Обрывки Моей Веры

Если мы Бога не видим, причина в нас самих, ибо Господь сказал: «Блаженные чистые сердцем, ибо они Бога увидят»

Жизнь обошлась с Эннардом по всей не справедливости. Казалось, то что случилось с ним не должен пережить не один человек. Но увы, таких как он куча. До семи лет он жил как обычный ребёнок. Мультики, игрушки на детской площадке, вкусная еда. Но когда ему исполнилось восемь, весь его маленький мир превратился лишь в угли. Кроме дома, сгорели и его надежды. Он помнил жар, который, казалось, плавил само небо, и крики родителей, ставшие последним, что он услышал перед тем, как тьма поглотила его правый глаз. Его вынесли из того огня другим человеком. С белыми, как пепел, волосами и серебряным крестиком, намертво зажатым в кулаке. С того проклятого дня, они служили ему напоминанием об этой трагедии. Детский дом тогда встретил его запахом дешевого хлора и пронзительной тишиной длинных коридоров. Именно там Эрн научился своему главному трюку — разделению. Чтобы выжить среди озлобленных на мир подростков и равнодушных к детям воспитателей, он создал себе новую кожу. Снаружи он был харизматичным весельчаком, который всегда знал, как рассмешить компанию или подколоть задиру так, чтобы все вокруг покатились со смеху. Но за этим ярким фасадом, находился белый-белый сад, где жил другой Эрнест. Мальчик, что по вечерам смотрел в потолок и про себя ядовито комментировал каждый скрип половицы. Внутреннего Эннарда бесило всё: от качества тушенки выделенной государством, до самой концепции устройства этого бренного мира. Он смотрел на сверстников и видел в них идиотов; смотрел на воспитателей и видел в них лжецов. Ему было глубоко насрать на их проблемы, их радости и их "светлое будущее", о котором твердили воспитатели перед сном. Когда в восемнадцать лет двери детдома за ним закрылись, Эрнест оказался в мире, который был ничуть не лучше и не хуже приюта. Он сменил десяток работ, в ожидании своей обещанной государством квартиры. Парня везде ценили за его "позитивный настрой". Никто из клиентов в кофейне, где он рисовал сердечки на пенке, не догадывался, что в этот момент Эннард проклинал их всех до седьмого колена за то, что они не могут просто заварить кофе дома. А некоторым ещё хватало наглости жаловаться, что всё так долго, что кофе не такое горячее как им хотелось; что это вообще не то что они заказывали, при том что это был чужой заказ. Уходил Энн оттуда с глубоким облегчением. Сейчас Эннард работает в небольшом агентстве. Парню вообще до пизды, ради чего они работают и ему глубоко плевать на атмосферу в коллективе. Но так как его приняли без вышки, а зарплату платят исправно, то он и не жалуется. Да и начальство его не трогает, Эрнест работал не покладая рук дабы не разговаривать с другими работниками. Квартиру ему выдали спустя 4 месяца после 19 - летия. Убогая однушка, в которой наверное семь бабок и пять стариков откинулось. Но это было намного лучше чем в общаге или снимать жалкую комнатку у алкашей. Чуть-чуть ремонта и квартира была удобной для проживания. Сам не зная зачем, Эрн поставил на полку иконы. Наверное больше по привычке, да и это было его единственным наследством от покойных бабки и деда. Его вера в Бога, которую так берегли родители, превратилась в скепсис. Он носил крестик по привычке, как талисман от несчастья, но в душе считал, что если небеса и существуют, то они либо в коме, либо просто издеваются. И в том и том случае, Энн перестал в них верить. Перестал ходить в церковь, перестал молиться перед иконами. Он избавился от этих привычек. Порой парень нажирался в хлам, тогда в ведре всегда было полно бутылок из под алкоголя. Ещё он взял дурную привычку курить. Приводить в квартиру в порядок после попойки стало чем-то обыденным. Эннард же считал, что ну он хоть бы что-то делает и хотя бы не ходит с вечным перегаром, да и квартира не загажена. Про культ он узнал от одного из коллег. Просто собрались в двоим выпить в баре, да пошло словом за слово. У обоих развязался язык, и пока Эннард жаловался что жизнь обошлась с ним несправедливо и какой была тупой вера его родителей в бога, коллега на удивление согласился с ним. Тот мужичина поведал ему о их культе "Открытых Зениц" где он состоит вместе со своей женой, что там у большинства похожая история как у седоволосого. Коллега пригласил Энна на один сеанс, глянуть "одним глазком". А присоединиться к ним или нет, уже решать парню. Эрнест отнёсся к этому скептично. Тогда он пришел в культ, чтобы посмеяться над очередными фриками, ищущими смысл жизни. Он стоял в стороне, привычно улыбаясь и отпуская шуточки, и уже готовил порцию подколов про нелепые балахоны. Со стороны это выглядело как дешевый ужастик, где культисты поклоняются неведомой тваре. Но тут было всё иначе. Нет культ не пропагандировал, что все другие люди глубцы, что верят в "неправильного бога" и что только их божество всемогуще и ему стоит поклоняться. Проповедчик начал говорить, что боги есть, что у каждой веры он свой. Но разве эти боги как-то помогают людям? — "Бог подобен женщине, а наш мир как её ребёнку. Но в чём толк от матери, если она бросает своё дитя?" - эти слова почему-то надолго засели в душу Энну. Проповедник продолжал свою речь, а Эннард в это время задумался над его словами. Не уж то небеса действительно тогда отвернулись от него? Хотя он давно пришёл к этому выводу, но от этого не менее больно. Если бог есть то ему было всё равно когда Энн потерял всё, что у него было. Это вызывало какую-то злость и... Боль. Ещё было бессилие. Культисты казались тогда более счастливыми, принявшие горькую правду. Речи не были сахарными, они были полны жёсткой реальности. От этого был какой-то свой эффект. Какая-то скрытая правда которую все игнорируют. Которую Эннард так долго боялся, но в тоже время и хотел услышать. Потом культисты стали расходиться. К Эрнесту подошёл его коллега. Вроде его звали Фред. Белокурый мужчина средних лет. Как говорилось раннее женатый, вроде даже дети есть. Но этого Эрн знать точно не мог. Лишь слышал от других коллег. — Ну, что скажешь? - Спросил мужик снимая капюшон. — Ну и дичь. - фыркнул парень. Хотя на секунду он задумался. - Хотя не фига не понятно. Может ещё раз схожу. И таким образом Эннарда засосало в культ. Честно говоря, ему даже нравилось там. Их по-сути никак не претисняли. Даже какие-то атрибуты с другими верами не запрещались. Побрякушки не важнее веры. Кстати именно в культе ему и дали кличку Эннард. Эрнест так ею разгордился, что сменил себе имя во всех соцсетях на Эннарда. Люди в культе были приятными, и у парня было много с ними общего. Ради справедливости у культа было одно единственное правило: Приходить на сеанс во время. А остальное не важно. Из интересного, Энн видел как высшие культисты призывают сущностей. Может быть это просто иллюзия, но зато какая. Эрнест был в таком восторге когда сам побывал на призыве, что чуть свечи не уронил. К счастью ему дали подзатыльник, и парень с нескрываемым восхищением смотрел на призывателей. Эннард в культе уже четвёртый год. Парень стал душой культа, и приобрёл настоящих друзей. Ещё чуть-чуть и будет 5 лет. И в честь этого события, парень решил попробовать призвать демона. Но получится ли у него? Возможно демон пришедший из ада перевернёт всю его жизнь и координально поменяет её. Может быть Эрнест пожалеет о своих действиях. Но у парня только один шанс попробовать. И он его не упустит.