Когда Подходящее Время

      Люмьер поцеловал Гедеона. Не просто губами потерся, а ударился зубами в его зубы. Гедеон, хоть и был пьян, но довольно быстро сообразил, что рот надо открыть, после чего закинул руки ему за шею. Люмьер быстро перешёл от этих ласок к более откровенному лапанью — уткнулся в шею Гедеона, чувствуя приятный аромат парфюма и вина, которое Гедеон влил в себя несколькими часами ранее, пока его руки творили бесчинства в местах ниже поясницы. Гедеон негромко стонал от таких прелюдий Люмьеру в кофту, наслаждаясь моментом. Внизу живота уже приливала кровь, внутри завязывался узел, который давил изнутри, вызывая болезненное наслаждение. Хотелось больше контакта. Они сидели в машине в гараже, и, в принципе, можно было бы и в машине потрахаться, но не особо удобно, а если ещё и обивка испачкается и они вовремя не заметят, то хер уже ототрешь, и надо будет ехать в химчистку. Так что с грацией кошки и громкостью мышки они выбрались, пыхтя и матерясь, после чего поплелись к дому. Холодный ветер обдувал разгоряченные лица — единственные открытые места, которые не закрывали длинные плащи от пальто. Гедеон облизал влажные припухлые губы, и бросил взгляд на Люмьера. Он так бы и накинулся на него с порога, да вот только слуги могут увидеть это непотребство. Они зашли, сняли обувь. Гедеону помог менее пьяный Люмьер, после чего они направились в спальню к Гедеону. Хотелось бы продолжить целоваться и обжиматься когда они поднимались по лестнице, но тогда бы их громкость мышки исчезла в миг. А вот в комнате в принципе можно не сдерживаться, там хорошая звукоизоляция. Едва двери захлопнулись и замок щёлкнул, Гедеон сию секунду навалился всем весом на Люмьера с горячими поцелуями. А тот и не был против и охотно отвечал, иногда забирая инициативу на себя. Его руки возобновили непристойные действия, отчего у Гедеона пристойно так подкашивались ноги, и они начали спешно раздеваться по пути к кровати. Гедеон упал на застеленный простынями матрас, совсем не прикрывая срамные места. Люмьер не забыл снять даже носочки, раскидав всю одежду по комнате, представая перед другом полностью ногим, в то же время как Гедеон лежал в распахнутой рубашке и белых следках на ногах. На его замёрзших щеках появился румянец от внешнего холода и внутреннего жара, и Люмьер снова приблизился к нему, целуя лицо, опаляя кожу горячим, даже чересчур, дыханием. Кажется, они целовались целую вечность, прежде чем отстранились. На лице Люмьера была улыбка, а лицо Гедеона было спокойным, расслабленным. Он даже не был против, когда Люмьер опустился ниже, с важным видом плюнул на ладонь и принялся ею натирать разгоряченную плоть вверх-вниз. Казалось, Гедеон даже глаза закатил, прежде чем веки опустились и он выдохнул через рот. Люмьер двигал рукой одновременно резко и нежно, что вызывало у Гедеона искорки из глаз. Он их прикрыл одной рукой, пока второй держался за плечо Люмьера. Но закончить Люмьер ему не дал, нет. Когда дыхание Гедеона участилось, он сдавил пальцами член, образовывая тугое кольцо, чтобы он не кончил раньше времени, хотя капельки предэякулята уже потекли по уздечке. Дыхание Гедеона замедлилось. Он убрал руку от головы и глянул на Люмьера, который лыбился. — Что...? — Спросил Гедеон довольно низким голосом, и Люмьер ответил, все ещё с улыбкой: — Ты наконец решился завести детей от меня? Я знал, что ты ждёшь не дождешься когда я кончу внут- Его пошлый монолог прервал Гедеон, который кинул ему в лицо пачку презервативов, за которой потянулся в близстоящую тумбочку. И не успел Люмьер снова плюнуть на руку, как Гедеон кинул в него и смазку. Довольно больно, кстати, да. Люмьер с улыбкой потянулся к Гедеону за поцелуем, на который тот не сразу ответил, но все же, в конечном итоге, рот открыл. Когда Люмьер отстранился, то Гедеон думал, что снова вниз вернётся, но Люмьер залез своими шаловливыми ручками в тумбочку и достал оттуда чёрное силиконовое изделие с кнопочкой. Приятная вещица, да, но Люмьер ей пользоваться не умел. Постоянно баловался с режимами, где самый слабый уже был по силе вибрации с машинный двигатель. Хотя не то чтобы Гедеон был против. Был бы против — давно выкинул бы эту штуку к чертям собачьим... Люмьер оставил на его губах ещё один поцелуй, после чего облил смазкой пальцы и аккуратно засунул сначала один, а потом два и три в напряжённое колечко мышц. Решив, что достаточно, и остальное сделает вибратор, Люмьер достал пальцы, вытер их о простыни и вылил смазку из баночки уже на силикон. Устройство было бесшумным, но Гедеон, кажется, чувствовал вибрацию еще до того, как оно к нему притронулось. Люмьер сначала приставил вибрирующую хрень ко входу и по началу медленно засовывал, но потом достаточно резко вогнал глубже. Вибрация сразу же задела чувствительную точку, она ощущалась даже в члене. Люмьер с минуту ничего не делал, а потом стал крутить вибратор внутри него, а после — переключать режимы. И при этом, к самому Гедеону он не прикасался, только наблюдал. Не прошло и пяти минут, как Гедеон выдохнул от этой сладкой пытки, вязкая белесая жидкость попала даже на Люмьера, но сразу он снова почувствовал прилившую кровь к паху и возбуждение, так как внутри все ещё была стимуляция простаты. Но все же Люмьер тоже хотел получить удовольствие, так что вытащил из него шайтан-машину, и устроился поудобнее меж разведенных, согнутых в коленях ног. Зубами он открыл пачку и вытащил резинку, после чего надел ее на свою давно затвердевшую плоть, а остатки смазки из пачки вылил сверху. Может, когда-то Гедеон все же разрешит ему сделать это без резинки, и за это Люмьер бы отблагодарил его горловым, но пока что есть — то есть. Люмьер одним плавным движением вошёл внутрь. Гедеон напрягся и его хватка за него усилилась, но он быстро снова расслабился, после чего Люмьер начал плавно толкаться внутри. Темп начанал нарастать, и Гедеон в тот момент снова притянул Люмьера к себе за поцелуем. На мгновение Люмьер остановился, чтобы закинуть ногу Гедеона себе на плечо. Когда движения внутри возобновились, нога упала в сгиб его локтя, но сейчас никто поправлять ее не собирался. По ощущениям, Люмьер хотел выбить из него душу. Гедеону это нравилось. Их губы снова встретились в поцелуе — коротком, просто чтобы тихо застонать друг другу в рот. Их влажные от пота лбы соприкоснулись, их тела напряглись, а потом расслабились. Они снова поцеловались. Люмьер сделал два затянувшихся движения бедрами, после чего упал рядом с Гедеоном, показывая тому свою лыбу. Гедеон мог бы ударить его, но решил просто лежать и спокойно смотреть на его лицо. Такое наглое лицо...