет, оно всё ещё было, просто Обри этого больше не чувствовала. "Интересно, а что сказала бы Мари, если бы узнала?" — подумала Обри как-то раз, когда в очередной раз шла за сигаретами. Это было летом. Ноги почему-то сами повели её через ту полянку, где Мари собирала всех на пикники. Этот путь был дольше, но Обри чувствовала, что обязана была заглянуть сюда. Их полянка уже давно заросла травой, тут негде присесть. Наверняка в листве очень много насекомых. "Мари мертва. Уже нет смысла думать о том, что она сказала бы" — сразу же ответила себе Обри. Однако перед глазами снова предстал её образ. Обри уже не помнила, как выглядело лицо Мари, она видела лишь смутную фигуру. А вместо лица - просто яркую вспышку света. Но всё равно Мари проницательно смотрела на неё. Она всё понимает. Она не осудит Обри. Ей просто больно. Ей невыносимо больно смотреть с небес на то, до чего она довела Обри своей смертью. Обри моргнула - и это минутное видение рассеялось перед ней. Может, ей не показалось, и ангел Мари правда приходил к ней? Подумав об этом, она упала на колени в высокую траву, а из глаз потекли слезы. Плевать на грязь и на насекомых. Плевать на всё. Она достала сигарету и вновь прокрутила колёсико на зажигалке. Обри отчётливо помнила последние недели перед смертью Мари. Кажется, эти пара недель были дольше всей её жизни. Мари счастливая. Готовится к концерту. Правда, уже меньше гуляет с друзьями, ведь она много занимается на пианино...Да и Санни из-за этого стал реже выходить на улицу. Но на него Обри уже всё равно. Сейчас она и вовсе стала ненавидеть Санни за то, что не смог спасти её. Не смог остановить. Они ведь были всегда вместе эти последние недели, так каким образом...? Почему...Почему она вообще это сделала? Обри готова была отдать всё, даже свою жизнь ради того, чтобы узнать ответ на этот вопрос. Чтобы просто поговорить с ней в последний раз и сказать всё, что не сказала. А не сказала она многое. Например, то, что хотела бы, когда они вырастут, уехать вместе с Мари куда-нибудь далеко из этой помойной дыры, в большой город. Жить там в уютной квартире, завести котенка. И пожениться. Да, Обри безумно хотела всего этого. Но её фантазии отделила от реальности прочная петля, подвешенная на дереве во дворе. Может, сама Обри виновата в её смерти? Может, Мари и не любила её в ответ? Нет, этого не может быть. Мари - самый искренний человек, которого она встречала. И другую такую же Обри никогда не найдет. Да и не хочет. Эти чувства никак не могли быть фальшивкой. Ведь за пару дней до своей смерти Мари целовала Обри. Они встретились совсем ненадолго, Обри просто пришла к ней домой, чтобы проверить, как у нее дела. Мари выглядела уставшей. Но счастливой. Она радовалась тому, что Обри сама решила её проведать. "О, у меня всё отлично...Я, правда, очень волнуюсь перед выступлением" — так она сказала тогда. Они поболтали о чем-то. А потом поцеловались. Спонтанно, неожиданно, но так сладко и чувственно... Обри держала её за руки, чувствуя, какие они шершавые и грубые от постоянных тренировок, но ласковее них не было ничего на свете. Никто не задавал вопросов. Они просто посидели ещё немного и разошлись. Разошлись навсегда. По разным мирам. Обри курила разные сигареты. С шоколадным фильтром, с вишнёвым, с ягодной кнопкой или совсем без вкуса. Но ни одна из этих сигарет не могла заменить ей этот волшебный вкус губ Мари.