Девушка на час - Глубины Чувств

События данного рассказа происходят после попытки Казу признаться Чизуру рядом с церковью. (4 сезон, 12 серия)— А на что я надеялся... — именно это я произнес сразу после неудачного признания в любви к Чизуру.Ветер медленно пошатывал окружающую меня зелень. Солнце осторожно гладила своими лучами, будто пыталось утешить и спасти от нарастающей грусти.А я просто лежал...Как обычно, я отдавал предпочтение бездействию. Ведь это было так легко.Что сложного в том, чтобы облокотиться на прохладный стол, стоящий у церкви, и просто ждать?Вот именно... Ничего!Всегда идя по одному и тому же маршруту, я сдавался при малейшей проблеме. Любой валун, преградивший мой путь, полностью менял движение, безжалостно сжигая грандиозные планы.Также и сейчас.Вновь испугавшись жалкого звона телефона, я остановился, струсил, как маленький зайчонок, и спрятался в глубинах норы под названием самобичевание.А было ли это самобичевание или просто реалистичное описание самого себя?Я не знал. Да и вряд ли когда-нибудь смогу узнать.Но в одном я был уверен точно — Мидзухара прекрасно знала, в чем я хотел признаться.Наверняка она просто не хотела обижать своего стабильного клиента, поэтому и решила просто сбежать. Ведь все это — чертово нарушение ее рабочих правил.А все то, что происходило до этого, лишь хорошая игра во благо работы, клиента и самой себя.По щекам текли тонкие ручейки слез, безжалостно раздражая уставшие глаза.Я перевел взгляд на руку, что не так давно была отвергнута Мидзухарой.Сколько боли и жалости в одном коротком жесте... Движение, показывающее свое отвращение и безразличие.Но в этом был виноват лишь я... Я заставил ее играть этот странный спектакль своей девушки. Из-за меня ей пришлось столько рисковать. Из-за меня она вынуждена краснеть при встрече с бабушкой и остальными родственниками.Я закрутил этот моток вранья и предательства, и мне придется его распутать.В Токио все поменяется, и, скорее всего, не в лучшую сторону для меня. Но это не так важно... Главное, чтобы Мидзухара была счастлива и свободна. И плевать, как начнут относиться ко мне... Пускай бьют, выгоняют, оскорбляют... Я все приму, ведь я и вправду жалок...Я медленно приподнялся, облокачиваясь на спинку стула. Взгляд рефлекторно направился в небо. Там сверху медленно плыли гигантские облака, постепенно закрывая собой солнце.— А ведь времени так мало... Совсем скоро все пропадет, все скроется за пеленой правды...Пару секунд тишины отдались новым потоком мыслей в голове.— Но тогда в чем смысл отодвигать время расплаты?.. Ведь конец очевиден... Все предрешено...Впервые за многие годы своей жизни я не боялся своих мыслей...Может, потому что уже произошло то, чего я боялся больше всего?.. Отказ от моих чувств любимым человеком...Не знаю...Я поднялся на ноги, хоть и не хотел этого.Будто зомби, работающий на каких-то инстинктах, я направился к выходу, одновременно доставая телефон.Удивлению не было предела, когда глаза уловили значок непрочитанного сообщения от Мами. Не раздумывая, я открыл уведомление:Казу, ты где? Все хорошо? А то я как-то переживаю за тебя...Текст, хоть и мог быть приятным в других обстоятельствах, но точно не сейчас.Пальцы вновь медленно начали передвигаться по экрану, набирая сообщение:Кибе, собери, пожалуйста, всех наших, кроме Чизуру, в актовом зале. Мне срочно нужно кое-что вам сказать.Появившиеся галочки, обозначающие удачную отправку текста, с радостью выскочили из маленькой точки.По привычке закинув телефон в карман, я пошагал по осторожно выложенным кирпичным тропинкам.— А может, и не только сказать... — произнес я, уверенно шагая к новой цели.***Я стоял у двери и перечитывал сообщение, что пришло пару минут назад:Что ты задумал? Тут все волнуются и уже не дождутся встречи с тобой... Ну, разве что только Мами почему-то спокойна. Короче... Мы идем...— Страшно... — сказал я очень тихо.Снова появилось волнение. Оно медленно подкрадывалось, пока я шел до места сбора.Длинные когтистые лапы страха вонзались в астральную плоть, вгоняя ядовитые мысли...Наврать... Нужно наврать...Но точно ли это был именно страх?Может, это был тот я, что был брошен многие годы назад? Парень, на чьи плечи легла ответственность за крупный бизнес? Мальчишка, что, открывшись, был отвергнут второй половинкой... Одинокая душа, обреченная на бессмысленные страдания...Ладонь легла на рукоять двери. Холодный металл вызвал легкую дрожь по телу. Сердце билось очень быстро... Но внутри была уверенность, что это не из-за взаимодействия с железом.Распахнув преграду, я сделал первый шаг.Множество глаз сразу впились в меня, жаждя скорее узнать тайны, что я так надежно скрывал.Рука, Мами, Кибе, бабушка, мама и папа. Не хватало лишь одного. Но это было не так важно. Присутствие Курибаяси было дополнением, и без него все останется прежним... Также как у Мидзухары без меня.— Казу! — начала Рука. — Что-то случилось?Спокойно шагая дальше, я с нескрываемой тяжестью показал фальшивую улыбку.Видимо, поняв мое внутреннее состояние, девушка не решилась продолжать расспросы. Виновато шагнув назад, она молча начала ожидать.Что с моими чувствами? Почему я ничего не ощущаю?Внутри бушевала черная дыра, поглощающая малейшие задатки эмоций, оставляя после себя бескрайние просторы пустоши.Я не думал, обидел ли сейчас Руку или как отреагирует на мое признание бабушка. Я просто двигался на внутренних, звериных, инстинктах.Но внезапно появилось ощущение неправильности. Будто организм пытается предупредить об невидимой опасности.Окинув всех присутствующих еще раз, я пытался выцепить все возможные раздражители, но лишь пересекся взглядом с Мами.Она мило улыбнулась и спросила:— Что-то случилось? Может, помочь?Она единственная не дрогнула при моем появлении.Ее расслабленные плечи, раздвинутые ноги, руки, лежащие на подоконниках, — все показывало ее странную уверенность и спокойствие... Что совсем не сходилось с ее сообщениями, полученными возле церкви.Отречение легко считывалось в моих глазах.С безрезультатной попытки признания прошло не более десяти минут, но жизнь уже превращалась в однотонную склизкую массу, обреченную на вечное бульканье в сосуде жизни.Снова я ныл, как ребенок...Как же стыдно...Но... Что мне делать?..Медленно взобравшись на невысокую сцену и остановившись в ее центре, я огляделся. Гигантская комната, увешанная красивыми узорчатыми занавесами, широкие окна по левую сторону, различные картины на стенах, скопления сидений, на которых спокойно ожидали знакомые лица. Где-то лежали широкие прямоугольные ковры с невероятно проработанными изображениями, стояли невообразимых форм вазы, ползли декоративные ленты.Пора...Я стоял, покрытый сотнями мурашек, и слегка трясся. Слезы медленно стекали по покрасневшей коже, постепенно впитываясь в одежду. Нос рефлекторно шмыгал, пытаясь сдержать подступающий сгусток слизи, руки пытались хотя бы на мгновение занять себя.— Дружище, что с тобой? — встревоженно спросил Кибе, медленно поднимаясь со старинного изрезанного сиденья.Мами немного поерзала, выбрала удобную позу и уставилась на меня, будто поняв, к чему я устроил это собрание.Ну а бабушка... просто ждала...— Я должен сказать вам... — начал я, захлебываясь в выступающей из глаз жидкости. — Кое-что важное...Слова казались стальными плитами, повиснувшими на кончике языка. Каждая буква с непосильным трудом выходила из моих уст, разрывая остатки сердца.Весь тот стеклянный купол лжи, что так долго строился из неудачных совпадений, постепенно давал трещины.— Я... я... я... — вызванные избытком чувств сокращения мышц не давали возможности высказать наболевшее.— Я врал вам... Я... я... все это время... с самого начала...Срывающийся голос постепенно набирал обороты, повышая громкость.— Тогда в больнице... и на пляже!.. Это... было вранье!Тяжелый вдох.— Простите меня! Пожалуйста!Взгляд бегал по залу в надежде увидеть поддержку, но, встречаясь с ответным взором, рывком сбегал прочь.Кибе постепенно подходил ближе. Его лицо, переполненное непониманием, становилось все четче и ближе.— Я и Чизуру... Мы...Мир остановился.Воздух стал тягучей субстанцией.Свет длинными иглами пробивал ткань.Тело непослушным куском мяса стояло на возвышении в ожидании конца.Знакомые люди наблюдали безмолвными фигурами.А я готовился...Готовился сказать слова, что способны изменить жизнь до и после.— Мы!...— Мы не встречаемся!Острая боль пронзила сердце.Даже слова об этом становились адским оружием для меня.Осознав, что отныне тайна раскрыта, я замолчал. Что-то свыше не позволяло дальше изливать застоявшуюся ложь.— Ка...зу... — Рука медленно сползла на сиденье.Бабушка, раскрыв от услышанного глаза, наблюдала.— Все так сложилось... Я не хотел... Мы не могли сказать... Ведь...Все путалось и кружилось. Стены начинали танцевать, собираясь в хоровод из настенных художеств.— Но зачем? — спросил Кибе, взобравшись на сцену.— Я... сперва мне было стыдно... а после... я... стало слишком сложно и... возможно...— И поэтому ты врал?— Там все так слож...— Да как ты мог!Неожиданный крик друга поставил меня в ступор.Воротник футболки сжался в кулаке Кибе. Парень мертвой хваткой впился в одежду и притянул меня к себе.— Ты врал всем нам!Он обвел рукой всех присутствующих в зале.— Вы! Вы нам врали!И вновь странный импульс в груди. Чувство, что раньше пряталось где-то в глубине души, неожиданно показалось на свет.— Мидзухара не виновата, это я ее просил...— Так ты еще и Чизуру заставлял?!Натяжение выросло. Края футболки начинали вгрызаться в мягкую кожу. Набухшие вены все грознее смотрелись на лице друга.— Да... Она помогала мне из жалости...Хруст кулака, врезающегося в челюсть, легким эхом прошелся по залу. Отлетев назад и упав на спину, я автоматически схватился за место удара.Больно...— А как же все те свидания? Прогулки? Разговоры о любви? А-а-а! Ты говорил, что любишь ее, что она тебе дорога, что она лучшая из всех тех, кого ты когда-либо встречал!— Я не хотел...— Но врал! Врал и врал! Мне и... ладно мне, но... Киношите... Она для тебя... Все это...Он осмотрелся вокруг, всматриваясь в различные мелочи.Я чувствовал взгляд бабушки, но стыд не позволял смотреть на нее. Я знал, что не смогу стереть это лицо из памяти, если сейчас обернусь к ней.— Как ты мог? — успокаиваясь, спросил Кибе.Я молча смотрел в потолок.— Мы можем простить тебя... Но есть те, у кого нет такой возможности... — сказав это, бабушка направилась к выходу. — Моя близкая подруга до последних дней верила в ваши отношения. Но вы...Я знал, что так и будет. Понимал, что обманывал слишком многих... И даже себя...Схватившись за ручку двери, женщина посмотрела на сцену.Это игра была обречена на провал с самого начала.— Казу, как ты мог... — грустный, но осуждающий голос Мами вызывал злость. — Киношита верила в твою любовь к Чизуру... Но все это время это была всего лишь ложь...Она опустила голову и закрыла ее руками. Но я успел заметить появившуюся ухмылку на лице.Неужели она издевается?— Получается, ты даже меня больше любил, чем ее? — продолжала Мами. — Казу, я понимаю, что тебе тяжело далось наше расставание, но чтобы из-за этого врать всей своей семье...Что она несет?— Любовь нельзя купить и украсть... Все однажды находится и теряется.К чему все это? Она ведь говорила, что не хочет мешать мне...— Знаешь, но я верю, что в глубине ты очень хороший парень. Ведь я знаю тебя настоящего. Тебе просто нужно немного помощи...Кулаки начали сжиматься, часто похрустывая суставами.Мами хочет все разрушить...— И знаешь... Я очень долго думала над этим всем...Она специально все подстраивала против нас...— Может быть, мой поступок был чересчур эмоциональным...Тогда, в квартире...— На меня сильно давило, что отношения были немного навязанными...И другие моменты...— Но сейчас я понимаю, что сама хочу тебе помочь...Она лезла...— И поэтому... Если все так совпало и ты на самом деле свободен...В мою жизнь...— Может, нам стоит попробовать снова?Гробовая тишина наполняла стены холодного зала.Бабушка, убрав руку с выступающего металлического отростка, прислонила ее ко рту.Мама, папа и Рука продолжали молча пронзать меня взглядом, а Кибе демонстративно отвернулся и уставился в одно из растворенных окон.Сдайся! — кричало что-то внутри. — Смирись со своим поражением, тебе все равно не достичь взаимности от Чизуру!Пронзающая реальность рвала внутренности в клочья. Осознание происходящего давило тяжелым грузом, вдавливая в пучину страданий.Может, правда пора?..Я и так долго боролся с слишком сильным боссом... И теперь обречен на глупый выбор более слабого NPC...Я посмотрел на Руку.Такая красавица терпела такие страдания, и все ради меня... Она изначально была в проигрышном положении, но не сдавалась...Но достоин ли я этого?Взгляд переплыл на Мами, та в свою очередь медленно шла в сторону сцены.— Я правда хочу тебе помочь... Ведь я...У меня нет права выбора... Я должен брать то, что мне дают...— Я...В ином случае я останусь без ничего...— Я люблю тебя, Казу!Надо мной появилось лицо девушки, признавшейся в чувствах.Больше нет времени, нет смысла. Осталась лишь пустота, сжирающая меня изнутри.Играя роль рыцаря, я потерялся за тяжелыми латами доспеха. Сделав из себя жалкого прислужника стальной оболочки, я старался продолжать борьбу ради кого-то другого, ради бабушки и ее близкой подруги. Но, стоя на краю, я понял...— Я...Что пришло время...— Я... люблю...Побороться за свои чувства!— Чизуру...Нависшая гримаса изменилась. Улыбка превратилась в недоумение, округлившиеся глаза, расширившиеся ноздри. Волосы покачивались от легких порывов ветра, ресницы дрожали.Все показывало удивление. Но было ли это странно?Я чувствовал острые взгляды, чувствовал назревающие вопросы.— Я знаю, что не нужен ей... Но... Она правда мне очень нравится...Неуклюже поднявшись, я проверил конечности. Правая рука немного побаливала от недавнего падения, а вот левая нога была в худшем положении. Сильная, острая боль в ступне привлекала к себе особое внимание.Всё это было похоже на сильное растяжение или даже на разрыв сухожилия.Но сейчас не было времени на нытье.Собравшись с остатками сил, я направился к Кибе. Мами продолжала удивленно смотреть на меня, словно ожидала, что я вскачу и закричу: «Это была шутка, на самом деле я тоже тебя люблю». Но я игнорировал ее, медленно ковыляя до своего друга.Нет... Я должен признаться Мидзухаре...Я не заметил, как в руке вновь оказался металлический кирпич. Сильно спеша, я зашел в мессенджер и набрал сообщение: Извини, я хочу поговорить... Где тебя можно найти?Друг послышался столь знакомый, но слишком тихий звук. Мозг попытался выудить из своей библиотеки, чему мог принадлежать этот приятный «бип», что раздался так близко, будто его источник находился прямо за дверью.Оказавшись на расстоянии руки от друга, я убрал телефон в карман. Постепенно пустевший зал не особо беспокоил меня.Я видел убегающую Руку, что пыталась сдерживать слезы, видел родителей, что спешили ее успокоить, бабушку, что думала, как ей стоит поступить.— Кибе...Он не реагировал на меня.— Понимаю, что теперь ты вряд ли сможешь мне доверять... Но прости...Я низко поклонился, стараясь в этом движении показать все свое уважение, хоть и понимал, что оно вряд ли ему нужно.— Ты можешь бить меня сколько считаешь нужным, ведь я заслужил это... Я предал тебя... Твою веру в меня...Все так же кланяясь и стараясь держать избитое тело, неудачник ждал прощения.— Да как я должен это простить? — произнес друг, поворачиваясь.Странное чувство стыда расплылось по телу.— Мы столькое прошли вместе...Ничего не поменялось. Я все так же кланялся, презирая свое существование. Предав его всего раз, я изменил его отношение навсегда... И вряд ли смогу все вернуть назад.— Вспомни! То... — голос резко стал тише. — Тогда, возле моего дома... Когда мы детьми шли со школы и на меня напала собака... Ты знал, что я их чертовски боюсь, и отгонял ее, чтобы я успокоился... Тогда ты и сказал, что всегда будешь на моей стороне и не предашь меня... Да, я понимаю, что глупо вспоминать детские истории, ведь мы давно выросли, но... Ты не раз помогал мне... И...Я увидел медленную каплю, что начинала появляться на краешке его глаз.— И разве я могу на тебя обижаться за твой первый проступок?Резкий взмах рукой будто выплюнул последние капли злости из Кибе.Силуэт парня стал чуть ближе.— Знаешь... Я почему-то верю, что у тебя были на то причины. И очень хочу, чтобы чуть позже ты их мне рассказал, но сейчас тебе нужно просить прощения у кое-кого другого, — устало прошептал Кибе, показывая на пожилую женщину.Не дав мозгу принять странные идеи, я сразу пошел к бабушке. Как вдруг меня кто-то схватил за руку.Это была Мами. Она, опустив покрасневшее лицо в пол, зашипела, словно дикая змея:— Хватит врать!.. Ты ведь сам решил со всем покончить, так зачем продолжаешь...Злость каплями яда вытекала из рта девушки. Взбухшие вены на лбу сильно изменили прежнюю знакомую внешность.— Что?.. Я не понимаю тебя...— ХВАТИТ!Свободная рука девочки вцепилась в плечо, вгоняя ногти в плоть. Лицо приблизилось вплотную и будто старалось загипнотизировать.— Повторяю! Хватит!!! Я больше не могу смотреть на твое желание испортить мне жизнь! На то, как ты пытаешься выбесить меня!!! Твою чертову месть за предательство!!! Ты думал, что я тупая и не пойму?! Нет, я все осознала с самого начала!— Мами... — удивленный голос подошедшей бабушки притянул меня.В ту же секунду правая ладонь Мами прилетела пощечиной.Удивленно вылупившись, я продолжал слушать.— Не смей отвлекаться!!! Ты сам хотел меня увидеть такой!!! Так получай, паршивый урод!Услышанные слова неопознанной информацией складывались в голове. Впервые за столько лет я видел свою бывшую девушку в таком состоянии. Яростный взгляд, растрепанные волосы, зловещая хватка...— Я долго играла в вашу игру!!! Но с меня хватит!!!Крики становились все громче и злее.— Как ты можешь ее любить?! Ей плевать на тебя!!! У нее сотни таких, как ты. Они вливают в нее последние деньги ради нескольких жалких часов!!! Почему?! Ты ведь любил только меня!!!Мами жесткой хваткой вцепилась в мои плечи. Жгучая боль впитывалась в руки, высвобождая малые дозы адреналина. На лице девушки запрыгали разъяренные морщинки, смешанные с искренним удивлением.— Я... Я... старалась спасти тебя из ее мерзких лап, а ты говоришь, что испытываешь к ней чувства! Ты жалкий кусок дерьма, обреченный на одинокую смерть!— Так почему прямо и не сказала?Внезапный вопрос Кибе сбил бушующую Мами. Анализируя сказанное, она повернулась к источнику произнесенной речи.Как же я устал... Мы все стоим в зале и, как запертые зверьки, бегаем по кругу, прыгаем, оборачиваемся, пищим, деремся. Иллюзия свободного выбора все больше казалась несъемной. Окружающий мир постепенно начинал разваливаться, словно карточные домики. Все одинаковые слова, вопросы, ответы...— А ты какого черта лезешь в чужие отношения?Ответный вопрос для Кибе почти сразу получил решение:— Я уже сказал... Пускай он и тупой индюк, но он был и будет моим другом.— Это только наше дело, — вновь прошипела девушка. — Он предал нас! Как ты этого не понимаешь!Раскинув руки в стороны, девушка сердито смотрела на вступившего в спор парня.— Кибе, не надо. Я не... — предложение не успело завершиться, как меня перебили.— Помолчи... Я тебя не простил... Я просто... Просто не могу видеть, как моего друга обвиняют в ерунде, — почёсывая бороду, сказал молодой человек.Надо скорее уходить. Это выступление начинало набирать опасные обороты, что могло окончательно испортить запланированный отдых.— Нет, это только мое дело, — наконец-то подал я голос. — Ты получила мой ответ — я тебя не люблю. Нам больше не о чем говорить, нам незачем видеться и слышаться.«Окаменевшая» фигура смотрела будто сквозь меня. Ее дыхание постепенно стабилизировалось, а зрачки вернулись к начальным размерам.— Не мое? — едкий взор прыгал с цели на цель и остановился на моей фигуре. — Не мое?Из рта прыснула слюна. Голова чуть-чуть наклонилась, уставившись мертвой физиономией. Взгляд же стал нездоровым, будто у психически нестабильного человека.— А чье? — наигранно выдохнув, переспросила Мами. — Его? — она ткнула пальцем. — Или, может, ее? — рука медленно переплыла на шокированную бабушку.Сумасшедшая улыбка выросла прямо из сомкнутых губ.— Ха-ха-а, а-а, не мое дело, представляете... Ахахах! Не мое!Резкий рывок — и мне в грудь врезался девчачий кулак. Боль волнами прошлась по телу.— Пошел ты, сволочь! — услышал я перед ударом в левый глаз.Потеряв ориентацию в пространстве, я сделал неудачный шаг и упал со сцены, сильно ударившись головой.Почти сразу послышался удаляющийся стук обуви.— Я за ней, — сказал друг, побежав следом. — А то она может натворить глупостей в таком состоянии.Через пару секунд в зале остались только я и бабушка.Я уже был готов нарушить тишину, но она оказалась быстрее.— Я устала... У меня нет сил выпытывать ваши тайны... Я хочу просто знать... Вы раскрыли тайну моей подруги или все же нет?Ждущие глаза налились влагой. Уставшее пожилое тело вяло покачивалось на месте, а треснувшие губы яростно дрожали.Лежа на полу с постепенно опухающим лицом, я пытался понять... Правильно ли поступил?..Но уже поздно...— Нет.Продолжая смотреть в деревянное покрытие, боковым зрением я увидел падающие капли. Подняв голову, я почти сразу понял, что это были слезы.— Понятно...Именно такие были последние слова, покидающие зал бабушки...Бах — захлопнулась дверь.А я все так же просто существовал. Как обычно, ненужный и бесполезный, а возможно, даже и опасный... Ведь сколько жизней я испортил за сегодня. И ни одна моя болячка, — переведя взгляд на тело, подумал я, — не будет достаточным искуплением.В глазах помутнело. Дыхание становилось медленнее и тяжелее. А перед глазами появилась она... Мидзухара...Я... должен признаться ей...Легкая вибрация донеслась из кармана штанов. Достав устройство, я увидел новое сообщение... Отправитель — Мидзухара Чизуру…***Я снова стоял у двери. Но на этот раз за ней скрывалась не актовый зал, а комната отдыха. В ней же и сидела Чизуру. Эту информацию я получил от нее самой, в одном из электронных сообщений, полученных ранее.Приятный скрип ручки и тихий скрежет деревянной преграды вызывали легкое чувство дежавю. Словно я вернулся на пару десятков минут назад и входил в комнату с собравшимися родственниками.Маленькая комната встретила меня завораживающе. Два открытых окна с правой стороны, бежевые занавески, громко шумевшие от поднявшегося ветра, ярко-оранжевые лучи постепенно скрывающегося солнца, шелест каких-то бумаг, лежащих на столе, крики прилетающих и улетающих птиц, а также диван, на котором сидела она...Мягкое сиденье смотрело в сторону, противоположную от входа, где впереди стоял маленький прозрачный столик. Волосы девушки взволнованно шевелились из стороны в сторону, приятно распространяя запах недавно использованного шампуня.— Надеюсь, я тебя не сильно отвлекаю...Мелкая слеза быстро скользнула по лицу и упала на паркет, тихо булькнув при столкновении.— Я знаю, что ты пыталась избежать этого сегодня, но я не могу этого оставить... Даже если потеряю оставшиеся крошки счастья в своей глупой жизни, я должен...Чизуру все так же, не оборачиваясь, продолжала смотреть на ноги.Стоя у входной двери и медленно вдыхая прохладный воздух, я пытался правильно выражать свои мысли.— Во-первых, я хочу сказать тебе огромное спасибо... За все свидания, все прогулки, сообщения и звонки. Все это, хотя бы на минуту, давало мне силы и надежду на что-то большее, что-то грандиозное... Ха... Это так странно звучит... Да?Но реакции не было.Лишь вновь появившийся приятный «бип» слился с шумом ветра.Она не хочет со мной общаться, — сразу появилась мысль в голове. — Я и так нарушил все придуманные правила и очень сильно подставил ее, а теперь еще и хочу признаться второй раз. Она наверняка уже ненавидит меня... Хотя я знаю, что она слишком добра, чтобы к кому-то так относиться.— Во-вторых, я все рассказал бабушке, и теперь тебе не придется больше притворяться моей девушкой. Ты можешь спокойно работать с другими клиентами, не боясь, что на работе что-либо узнают. Я обещаю, что поговорю с родственниками, и они будут молчать о случившемся.— Бип.Я нервно сглотнул набравшуюся слюну.— А в-третьих... Я люблю тебя...Ветер с улицы быстрым потоком промчался по комнате, поднимая занавески почти до потолка. Подступающая тревога принесла с собой и тошноту. Слегка трясясь, я смотрел на красивые локоны, грациозно спускающиеся по мягкой обивке дивана.Секунда... Две... И густую тишину разбавил тихий гудок.Девушка зашевелилась и достала из кармана телефон, после чего поднесла его к уху.Мир на секунду разрушился. Осознание того, что Чизуру специально игнорировала меня, причиняло нестерпимую боль. Будто из организма вырвали все внутренности и оставили лишь пустую оболочку.Хх... А на что я правда надеялся?.. Ведь тут все было понятно с самого начала...— Да, здравствуйте, — начала разговор с телефонным собеседником девушка.Но ее голос уже был где-то вдалеке. Вся реальность будто начинала поглощать сама себя, вызывая необыкновенные визуальные и слуховые галлюцинации.— Извините, что поздно позвонила...Сгущающаяся боль наполняла измотанное тело, заставляя его поскорее скрыться от чужих глаз и отдаться вечному отдыху.Ей все равно... — острым лезвием пронзило осознание. — Она больше не замечает меня... Я потерялся для нее, а возможно, и для всего мира в целом.Автоматически развернувшись, я сделал шаг в сторону коридора.— Я, Мидзухара Чизуру...Она просто относилась ко мне как к клиенту...— Я хотела вам сказать...Она была со мной лишь из-за общей тайны...Нога находилась в паре сантиметров от границы комнаты. Затхлый воздух коридора медленно начинал втягиваться в легкие. Глаза начинали пульсировать от избытка соленой влаги.— Я больше не...Но я все равно... буду любить тебя... Чизу...— Я больше не могу работать девушкой на час.Я застыл. Сердце билось частыми пульсирующими ударами. Кулаки сжались так, что появилась резкая боль. А нога зависла над мягким ковром, лежавшим в стенах тихого коридора.— Да, точно... Я больше не могу работать... По личным причинам... Со всеми документами разберусь чуть позже, а сейчас решила просто предупредить. Еще раз извините... — сказала девушка, поднимаясь с места.В момент, когда она бросила телефон на столик и развернулась, я заметил ее лицо. Знакомые черты были искажены покрасневшими глазами и испорченным макияжем.Грациозно и быстро сделав несколько шагов в мою сторону, миловидный ангел одарил меня своим взором.Мы стали друг к другу лицом и несколько секунд не могли оторвать глаз. Но, наконец-то решившись, Чизуру взяла меня за руку и, словно наигрывая неведомую мелодию до сих дней, произнесла:— Я была там...Непонимание укутало с головой. Странные слова не могли распознаться в гудящей машине.— Там... за дверью зала... Я слышала каждое твое слово...Улыбка девушки стала еще ярче и миловидней.— Я тоже тебя люблю, Казу...Тело рефлекторно потянулось, будто зная, чем должно все закончиться. Глаза медленно закрывались, скрывая все чувства внутри нас, и лишь тепло губ открывало простор для нашей вечной любви… Конец.