Troubles

      Дэмиан всегда казался Джону странным. М понятное дело, что сын Бэтмена не мог быть нормальным — это было бы ещё более странно, но Дэмиан вел себя странно в странным смысле. Если прям конкретно, то никогда не пил из стакана, если предварительно не увидел как эту бутылку с водой вскрыли. Напрягался от малейшего шороха и Джон подразнил бы его за трусливость, но он все делал шаг назад (туда, где стоял Джон), не навязшего прикрывая его собой. Стояло Джону проявить заботу, как Дэмиан тут же злился, мол, за кого ты меня принимаешь?! Я и сам прекрасно справлюсь. И ведь так было с первой встречи, где Робин также не хотел звать взрослых, ведь, он сам прекрасно справится, но он не справился и вряд ли когда-нибудь справится.       Но ладно. Хорошо. Это все можно оправдать тем, что он вырос в клане убийц, которых убили. Иронично, но так. НО, что насчет дня рождения? Его залип у зеркала, которое при всем искажений глазами сверстника, который воспользуется любым способ, чтобы поиздеваться, не похоже на самолюбование? А в тот день, когда Дэмиан остался впервые ночевать он так и не лег спать. Когда Джон открыл глаза Уейна уже не было. Утром Дэмиан лежал у себя на мешке, но по кругам под глазами можно было понять, что он плохо спал или и вовсе не спал. И так можно было перечислять ещё много.       — А твой отец всегда такой? — спросил Дэмиан садясь на корточки рядом с Джоном.       — Надоедливо заботливый?       — Ну, да.       — Ага, почти все время. — улыбнулся Джонатан, он не думал о том, что это бесит, хотя иногда бесило, потому что хотелось немного больше свободы. — А твой разве нет?       — Бэтмэн не плохой отец, просто он… Бэтмэн. — сказал Уейн так, будто вкладывал в эти слова какой-то сакральный смысл.       Так вот по поводу дня рождения.       — А когда у тебя день рождения? — спросил Кент, уворачиваясь от удара пришельца.       — Что же навело тебя на эту гениальную мысль в эту минуту и секунду? — фыркнул Дэмиан, используя свой крюк для того, чтобы помочь Джону увернутся. — Ты серьезно хочешь знать? Сейчас? Нам бы сначала выжить.       Джонатан улыбнулся, почти снисходительно, что явно бесило Робина, но Супербой продолжал улыбаться и смотреть щенячьими глазами.       — 20 декабря.       Какого же было удивление Джона, когда в 20 декабря, он увидел Дэмиана одного на крыше какого-то здания Готема, пытающегося видимо убить себя тортом с числом 14, он так яростно запихивал в себя этот торт, что на секунду Джон действительно рассматривал перспективу, что он может просто задохнутся, но с другой стороны он выглядел так будто готов и убить этим тортом, поэтому в этот день Джон так и не подошел и не поздравил Дэмиана с днем рождения.       Настала очередь Джона ночевать у Дэмиана и честно его комната была как весь первый этаж их дома, а кровать кажись была на пятерых, ну ладно троих, но с лихвой! Им нужно спать на одной кровати? Да не проблема, ведь это не просто кровать это вторая квартира.       Из пальцы соприкоснулись, когда Дэмиан передавал джойстик и садился на диван. Джон дернулся и тут же повернулся к Дэмиану лицом, полностью забыв об игре, которую вымаливал у родителей месяц, а они так и не купили.       — Что? — спросил Уейн после десяти секунд, смотрел он устало и еле видно дрожал.       — Ты ледяной.       — Ну и? Мы будем играть? — Дэмиан указал на телевизор и снова опустил руку с джойстиком. — Или нет?       — Дэмиан, — вздохнул Джон, опуская на секунду виновато свое лиц. — Извини.       — Чего? — нахмурился он, как Джон вдруг притягивает его за ногу и начинает щупать. У Кента есть драгоценные 10 секунд ступора оппонента, а потом кулак летит ему в челюсть, но это не больно, больно Демиану, который шипит и прижимает свой кулак к груди. — Ненавижу тебя!       — Взаимно. А теперь говори, почему ты весь настолько холодный. Это ниже средней температуры челов…       — Заткнись, я и так знаю! Я просто принимал холодный душ.       Джон поднял свой скептичный взгляд и процедил:       — Ты. Ле-дя-ной. Не холодный, я словно трогаю лед.       — Так прекрати трогать! — Толкнул он ногой в грудь, швыряя на ручку дивана. Дэмиан смотрел так дико, задыхался, словно пробежал марафон. Потом, секунд так пятнадцать, буравя взглядом, опять собрался и спросил:       — Так играть будешь?       Джон растерянно моргнул, но подыграл.       — Ага.       В такие моменты Кент не мог назвать Дэмиана никак иначе как «затравленный», хотя если бы Уэйн мог читать мысли, то за эту скорее всего убил бы. Джону исполнилось одиннадцать и он не так наивен как твердит Дэмиан! Он очень даже умный! Поэтому он прекрасно видит, что Дэмиан ведет себя странно, даже для сына героя.       Все же однажды любопытство взяло вверх и Кент решил узнать в чем же причина такого поведения, но дело это не быстрое, Джон понимал, что уйдет на это минимум месяц, а возможно и годы, но он оставался оптимистичным и решил сначала попробовать спросить напрямую.       — Ди.       Дэмиан, стоящий у зеркала повернулся и замычал. Что?       — Почему ты всегда так долго стоишь у зеркало?       Дэмиан нахмурился. Он показательно вышел из ванной и выключил свет, плюхаясь на диван рядом.       — Какое тебе дело, маленький ещё такие вещи знать. — хмыкнул он.       Тактика спрашивать напрямую провалилась. Поэтому Джон перешел на план Б. Бэтмен и спрашивать через посредника. То есть косвенно.       — Ты хочешь спросить, повтори что?       Бэтмен, хотя точнее Брюс Уэйн стоял с полузакрытыми глазами и пил уже по счету третью кружку кофе. Видимо он всю ночь спасал Готэм.       — Почему Дэмиан, так долго смотрит в свое отражение?       — Боже, пацан, нашел о чем спрашивать. Может он просто также самолюбив как и твой отец?       Джон почти обиженно поднял бровь. Скрестил руки на груди и прикрыл глаза, пытаясь вспомнить тот день ночевки.       — Ваш сын ведет себя странно.       — Он мой сын было бы страннее, если бы он вел себя нормально.       Здесь они были солидарны.       Дэмиана и Джона (почему его имя снова впереди?) решили перевести в школу для особо одаренных детей, если переводит на человеческий: детей с суперспособностями, ну или просто с особыми навыками, как например Робин или дочь Соколиного глаза. Первое время все было хорошо, даже весело, ведь они с Дэмианом вечно что-то чудили. Особенно на уроках химий и практикум боев, пока одним прекрасным днем Дэмиан и его чудесный характер не навредили ему же. Его начали задирать за отсутствие способностей, после того как он оскорбил Джексона. Джон искренне не помнит чьей это сын, но у него вроде была способность превращаться в металл? В любом случае, тупой Джексон!       Школа героев оказалась намного жестче, чем Джон представлял. Все же он был наивен предполагая, что мир делится только на белое и черное, но ведь отец говорил, что герой нужны, чтобы мотивировать людей становится добрее и помогать друг другу, но когда он нашел Робина (костюмы были их школьной формой), зашивающего глубокую рваную рану, словно его проткнули острым предметом и быстро провели по брюшной полости, а вокруг сформировалась гематома. Джон чуть не пустил в ход лазеры. Его глаза покраснели, но прежде чем, что-то из школьного имущества пострадало Дэмиан его окликнул.       — Джон…? — ткань его кофты тут же метнулась, а окровавленные бинты полетели в раковину.       Он скрывал. В этом случае хотел, но Джон все видел.       — Я… Вообщем, ты наверно заждался. Прости я был в лабораторной…       Джон не слушал вся эту лапшу, которую Дэмиан так старательно вешал ему на уши, он просто плыл. Где-то в хворосте мысль, а том стоит ли завтра найти этого Джексона и просто убить?       Челюсть сжалось до желваков. Кулаки до белоты. Все в его мыслях кричало, о том, что это он не уследил, что это его вина, что он не смог защитить…своего друга.       — Алло! Прием, Джон, дома? — Дэмиан наклонился и стоило глазам сфокусироваться на нем, как он закатил свой. — Ты че застил, долго ещё пялит будешь? — он улыбнулся и похлопал друга по плечу. На следующий день Джексон и вся его трупа не пришла в школу, как оказалось их кто-то избил и их родители пожаловались, но так как до этого все родители настояли, что из детям можно доверять и никаких камер не надо, виновника так и не смогли найти.       Конечно. Это же Дэмиан — его не нужно защищать — это он защищает.       — АХХАХАХАХА, ты бы видел их рожи, — Робин изобразил кавычки. — Я хочу к мамочке! Мне больно! ХАХАХАХА. Умора!       Джон чувствовал себя неловко выслушивая все это, он, конечно, знал, что Дэмиан не подарок, но здесь Кенту кажется, что Уэйн переборщил. У Джексона сломана рука с учетом того, что он умеет превращать части своего тела в металл, а теперь он смеется над чужой болью. Это уже слишком.       — Дэмиан, ты и вправду такой человек? — вздохнул Джонатан.       Дэмиан дернулся. Он тут же ощетинился.       — Меня растили в клане убийц, а что ты собственно хотел? Чтобы я с ними пил ромашковой чай и говорил о том, как чудесна погодка на улице? — Джон вытаращил глаза. Он не ожидал такой бурной реакции на собственный слова, он ведь просто имел ввиду, что Дэмиан излишне жесток.       Робин резко махнул рукой, хотел оттолкнуть от себя Кента, но тут же зашипел и скорчился, руки переместились на живот и он постарался сразу выпрямится.       — Ди, это…       — Заткнись, супербой, я в порядке. Встречаемся после обеда на крыше пицца-пицца.       Джон опустил глаза.       — Ага.       Джону наверное стоило извиниться, но он никак не мог выдавить из себя столь нужный слова. Рот открывался, но он мог лишь вдохнуть. Он так и не извинился.       Когда Джон допрыгнул до нужного здание он тут же застыл. Робин… Он лежал и тяжело дышал, держался за живот и весь сжался от боли. Он ведь просто человек, он не неуязвим, хотя иногда так каждый, но сейчас видя его таким беззащитным, открытым и слабым, внутри словно что-то каратнулъо. Ноги двигаетесь! Пожалуйста! Ему плохо ему нужно помочь.       — Черт! — прошипел Дэмиан, пытаясь встать на локтях. Так старался поднять себя, морщился, потому что швы разошлись. Он вовсе не слабый, хотелось ударить себя по голове за такие мысли, он сильнее любого сверстника. Постоянно терпит боль и комментарий одноклассников и ему плевать, если к Джону столько придирались он бы, как в воду опушенный ходил, но Робин все равно хлопает его по плечу улыбается и язвит. Все как обычно. Он сильный, такой каким Джонатану не стать уже никогда.       — Ты ещё долго будешь просто стоять? Может, черт возьми, поможешь?!       — Да! — Джон не успел обдумать все то, что до этого крутилось в его голове. Он поднял Дэмиана и прыгнул в направлении ближайшего госпиталя.       — Тц, не мог просто вызвать скорую, мне кажется так у меня все кишки выпадут.       — Будешь жаловаться брошу тебя просто вниз! — не бросит, но сейчас Джону действительно страшно. Ди лишь усмехнулся, он знал, что Джон его ни черта не бросит. Когда медленно ухмылка сползла и глаза его тоже все дольше не открывались, все внутри так сжалось и в горле появился ком, образующий слезы. — Не умирай, не умирай! Я был неправ, пожалуйста, не засыпай!       — Боже хватит ныть, я вообще-то ещё жив. — Дэмиан крепко сжимал рану на животе и пытался держать глаза открытыми. Он понимал, что терять сознания сейчас довольно опасно. — Неси быстрее, а то такими темпами ты донесешь только мой труп.       — Не го-овори так! — слезы уже текли по щекам, а слова истерично растягивались.       — Именно поэтому ты и не в юных титанах.       Джон шмыгнул носом и сморгнул слезы.       — Вообще-то да.       — Очевидно, что я с этим не согласен, а я капитан.       — Стено-бетоночна да.       — Железно-бетона вообще-то. — он смешно булькнул, начиная кашлять кровью.       — Я тебя ненавижу.       Дэмиан через боль захохотал.       — Рад это слышать.