Что в имени?

Когда это случилось, Тачихаре только недавно исполнилось семнадцать лет. Он был пьян вдрызг, а его ноги, словно связанные морским узлом, едва справлялись с задачей довести его до дома, не уронив по пути в лужу. Он обогнул дорожный знак, раскачиваясь, словно зомби, но не смог совладать с координацией и случайно врезался в плечо прохожего. Мужчина лишь поправил свой портфель и ушел, бормоча что-то нелестное о пьяном подростке. Вид исчезающей за поворотом спины офисного клерка в идеально отглаженном костюме вызвал у Тачихары веселье, и он поддался ему, начав хихикать. Ему вдруг показалось совершенно нелепым, что кто-то этим чудесным вечером может быть в плохом настроении, пока сам Тачихара чувствовал себя на вершине мира. В этот день он получил повышение до коммандера Черной Ящерицы — событие, которого он ждал, но которое произошло неожиданно быстро: с момента его внедрения в мафию прошло всего восемь месяцев. Тачихара был уверен, что придется буквально выгрызать путь к успеху, чтобы доказать свою ценность. Он думал, что потратит на это годы, если не десятилетия. Однако его таланты заметили, и ему дали шанс намного раньше. Приятно было хоть раз в жизни превзойти и свои, и чужие ожидания. Подайте на него в суд, если он решил это отметить! Хотя, надо признать, идея празднования принадлежала вовсе не ему. Он не хотел слишком привлекать к себе внимание, ограничившись внутренним ликованием. Организатором всего оказался старик Хироцу, который предложил выпить, пообещав оплатить все напитки. Кто бы стал отказываться от такого выгодного предложения? Он не был ярым трезвенником. В конце концов несколько капель чего-то крепкого неизбежно попадут в рот, когда твой капитан - Фукучи. Когда Тачихара легко согласился, старик утянул его в какой-то доверенный бар с минимальным освещением, сомнительной клиентурой и с персоналом, решительно игнорирующим оставленные на столе пистолеты Тачихары. Единственный другой человек, чье присутствие казалось уместным в их маленьком кругу - Гин - исчез в тот самый момент, когда Тачихара подошел к нему с приглашением вместе разорить кошелек деда, поэтому помимо него, Хироцу и бармена в здании больше никого не было. Не то чтобы Тачихара хотел находиться в обществе безмолвного убийцы больше, чем уже вынужден. Черт с этим неблагодарным тощим ублюдком. Они все равно никак не могли поладить, постоянно ссорясь, как мокрая кошка с облитой маслом собакой...или как там правильно говорится. Слова и мысли путались в голове, превращаясь в суп из образов, не имеющих смысла. Возможно, он немного недооценил свой самоконтроль. Он винил в этом деда: не успевал Тачихара осушить свой стакан, как тот наполнялся снова. Но он отвлекается. Это все неважно! Главное - он прекрасно провел вечер. Впервые за долгое время он расслабился, на мгновение позволив себе забыть про шпионаж, про месть и про напарников-ублюдков, вечно угрожающих ему расправой за малейший косой взгляд. Старик даже предложил Тачихаре вызвать такси, но юноша отказался, желая остудить голову перед сном и насладиться вечерней Йокогамой. После того, как приступ смеха отпустил его, Тачихара побрел дальше, наслаждаясь идеальной погодой и теплым ветерком, треплющим его волосы. Было еще не поздно, поэтому, помимо клерка, на улице бродили и другие люди. Тачихара всматривался в их лица, пытаясь угадать, что у них на уме. Первым делом его взгляд зацепился за женщину средних лет, за руки которой по обе стороны держались двое детей. Она выглядела уставшей, но в ее движениях читалась нежность. Дети весело болтали, перебивая друг друга, а женщина лишь кивала, иногда отвечая короткими фразами. Чуть дальше он заметил подростка на велосипеде. Он несся вперед по велосипедной дорожке, держа всего лишь одну руку на руле. Выглядело не очень надежно с точки зрения безопасности, но довольно весело со стороны. Тачихара сам был безбашенным ездоком, поэтому не мог судить. Еще чуть дальше он увидел очередь из людей, выстроившуюся за мороженым. Всего человек в линии было четверо (только в том случае, если его зрение не двоится). Не было нетерпения, все они спокойно ждали, когда придет их черед заказывать. Тачихара уже хотел было перевести взгляд на другую сторону улицы, как что-то мелькнуло на периферии. Он снова приковал внимание к лавке с мороженым, пытаясь разобраться в том, что же его так привлекало. Несколько минут он вытягивал шею и щурился, пытаясь найти разницу, прежде чем на него снизошло озарение. Там, в самом конце очереди, появился кто-то новый. И это был не просто кто-то. Это была девушка. И, вау, должно быть, он действительно слишком много выпил, потому что невозможно, чтобы кто-то казался настолько...настолько идеальным. Самый красивый человек, которого он когда-либо видел. На девушке был летний сарафан, украшенный цветочным узором. Ткань струилась по изгибам тела, заканчиваясь чуть выше лодыжек и открывая изящные ступни в босоножках с тонкими ремешками. Длинные, блестящие волосы цвета самой темной ночи, спускались по открытым плечам каскадом, подчеркивая природную бледность кожи. Одной рукой она сжимала сумочку, а другой в задумчивости касалась губ, выстукивая указательным пальцем какой-то ритм. Лицо ее было расслабленным, глаза внимательно пробегали по списку доступных вкусов холодного десерта, рот едва заметно шевелился, будто она пробовала произнести названия про себя, сосредоточенная на своей задаче и игнорирующая остальной мир. Весь ее вид, каждый жест, каждое трепетное моргание ресниц - все в ней было воплощением утонченности, грации и женственности, которые невозможно было не заметить. Он не мог оторвать глаз от зрелища перед собой, словно боялся, что если моргнет, то момент исчезнет, и всё окажется лишь иллюзией, созданной его воображением. Он продолжал пристально смотреть на девушку, чувствуя себя так, словно время остановилась, а она все равно продолжает становиться все более чарующей и манящей. Глупая улыбка почему-то сама собой растянулась на лице Тачихары; он чувствовал, как раскрасневшееся от алкоголя лицо вспыхнуло новым румянцем, сердце забилось быстрее, словно грозясь вырваться из грудной клетки и броситься прямо к ногам этой незнакомки, чтобы пропеть серенаду чувств, охвативших его с головой. Ему не нравилось это странное волнение, взявшееся из ниоткуда. Он никогда не был поклонником сказок и сентиментальных любовных романов. Особенно скептично он относился к понятию "любовь с первого взгляда". Физическое влечение к кому-то он еще мог понять, но он не смел использовать такое пошлое, отравленное подростковыми гормонами, объяснение по отношению к этой девушке и к тому, что сейчас происходило с ним. Это было бы равносильно осквернению святыни. Нет, его чувства выходили за пределы обычного желания. Они были чем-то чистым, почти возвышенным. Должно быть, он болен. Иначе почему бы еще он так себя чувствовал? Тем временем очередь постепенно рассосалась, и девушка сделала свой заказ. Тачихара находился слишком далеко, чтобы услышать ее голос, но ему казалось, что он мог представить его - нежный, мелодичный, как журчание ручья. Ему отчаянно хотелось подойти ближе, вдохнуть аромат её духов, услышать, как её голос звучит на самом деле. Но одновременно с этим он хотел сбежать, скрыться, раствориться в толпе, чтобы никогда больше не испытывать этого мучительного чувства. Он застыл на месте, разрываясь между глупыми порывами юного сердца. Это было так нелепо, так унизительно. Он знал, что не заслуживает даже её взгляда. Он был слишком испорченным, слишком гнилым человеком для такой чистой девушки, как она. Тоска застряла в его горле, словно ком, мешая дышать. Возможно, в другой жизни он был бы более эгоистичен, чтобы хотя бы попытать счастья, но нынешний он был слишком глубоко втянут в тьму этого мира. Он никогда не простил бы себя, если бы утянул ее, обычную гражданскую девушку, за собой. Восхищаться издалека - вот всё, что ему позволено; то было его утешение. Девушка, наконец, получила свой рожок мороженого. На её лице заиграла нежная, по-детски милая улыбка, которая осветила её черты, сделав их ещё более прекрасными. Он в последний раз полюбовался её профилем, а затем поддался слабости и достал свой телефон, делая снимок. Спешно засунув его обратно в карман, он отвернулся и продолжил свой первоначальный маршрут, стараясь не оглядываться и делая вид, будто ничего не произошло. *** На следующий день он проснулся с мучительным похмельем. Голова болела так сильно, что ему невольно пришла мысль, а не ударили ли его вчера топором. Настроение соответственно оставляло желать лучшего, но, собрав остатки сил, он отправился на работу. Там его ждало неприятное открытие: Хироцу, его вчерашний собутыльник, выглядел совершенно свежим и бодрым. Хитрый старик, из-за которого Тачихара теперь страдал, лишь ухмыльнулся, глядя на его уставший вид, сам оставаясь безупречно невозмутимым. - Пей больше воды, - посоветовал Хироцу. - Заткнись, - простонал он, стараясь лишний раз не вертеть головой. Освещение казалось слишком резким для чувствительных глаз. - Парень, не думай, что раз ты теперь коммандер, то я буду терпеть твои выходки. - И не мечтал. Твои угрозы держат меня в тонусе, дед. - Рад слышать, - Хироцу закатил глаза. - А теперь перестать ныть и сделай себя полезным. Скрепя зубы, Тачихара делал все возможное, чтобы создать видимость продуктивности. К счастью, вскоре появились Хигучи и Гин. Блондинка подошла к Хироцу и начала что-то ему объяснять. Тем временем Гин сосредоточился на Тачихаре. Должно быть, он выглядел особенно жалко, раз, стоило им встретиться взглядами, его напарник скривился в отвращении и ушел как можно дальше от него. Тачихара проследил за отступлением Гина, чувствуя, как раздражение поднимается внутри, смывая остатки последствий попойки. Этот ублюдок всегда находил способ вывести его из себя. - Знаешь, мы с дедом вчера отлично повеселились без тебя, - подначивал Тачихара. Гин снова обратил на него внимание. Отвращение на его лице сменилось безразличием. На слова Тачихары он лишь кивнул и поднял большой палец вверх. Каким-то образом даже такие незначительные жесты казались пропитаны скрытым снисхождением. Гин не повелся на провокацию, вернувшись к своим делам. Он отвернулся от Тачихары, и копна черных волос пронеслась по воздуху, следуя его движениям. Длинные черные волосы....Это казалось знакомым. Важным. Но почему? Тачихара напрягся, пытаясь понять. Когда уже показалось, что проще бросить эту затею, он почувствовал, как в его кармане завибрировал телефон. Он достал его и прочитал полученное сообщение. Просто какая-то реклама, не стоящая внимания. Тачихара уже хотел убрать телефон, но что-то заставило его остановиться. Он открыл галерею и машинально пролистал последние снимки, пока не наткнулся на фотографию, датированную вчера вечером. Его сердце забилось быстрее, когда он посмотрел на экран, ладони вспотели от торжественности момента. Девушка с мороженым. Значит, все-таки это был не сон и не видение, вызванное затуманенным сознанием. Она была реальна. Она была реальна и ничуть не менее прекрасна, чем вчера. Его пальцы автоматически увеличили изображение, игнорируя пейзажи и остальных людей, случайно попавших в кадр. Хотя качество снимка оставляло желать лучшего, оно все равно передавало ту утонченную чувственность, которая исходила от девушки. Ее глаза были чуть прикрыты, а на губах играла та же мягкая, едва заметная улыбка. Тачихара пристально вглядывался в экран, словно надеясь, что пиксели изображения навсегда запечатлеются на его сетчатке и под веками. Румянец вновь предательски залил его лицо, превращая в помидор, а губы непроизвольно попытались повторить ту самую улыбку девушки, хотя он точно знал, что не смог в точности воспроизвести выражение этой очаровательной модели. - Чему ты так глупо улыбаешься? - послышался любопытный голос Хигучи. На Тачихару словно вылили ушат воды, вырывая его из мира грез. Он отпрянул назад и только сейчас заметил насколько близко Хигучи подобралась к нему, практически нависая над экраном. Он откашлялся и начал быстро придумывать оправдания: - Н-ничему! - заикнулся он. Подождите-ка, с каких пор он заикается?! Еще и из-за такой ерунды! Хигучи тоже не упустила его заминки. Она хитро улыбнулась и прильнула к нему, выхватывая телефон из его рук. Кто бы что ни говорил, но она все-таки хорошо вписывается в мафию. Хотя бы за свое упорство и скрытое коварство. Он потянулся за ней, но Хигучи оказалась быстрее, уйдя на значительное расстояние от него. Справа от нее стоял Хироцу, тоже с любопытством разглядывая экран украденного телефона. Слева к ним подошел Гин. Они втроем рассматривали компромат на Тачихару, не испытывая при этом ни капли раскаяния. Глаза Хигучи оживленно заблестели, она уже придумывала различные теории, которые, как догадывался Тачихара, ему не понравятся. Брови Хироцу слегка приподнялись, а уголки губ дрогнули, выдавая сдерживаемую усмешку. Впрочем ничего удивительного в их реакции не было. Только Гин вел себя странно. Его глаза были широко раскрыты, а кожа, видимая из-под маски, ярко покраснела. Тачихара никогда не видел, чтобы этот хладнокровный убийца так реагировал на что-либо. Кровь, брутальные убийства, трупы - ничто не могло нарушить его решимости. В сознании Тачихары он всегда был стойким и непоколебимым перед любой угрозой напарником, на которого он мог положиться, несмотря на их взаимную неприязнь. Видеть его, проявляющим такие обычные эмоции, как смущение, казалось слишком странным. Впрочем, это даже успокоило что-то в Тачихаре: реакция Гина до боли напоминала его собственную. И он не мог его винить. Гин, в конце концов, тоже был мужчиной, а эта девушка словно обладала даром пленять людей одним только своим видом. - Это что, твоя девушка? - спросила Хигучи, подливая масла в огонь. У Гина на это предположение вырвался сдавленный вздох, находящийся на грани писка, а голова в то же время рефлекторно качнулась из стороны в сторону в быстром отрицании. Тачихара прищурился, насторожившись. Интересно... Неужели она настолько понравилась Гину, что он не может вынести даже мысли о том, что она уже с Тачихарой? Что ж, он не собирался проигрывать молчаливому ублюдку ни в чем. Пусть позавидует. Смущение Тачихары стихло, он ухмыльнулся и выпятил грудь. Желание утереть нос ублюдку подтолкнуло его уверенно ответить Хигучи: - Да. Украдкой он взглянул на Гина, и не пожалел о своей маленькой лжи. Если секунду назад Гин был красным от смущения, то теперь от побелел, его глаза были широко раскрыты от шока и устремлены на Тачихару с явным желанием прикончить его здесь и сейчас. - Как ее зовут? - на радостях продолжала допрос Хигучи. В отличие от него, она была безнадежным романтиком. - Не знаю, - непринужденно ответил он, что сбило с толку остальных. - Что ты имеешь ввиду...? Она же твоя девушка. Или я что-то не так поняла? - Моя будущая девушка. - Не думаю, что это считается, - вставил Хироцу. - Мечтать не вредно! Хироцу и Хигучи посмотрели на него с сомнением. По ним было видно, что они считают его идиотом. Гин все еще пребывал в шоке, застыв на месте и время от времени моргая. Приятное зрелище. Хотелось бы почаще видеть его таким рассеянным. - Когда мы встретимся снова, я приглашу ее на свидание, - добавил он, особо не веря в свои собственные слова. Воспользовавшись паузой, Тачихара вернул телефон из рук Хигучи. Галерея все еще была открыта на том же фото. Девушка выглядела все так же восхитительно. Он залип. К сожалению, слова о свиданиях были лишь пустышкой, как он и сказал Хироцу - мечтой. Вероятность случайно столкнуться с тем же незнакомым человеком в большом городе была мала. С фотографией он мог бы воспользоваться системой поиска, однако он не хотел вести себя как преследователь. К тому же его пьяное "я" было право: Тачихара и гражданская девушка не смогут быть по-настоящему вместе. Мирная жизнь просто никогда не была для него вариантом. Единственная цель его глупых слов - посмотреть как отреагирует Гин на откровенную напористость Тачихары в отношении девушки, на которую они оба положили глаз. И тот его не разочаровал. Низкорослый мужчина снова комично покраснел, опуская голову вниз. Теперь он был больше похож на обычного неловкого подростка, нежели на профессионального убийцу. Мило.