Афтершок

В окно шумно барабанит ливень, гром разрывает воздух, молнии режут небо. Детройт словно издевается над Крисом вместе с Тайлер. Она угробила всё что у него было и исчезла, словно никогда её и не было… сволочь. Очередная бутылка из под пива ставится на пол в ряд к остальным, и очередная крышка слетает с новой бутылки. Кристофер делает приличный глоток и обессилено запрокидывает голову, смотря в потолок. Он сходит с ума в четырёх стенах. Ему постоянно мерещится что из под двери, ведущей в ванную, сочится кровавая вода, и вместе с ней доносится тихий плач Луис. Ему постоянно мерещится, что он слышит шаги Сафина, он ждёт, что сейчас между ним и потолком возникнет эта балбесная рожа, но нет. Только потолок и бутылка пива в руке. Даже Монгол не с ним. Только его и удалось кое как отправить обратно в Россию, к маме и тёте Анфисе. Хоть кто-то сейчас счастлив… От мыслей о своём коте, Крис невольно улыбнулся уголками губ. Но эта улыбка быстро сошла на нет. Губы вновь припали к стеклянному горлышку, и на языке появился горький привкус. Мерзкое пойло, но Крис продолжает пить. Продолжает, в надежде отключиться и забыть обо всём на свете. Забыть о том, как Сафин упал на асфальт мёртвым, забыть звук автоматной очереди, которую Тайлер спустила в его висок. Забыть побледневшую и исхудавшую Луис, забыть её труп в ванной, её распоротые предплечья и лежавшее в её ладони лезвие из ещё неиспользованной одноразовой бритвы умершего Сафина. Он хочет забыть всё. Одиночество съедает его изнутри, прошёл уже год, а он всё ещё помнит все детали смертей своих любимых людей… Поставив бутылку на пол, Крис проводит по лицу дрожащими руками. - … просто надо покурить. Тогда попустит… - с надеждой в голосе шепчет он сам себе. Еле держась на ногах, он поднимается с дивана и плетётся к двери. С четвёртой попытки впихивает ноги в тапки и с трудом дёргает ручку. Руки сильно трясутся, ладонь левой почти вся в мелких ожогах, потому что с тремором попытка зажечь сигарету превращается в непроизвольный селфхарм. Пламя совершенно не цепляется за табачную палочку, и вместо этого жжёт кожу. На общем балконе никого нет. Никто в здравом уме не пойдёт сюда в такую погоду, а Крису всё равно. В квартире курить нельзя, потому что соседи чувствуют вонь и жалуются, так что выбора не остаётся. Кое как сигарета всё же зажглась, потянулась струйка дыма. Довольно глубоко затянувшись, Крис медленно выдохнул крупное облако серого табачного дыма, которое тут же унёс сильный ветер. Этот же ветер колыхал сильно отросшие белоснежные волосы, спутавшиеся в некоторых местах в колтуны. Со стороны Кристофер походил больше на бездомного старика, чем на 35-тилетнего мужчину. Весь этот год он ни разу не прикасался к бритве и ножницам. Потому что бритву покупал перед смертью Сафин, а ножницы принадлежали Луис. Он не мог банально смотреть на эти вещи, не то что пользоваться ими. В парикмахерскую он не ходил. Не было никаких сил на это. И плодами всего этого стала многочисленная щетина, секущиеся кончики и колтуны, которые сейчас спутывались ещё больше из-за ветра. Некогда обеспокоенные, но живые, человеческие, голубые глаза Криса теперь сильно потускнели и потухли. Они уже не голубые и не человеческие, а грязно серые и мертвецкие. Жалкое зрелище. От затупа в одну точку на небе его вырвала жгучая боль на губах. Сигарета сгорела полностью, и пепел обжог покусанную кожу. Такое уже не в первый раз, но Крис начал привыкать. Сплюнув пепел с губ он шатко поплёлся обратно в квартиру. После свежего воздуха в нос сразу же ударила перегарная вонь. Мерзость. Пиво быстро покинуло оставшуюся бутылку, и опустошённая, она присоединилась к остальным, выстроенным в ряд бутылкам.

***

С утра Крис первым делом пошёл обниматься с унитазом. Всё выпитое вчера выходило из него около полу часа. Горло из-за этого сильно разболелось, а голова… голова и так болела с самого момента как он проснулся. Когда субстанция болотно-желтоватого оттенка окончательно покинула желудок пьяницы, он наконец смог встать на ноги, опираясь на раковину и сливной бочок. Еле как умывшись и от балды почистив зубы, Крис вышел из ванной и захлопнул дверь. Холодильник ничем не порадовал, кроме выветрившегося хлеба и пары ломтиков салями, которые так же зачерствели ещё бог знает когда. Умяв всё в сухую, Кристофер сыпанул в руку несколько таблеток от головы и запил их водой из под крана. Луис уже убила бы его за подобное… но её нет. Газельку, что была куплена Крисом ещё до знакомства с Сафином, государство забрало на металлолом, так как это авто участвовало в преступной деятельности. Вместо неё, у Криса теперь есть разваливающаяся Субару, заводящаяся через раз. Кое как заведя археологическую реликвию тухло-помидорного цвета, Крис направился на кладбище за городом. Дождя сегодня не было, но пасмурность сохранялась. Сафин с Луис похоронены совсем рядом, и их имена написаны на одном кресте.

Saphin Task & Louis Task

Крис остался последним из Тасков. Он медленно опускается перед крестом на колени и опечалено смотрит на надпись с именами. Он уже видит справа от Луис своё имя. Уже видит этот шрифт и ненавистную «c» вместо «k».

Saphin Task & Louis Task & Cristopher Task

Слёзы сами начинают течь по бледным, чуть впалым щекам. Даже сквозь закрывшие лицо ладони, что начали дрожать ещё сильнее, хорошо слышно его рыдания. Здесь нет никого кроме него. Сейчас он совершенно один на кладбище. Один, напротив могилы любимых людей. Это последний раз когда он придёт сюда. Иначе из головы никогда не выйдут образы трупов. Субару завелась с первого раза, только она поняла состояние Криса. Слёзы текли по щекам на подбородок, а с подбородка падали на колени. Со вчера ещё остался ящик пива, который Кристофер залил сверху выдохшимся коньяком. Таким же, какой он пил когда то с Сафином ночью. Сафин… Вновь появляется жажда покурить. Вчера ведь помогло, значит и сегодня поможет. Верно? Ладонь сегодня обожглась особо сильно, выступила кровь, но сейчас не до этого. Сигарета за сигаретой. Две, три, пять, вот уже седьмая подряд, и за спиной раздаётся этот мерзкий голос, этот насмешливый тон. - Что-то ты паршиво выглядишь, детка. - даже оборачиваться не нужно, чтобы понять что за сволочь стоит прямо за спиной. - Какая это уже сигарета? Не слишком ли много? Думаю Луис это не оценила бы. - вместе с этими словами раздаётся смешок. Мерзкий, бездушный и издевательский. Сигарета догорает прямо в пальцах, обжигая их. Но Крис этого даже не ощутил. Он лишь обернулся так быстро, насколько позволяло опьянение, и схватив Тайлер за воротник футболки потянул её в квартиру. Как только дверь закрылась, по её лицу пришёлся первый удар, на который она возмутилась. Что она говорила Крис не слушал. Его переполняла злость, у него начиналась истерика. Удар за ударом, ритмично и точно по женскому лицу. Попустило Криса только тогда, когда он обнаружил себя сидящим поверх Тайлер и рыдающим ей в ключицу. Тайлер же, на грани потери сознания, тупо смотрела в потолок, глубоко дыша ртом. Не так она представляла себе их с Кристофером встречу спустя год после смерти обоих его друзей. Но такое тоже сойдёт. Кровь медленно стекала с её носа и щёк на пол, пачкая волосы. Так же медленно, на её лице растягивалась улыбка. Устало повернув голову и прикрыв глаза, она кое как нащупала рукой содрогающегося в очередных рыданиях Криса, и уже без насмешки погладила его по спине. Только спустя время, когда челюсть снова начала ощущаться, Тайлер прохрипела. - я тоже скучала. - заткнись… Ты угробила всё что у меня было, и ещё смеешь приходить сюда и говорить мне что-то… - Крис вновь был на грани слёз, так долго он держал в себе всё это, что один только голос Тайлер вытягивает из него всё накопившееся. - просто закрой свой рот хотя бы раз в жизни… Ответом ему стал начавший барабанить по стеклу дождь, гром, разрывающий воздух, молнии, режущие небо… и руки Тайлер на спине. Она замолчала. Потому что сейчас это действительно лучшее решение.