Вечер последнего дня T.2

Читайте данный текст только в случае, если вы прочитали главу 26 и сделали свой выбор. Глава 28 — Если вы выберетесь — передайте его моей семье. Жюли словно в трансе смотрела, как Мадина протягивает ей, изрядно потрёпанный за последние недели, бежевый платок. „Неужели она хочет... Нет. Боги, только не это”. Осознавая смысл сказанных женщиной слов, Жюли посмотрела на Катарину. Та стояла в растерянности. Не понимая о чём идёт разговор, девушка нервно скручивала в трубочку лист бумаги. Тёмные глаза метались между ними, силясь по выражению лиц понять хоть что-то. Видя, что Жюли мечется внутри, Мадина сама подошла ближе, вкладывая ей в руки плотную ткань. — Выпусти меня, а сами запритесь здесь. Даже сейчас она старалась сохранить ласковый тон, чтобы не пугать девушек ещё больше. Уже на второй день нахождения здесь она чувствовала, что не выберется отсюда живой. Сейчас у неё было больше, чем она могла надеяться получить. Выбор. — Не надо, пожалуйста, — Жюли даже не старалась сдержать скатывающихся по лицу слёз. Приложив к груди бережно вложенный в её руки платок, она сжимала его так сильно, словно кусочек ткани мог удержать её на ногах. Мозг беспорядочно старался найти выход. Хоть какой-то. — Может, ещё есть время? — она жалобно протянула, глядя на Мадину, словно если очень сильно попросить, та что-нибудь придумает. Женщина покачала головой, стараясь выдавить из себя подобие улыбки. Видя в перепуганных девушках собственных детей, она молила Аллаха, чтобы их путь на земле был дольше чем её. — Не печалься, девочка. Я прожила достойную жизнь. Подойдя к Катарине, Мадина проговорила что-то на незнакомом Жюли языке. Она могла только наблюдать, как женщина старается успокоить мычащую девушку. Катарина вырывалась, отчаянно стараясь что-то произнести. Жюли не могла этого вынести. Собственные чувства казались перегретым реактором. Слишком много, слишком больно. — Прошу, открой дверь, — Мадина удерживала Катарину за запястья. Впервые за время, проведённое вместе, она видела её в таком состоянии. Лицо покраснело от натуги вымолвить хоть слово. Видимо, от напряжения она на мгновение потеряла сознание. Тонкие ноги подкосились, и только крепкие руки Мадины удержали девушку от падения наземь. Потеряв брата, Катарина отчаянно цеплялась за единственного близкого человека. „Господи...” — Жюли зажала рот рукой, стараясь хоть немного прийти в себя. — Не тяни, — Мадине пришлось повысить голос, чтобы пробиться сквозь гортанный крик. — Выпусти меня и позаботься о ней. Словно в бреду, Жюли подошла к дверной панели. Возвращаясь воспоминаниями к этому моменту, она корила себя за то, что сделала. Что даже не попыталась спасти. Сделать хоть что-то. Руки сами набрали заученный пароль. Когда диод загорелся зелёным, Мадина с силой оттолкнула от себя стоящую на коленях девушку. Катарина упала, в последний момент успев выставить вперёд руки. Мадина быстро шагнула в приоткрытую дверь. Её тёмные глаза в последний раз встретились взглядом с Жюли. — Берегите себя. Потеряв бдительность буквально на мгновение, Жюли услышала сзади, как Катарина метнулась к двери. Не желая отпускать Мадину, она изо всех сил старалась догнать её. В последнюю секунду перехватив девушку за талию, Жюли одной рукой ввела код блокировки. Катарина извивалась, стараясь вырваться. Её короткие ногти больно впились в запястье. Мыча и пинаясь, она видела, как распущенные волосы мелькнули в темноте, прежде чем дверь с глухим щелчком закрылась. Они были в безопасности. Когда необратимость произошедшего настигла их обоих, хватка Катарины из яростной превратилась в отчаянную. Потянув Жюли вниз, девушка впилась лбом в её грудь, выпуская из себя ничем несдерживаемые рыдания. Жюли не знала, сколько они так просидели. Минуту. Десять. Час. Всё слилось в один большой, раскручиваемый болью волчок. Только когда силы окончательно покинули Катарину, она просто свернулась калачиком на полу. Не подпуская Жюли к себе, она смотрела в пустоту, обнимая бежевый платок. Решив дать девушке немного времени, Жюли пересела в кресло. Мониторы горели, зазывающе приглашая посмотреть. Несколько минут она боролась с собой, чтобы сдержать данное Леону обещание. Несмотря на все попытки, глаза сами нашли нужный экран. Бой был в самом разгаре. То существо, бывшее когда-то Тревором, извивалось и колотило мясистыми отростками. В сравнении с ним Леон казался совсем маленьким. Только сейчас, увидев его рядом, она осознала, насколько огромную форму принял Тревор. Мозг отказывался осознавать то, что в реальности может существовать подобное. Что-то внутри сжалось, видя, как Леон буквально на последних секундах отбивает летящее прямо на него щупальце. Сердце пропустило удар от понимания, что буквально одно мгновение невнимательности отделяло его от смерти. „Вот почему просил не смотреть” Ком в горле сжался настолько сильно, что она почувствовала, как начинает кружиться голова. Резко вобрав в себя воздух, Жюли опёрлась о край стола. Обезвоживание и сильный стресс не прошли бесследно. Не в силах оторвать взгляд, она боялась пропустить каждую секунду, которая в любой момент могла стать решающей. Вглядываясь в мутные очертания, её сердце колотилось в бешеном ритме, а в голове, словно проржавевшая пластинка, крутились слова молитвы. Буквы путались, и в какой-то момент они превратилась в ритмичную кашу из звуков. „Наверно, именно так и сходят с ума” Глаза щипало. Боясь даже моргнуть, она чувствовала, как воздух иссушивает тонкую роговицу. Внезапно произошло то, что заставило её сжать веки. Одно из щупалец отлетело прямо в камеру, сбивая тем самым сигнал. — Нет! — она крикнула почти безумно, руками хватаясь за стекло. Дрожа всем телом, она била по стеклу одними подушечками пальцев, надеясь, что изображение вернётся. „Я теперь даже не узнаю, если... О, Господи” Приступ паники накрыл новой волной, и она всерьёз начала задумываться о том, чтобы упасть рядом с Катариной и не подниматься больше никогда. За дверью раздалась пулемётная очередь. Подскочив со своего места, Жюли почувствовала, как ножка стула упёрлась в тело мёртвого парня. Ошалело глядя на труп, она вдруг поняла, что на несколько мгновений забыла о его существовании. Тут же её руку обхватили холодные пальцы. Катарина боязно смотрела на неё. — Всё хорошо, они не войдут сюда, — сломанным голосом успокаивала Жюли. Себя? Её? Их вместе? Когда диод неожиданно загорелся зелёным, она крепче вжала Катарину в себя, одновременно с этим выставляя вперёд пистолет. От усталости он казался неимоверно тяжёлым. Стоило двери приоткрыться на несколько сантиметров, как внутри оказались по меньшей мере четверо вооружённых людей в форме. Направляя оружие в разные стороны, они лазерными прицелами водили по периметру. Звуки выстрелов заставили девушек закричать. Несколько пуль разорвало плоть мёртвого парня, разбрызгивая останки по полу. Когда очередь затихла, вперёд вышел один из военных. Спрятав оружие, он поднял вверх открытые ладони. — Жюли де Бернез? От шока её мозгу понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, что обращаются к ней. Трясущаяся рука под тяжестью оружия немного опустилась, целясь дулом мужчине в живот. — Д-да, — кивнула она, глядя, как мужчина медленно подходит к ней. Он осторожно, двумя пальцами, отвёл ствол в сторону и только потом забрал пистолет из ослабевшей руки. Лицо было скрыто под шлемом, и она не могла даже считать его выражение. — Мы здесь по приказу Криса Редфилда. С нами вы в безопасности. Дав команду своим людям, мужчина кивнул, и военные разошлись по помещению, собирая все найденные документы. — А-а..., — её голос заикался, — А как же Леон? Даже сквозь шлем, Жюли чувствовала, как он нахмурил брови. Словно ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о ком она спрашивает. — Мистер Кеннеди сейчас занят. У нас приказ доставить вас в точку сбора. — Он жив? Немного замешкавшись, военный, подталкивая девушек вперёд, проговорил: — На момент последнего выхода на связь — да. С ним сейчас часть нашего отряда. Вам не о чем беспокоиться. Проходя через главный зал, Жюли прижала Катарину ещё ближе. Она сама боялась того, что могла там увидеть и буквально заставляла себя не сводить взгляд с ботинок идущего впереди военного. Идти пришлось долго. Или ей так показалось. Лестничный пролёт стал почти невыносимым испытанием, где каждая ступенька давалась с большим трудом. Сопровождающие их мужчины были явно недовольны медлительностью, но никто не решался сказать этого вслух. Заведя девушек в небольшую комнату, напоминающую гостиную, двое военных куда-то испарились, а двое остались на страже. Катарина покачивалась сидя на диване, не в силах выпустить из рук плотную ткань. Жюли, даже несмотря на усталость, не могла найти себе места. Придерживая руками ноющие рёбра, она ходила из стороны в сторону, краем глаза замечая, как военные на мгновение переглянулись между собой. — Что? Есть новости? — она дёрнулась в надежде. — Мисс... — начал один из них, — может, вам стоит присеть? — О, Господи, — она сильнее схватилась за рёбра чувствуя, как они вот-вот расколятся ещё больше. — Нет-нет, — военный тут же оказался возле неё, придерживая за локоть, — Не в этом смысле. Почти насильно усадив её в кресло, мужчина продолжил стоять рядом. — Вы просто устали. Вам нужен отдых, — его голос звучал почти заботливо. — Нет, вы не понимаете, — она хотела было встать, но твёрдые руки на плечах вынудили её остаться на месте. — Мисс... Я всё понимаю, но... Не успев договорить фразу дверь в комнату открылась. Как по команде, военные вытянулись в стойку. Первым показался высокий мужчина в тяжелой экипировке. Весь в оружии, он одним своим появлением заполнил всю комнату. Обернувшись куда-то назад, он спокойно, но чётко проговорил: — Я же говорил, что они здесь. Из темноты коридора вышел Леон. Уставший, весь в крови, но с по-военному выпрямленной спиной. Обойдя широкоплечего мужчину, он тяжелым шагом подошёл к Жюли, и не говоря ни слова, притянул её к себе. Так просто. Без разговоров, без разъяснений. Прислонившись губами к её макушке он впервые позволил себе облегченно выдохнуть. Чувствуя, как быстро колотится его сердце под щекой, Жюли держалась за эти звуки как за единственный ориентир. Не в состоянии поверить, что он здесь, что он жив, что они выжили, она крепко сжала его остатками сил. — Всё закончилось. Я здесь, — едва слышно прошептал Леон, бережно поглаживая по спине, — ещё немного и будем дома. Буквально несколько секунд им дали, чтобы пережить долгожданную встречу. — Не хочу прерывать, но нам надо поторопиться, если не хотим, чтобы нас снесло взрывной волной, — главный военный давал указания по рации, пока они двигались всё выше в сторону выхода. Леон поддерживал Жюли, пока один из военных нёс на руках Катарину. Девушка отключилась почти сразу, как только села на диван. Жюли смутно помнила саму дорогу к вертолёту. Хорошо помнила первый поток свежего воздуха. Ледяной и солёный. Он отрезвлял, возвращая в забытую реальность. Огни ночного города вдалеке напоминали, что за пределами прожитого ада их ждёт жизнь. Настоящая. Сжав сильнее руку Леона, она впервые за последние часы почувствовала блаженную пустоту в голове. Ни единой мысли. Словно все разом куда-то исчезли. Приближаясь к трапу, она смотрела на качающиеся внизу волны и благодарила мироздание за то, что ей позволено увидеть ещё один рассвет. Вместе с любимым человеком рядом. Пристегнув ремни, она отключилась почти мгновенно. Вертолёт не успел набрать высоту, как глаза сами закрылись, давая организму возможность отдохнуть. Они были за несколько миль от острова, когда прозвучал взрыв. Успевший задремать Леон резко пробудился. — Спи, друг, — массивная рука легла ему на плечо, — ты сегодня хорошо поработал. — Если б не ты, меня бы уже не было, — в полусне он похлопал Криса по предплечью. — Конечно. За тобой должок, Кеннеди, — усмехнулся мужчина убирая руку. — Обязательно. Леон зевнул, инстинктивно нащупывая сидящую рядом Жюли. Плевать кто и что подумает. Уложив её голову себе на плечо, он позволил себе закрыть глаза. Она жива. И это главное. ______________________________________________________________________ Дорогие читатели. Это ещё не совсем конец истории. Будет полноценный эпилог для „хорошей концовки”. Хотелось сделать что-то в духе 9 резика с двумя вариантами истории. Естественно, как и в самой игре, „каноном” будем считать только хорошее окончание. Иногда вариант „спасти всех” бывает благородным, но не самым верным. Так что... Делитесь впечатлениями, я с удовольствием хотела бы узнать ваше мнение на счёт такого небольшого „эксперемента”. Естественно, огромное спасибо каждому, за то, что прошли этот путь вместе с героями, дочитали до этого момента и, надеюсь, не разочаровались.