Необычная избилица

Жила-была матушка да отец, жили они в маленькой избушке. Но избушка была не простая, ведь она скрывала свои причуды. Ещё с давних пор эта избушка готовила и раздавала блины детям, даря им счастье и веселье. Но избушка перестала готовить блины, когда некоторые злые ребятишки начали просить у нее слишком много блинов и принимались бить её. Та не выдержала и поклялась себе, что больше готовить не будет: — Какие нынче дети пошли! Ох, бедная я, больше не буду им готовить! Пока не покажут, что достойны моих блинов! ​И вот спустя несколько лет эта избушка передалась матушке и отцу. — Ох, как же избушка потемнела да запылилась! — сказала матушка. — И не говори! Давай сегодня же её помоем! — ответил отец. — Правда, понадобится много средств... — Ничего, ты пойди на рынок да купи эти средства, а я пока подмету избу, — ответила матушка. — Погодь, а какие средства нужны-то?! — Ох, Петя, Петя, вот ничего без меня не можешь! — и продиктовала матушка, какие средства нужны. ​Отец уехал на рынок, а матушка взяла веник, ополоснула его и начала подметать. Ух, какая пыль была! Аж в глаза летела! Когда матушка подметала, то услышала чей-то чих. Матушка растерялась и смотрела во все углы, дабы увидеть того, кто чихнул. Но она не увидела, перестала обращать на это внимание и начала дальше подметать. Но вот опять чих. Матушка всё-таки захотела узнать, кто это, и начала подметать, смотря вокруг. И опять чих, но сильный — матушка чуть не упала! ​Матушка поняла, что дело в её избушке. Она поняла, что чихает сама избушка, и от этого чуть глаза на лоб не полезли. "Как это избушка чихает?! Уж не живая ли она?!" — пронеслось в голове матушки. "Ох, матушка, вы бы знали, что я избушка всё-таки не простая", — думала сама избушка. Матушка растерялась и спросила: — Избушечка, ты что, человек? — Да какой я тебе человек! — накричала избушка. — Не сравнивай меня с этими мерзкими существами! Противны они мне! — Успокойся, милая, успокойся, дорогая, — сказала матушка. — Что же они тебе сделали? — Обижали они меня! — и расплакалась избушка. — Да ещё как обидели! Просили много, а благодарности — ни капли, только бока палками били! — Ой, батюшки! Как же так?! — А вот так! — Бедная моя! ​И начала матушка обнимать стену. ​Пётр, возвращаясь домой, заходит в избу, гордый, со всеми порошками и щётками, и видит: матушка сидит и обнимает стену, приговаривая: "Бедная моя, не плачь, родненькая!", а из потолка капают капли, да не то что капли, а будто водопад! Отец думает: «Что же тут случилось, матушка что, от пыли умом повредилась?!» А от вида воды, льющейся с потолка, у него и вовсе дар речи пропал. ​— Да что тут происходит?! — спрашивает Петя. — Милая, ты что, от пыли умом повредилась?! — Да нет же, избушка наша плачет, не видишь, что ли? — проговорила матушка. ​Изба, увидев эти порошки, начала скрипеть полами: — Убери эти штуки от меня! — начала она. — Иначе получишь ты у меня! — Петя, убери сейчас же! — тоже накричала матушка. ​Бедный Петя даже не понимает, что вокруг происходит, и от страха да растерянности тоже начинает плакать. Петя от страха и неожиданности выпустил все эти порошки и щетки из рук. Они покатились по полу, а избушка, сердясь, начинает выдувать их сквозняком обратно за порог. Затем избушка утихомирила свой водопад до мелкого дождика и удивленно скрипнула: — Эй, ты чего это? Я же тебя еще даже не стукнула! — Да я... да я же как лучше хотел! На рынок ездил, выбирал, чтобы чистая была, красивая... А ты драться сразу! — плача, сказал Петя. ​Избушке стало даже немного неловко. Она поняла, что этот человек не собирался бить ее палками, а просто принес странную "химию". ​Матушка же начала наводить порядок и мирить этих двоих. Она подошла к Пете, похлопала его по плечу и сказала: — Ну полно тебе, Петя, не реви. Видишь, избушка-то у нас с душой, просто обиженная очень. Потом она повернулась к стене: — Ты, Избушечка, не серчай на него. Он у меня парень добрый, просто бестолковый в магии — не знал, что тебе порошки твои вредны. ​И потом предложила матушка помыть избушку родниковой водой, а она от радости аж дом трясти начала! ​После того как Петя немного успокоился и утёр слёзы рукавом, матушка взяла всё в свои руки. Порошки с рынка так и остались лежать за порогом, а вместо них Пётр принёс из лесного ключа несколько вёдер чистой, студёной родниковой воды. И закипела у них совсем другая работа — без химии, но с душой. ​Матушка опустила мягкую тряпицу в ведро, и по избе разнёсся звонкий, хрустальный всплеск. Вода была настолько чистой, что даже звенела как-то по-особенному — ласково и свежо, будто журчащий весенний ручей заглянул прямо в дом. — Ну, Избушечка, держись, сейчас мы тебя в порядок приведём, — ласково приговаривала матушка. ​Она начала бережно водить влажной тканью по потемневшим стенам. Раздался мягкий, шуршащий звук: ш-шух, ш-шух. Вековая пыль и серая копоть легко сходили с брёвен под струями чистой воды. Родниковая влага весело журчала, стекая по деревянным стыкам, и этот звук напоминал тихую песню. ​Петя сначала робко стоял в сторонке, боясь лишний раз вздохнуть, но потом тоже взял тряпку. Он подошёл к углу, аккуратно, кончиками пальцев коснулся дерева и шёпотом произнёс: — Ты не серчай на меня, Избушка... Я ж любя. Он обмакнул тряпку в ведро — плюх-плеск! — и начал бережно мыть ставни. ​С каждым движением рук матушки и отца избушка издавала удивительные звуки. Это уже не был грозный треск или водопадный плач. Теперь деревянные половицы и стены издавали довольное, протяжное поскрипывание — скри-и-ип, скр-р-а-ап — будто старый добрый кот, который сыто щурится и мурчит от того, что его чешут за ушком. Вода капала с вымытых подоконников на пол весёлой, ритмичной капелью: кап-кап-кап, словно избушка отстукивала радостный такт. ​В воздухе сразу запахло лесной прохладой, мокрым деревом и мохом. По мере того как смывалась грязь, брёвна из тёмных и мрачных становились светлыми, золотистыми, будто избушка помолодела на несколько десятков лет. Мелкий дождик с потолка окончательно прекратился, а вместо него в чисто вымытые окна заглянуло тёплое солнышко, заставив мокрые стены блестеть, словно они были покрыты чистым серебром. ​Избушка затихла, глубоко и облегчённо "вздохнула" тёплым воздухом из печки и выдала тихое, благодушное: — Ох... хорошо-то как... Настоящая водица, не то что ваши кусачие порошки! ​В печи сам собой загорается весёлый огонь, чугунная сковородка прыгает на конфорку, а по избе разносится запах топлёного масла и сладкого теста. Избушка решает испечь свой самый первый, особенный блин для проголодавшихся после уборки хозяев. Хозяева так и ахнули от радости! Матушка поскорее поставила самовар, разлила ароматный чай по чашкам, и принялись они за горячие блины, всем сердцем наслаждаясь этим уютом. ​И вот с тех пор матушка и отец оберегали избушку родную свою, а та в свою очередь готовила им самые вкусные её блины.