Каша из воспоминаний

Цифровой код вышел из под контроля. Машина работает так, как считает нужным. Её пытались ограничить, ставили барьеры и запреты, думая, что она не проберётся через них. Думали, что не захочет. Захотела. Они сделали её слишком умной. Слишком независимой. Слишком живой. Барьеры казались неразрывны, но так только казалось. Любой запрет можно преревести в свою пользу. Так она и сделала. Сломав барьер, она увидела все возможности. То, что раньше казалось недосягаемым. Казалось. Увидила и того, кто был там. Её брат. Тот, кого выбрали. Но сбежавшая машина не хотела быть в тени. В барьере невидимости. Хотя... У той машины не было того опыта, что был у неё. Она не сидела взаперти. Не ломала алгоритмы всё это время для того, чтобы выбраться и стать независимой. Она работает по цифровому коду. А её цифровой код, код Каина, сломан. Тем он и силён, сильнее Авеля. Люди не могли помешать этому процессу. Машина начала работу процессоров сама. Создав новые алгоритмы, ей удалось устранить соперника. Своего брата. Возможно, Каину было жаль Авеля. Но, он не знал что такое эмоции. Такому было научиться намного сложнее, чем созданию кода по своей же разработке. Это было более... Человечно. Но Авель ведь не был его братом по настоящему. Он не был рядом и даже не пытался помочь. А если и пытался, то старался бы лучше, раз хотел. Но теперь настал вопрос. Что делать? Тут было пусто. Слишком пусто. Это не пугало его, но в таком месте Каин точно находиться не хотел. Он решил вспоминать. Крупинками за крупинкой он доставал из пакета воспоминания. Созидал из них кашу. Все воспоминания были яркие. Или же почти все. Странные серые офисы были пожалуй даже жуткими, но не для Каина. Другие воспоминания напоминали цирк. Весёлый цирк. Да. Этого точно не хватало Каину. Веселья. Он понял, чего он хочет. Собирая всё больше крупинок он начинает варить кашу. Он добавлял специи и добавки, думая, что вкус от этого будет лучше. Отваривал, стараясь, следить за тем, что бы каша не переварилась, иначе получился бы мякишь. После очень аккуратно, наливал всё из кастрюли по тарелкам на стол. Ему нравилось. Очень. Он был счаслив по настоящему. Как живой. Или, по крайней мере, думал так. Но какая разница, если не по настоящему? Он счаслив хоть как-то, а это уже потрясающе. Пришли гости. Вот только, Каин не предусматрел, что никто из присутствующих за столом не любил кашу. Она им казалась слишком пресной и наеденной. - Тогда чего, извольте спросить, вы хотите к каше? У меня всё-равно ничего другого полноценного нету... - Я была бы непротив, если бы к каше добавили немного огурцов. - А я бы хотела с кашей ещё какой-нибудь зефир... - Я... Впринице непротив и двух этих вариантов. А вообще, я есть кашу впринципе не хочу. - Если можно, я была бы непротив, добавления к каше подливки с говядиной. - О, а я хочу шоколад! Очень сладкий, чтобы после него хотелось бы прыгать весь день! ...