Obsessed

      Спокойствие в пентхаусе было нарушено визитом человека, которого У опасался едва ли не больше, чем своего отца с тростью.       Пувин — младший брат Бума, блестящий архитектор с ледяным взглядом и языком, острым как скальпель. Пувин обожал брата и считал, что У — это «одержимый дикарь», которому просто случайно повезло встретить такого ангела, как Бум.       Бум и Пувин сидели на кухне. Пувин, безупречный в своей белой шелковой рубашке, грациозно держал фарфоровую чашку.       — И как ты его терпишь, Бум? — вкрадчиво спросил Пувин, приподняв идеальную бровь. — Он же буквально пахнет порохом и дефицитом внимания. Я слышал, он вчера скулил под дверью ванной? Боже, какая деградация семейных ценностей.       Бум тихо рассмеялся, подливая брату чаю. — Он просто очень меня любит, Пувин.       — Он не любит, он функционирует только в радиусе метра от тебя, — отрезал «Холодный принц». — Это клинический случай.       В этот момент в квартиру вошли У и Понд. Они явно возвращались с серьезной встречи: оба в строгих костюмах, лица суровые, взгляды тяжелые. Понд на ходу докладывал что-то о портах и проверках.       — ...и если они не выплатят долю до пятницы, Пи'У, мы закроем им доступ к... — Понд осекся на полуслове.       Они вошли на кухню. У, едва увидев Бума, мгновенно сбросил маску мафиози. Его плечи расслабились, а взгляд стал влажным и преданным. Он уже собирался кинуться к мужу, чтобы уткнуться в его шею, но заметил Пувина.       — А, Пувин... ты здесь, — пробурчал У, мгновенно смущаясь. Он знал, что при брате Бума нельзя проявлять слишком много «кошачьих» замашек, иначе тот его уничтожит сарказмом.       Но настоящая катастрофа случилась с Пондом. Понд, партнёр Тигра, человек, который не моргнув глазом убивал, лучший килер страны сейчас замер как вкопанный. Его взгляд застыл на Пувине. Тот сидел вполоборота, подперев подбородок ладонью, и даже не удостоил вошедших взглядом. Солнечный свет падал на его фарфоровую кожу, делая его похожим на недосягаемое божество.       Понд забыл, как дышать. Его челюсть едва заметно дрогнула, а в глазах появилось выражение такой бесконечной, безмозглой преданности, что У даже стало неловко за своего заместителя. Понд в одну секунду превратился из сурового киллера в золотистого ретривера, который только что увидел самую вкусную косточку в мире и готов вилять хвостом, пока тот не отвалится.       — Понд? — У толкнул друга локтем. — Планшет. Отчет. Ты застрял.       Понд не шелохнулся. Он продолжал смотреть на Пувина, и в его голове явно играли скрипки.       Пувин же, почувствовав на себе пристальный взгляд, лишь медленно повернул голову. Его глаза были холодными, как арктический лед. Он окинул Понда коротким, пренебрежительным взглядом, словно тот был пятном на скатерти, и снова отвернулся к Буму.       — Бум, что это за существо? — Пувин кивнул в сторону замершего Понда. — Оно так смотрит, будто хочет у меня что-то выпросить. У него есть справка от ветеринара?       У мгновенно вспыхнул. — Пувин! Это мой лучший человек!       — Твой лучший человек пускает слюни на мой чай, — констатировал Пувин, даже не глядя на У. — Уведите его, пока он не начал чесаться за ухом.       У, задетый за живое, хотел было возмутиться, но Бум мягко коснулся его руки. Стоило У почувствовать тепло пальцев мужа, как его гнев мгновенно испарился. Из груди Тигра вырвалось непроизвольное, смущенное мурчание.       — Опять... — Пувин поморщился, прикрывая глаза. — Бум, он мурчит. Глава клана «Тигр» звучит как неисправный холодильник. Это невыносимо.       У покраснел до корней волос. Он уткнулся лбом в плечо Бума, пытаясь скрыть пылающее лицо. Мурчание стало громче — У было одновременно стыдно и безумно хорошо от близости Бума.       — Иди ко мне, мой котик, — прошептал Бум, обнимая мужа за талию.       В то время как У счастливо урчал в шею Бума, Понд продолжал стоять посреди кухни с глупой улыбкой на лице. Он сделал неуверенный шаг к столу.       — Г-господин Пувин... — прохрипел Понд, чей голос обычно звучал как раскат грома. — Вам... не нужно подлить кипятка? Или, может, я могу достать для вас луну? Или хотя бы печенье?       Пувин даже не повернул головы. Он медленно отпил чаю и произнес, глядя в окно: — Бум, скажи этому ретриверу, что если он сделает еще один шаг, я прикажу охране выставить его вместе с его мурчащим хозяином.       Понд тут же замер, готовый выполнить любой приказ своего нового «божества», даже если это означало стоять на одной ноге до утра.       У, оторвавшись от шеи Бума, посмотрел на своего верного зама и вздохнул.       — Понд, ты позоришь фирму. Уходим. Нам нужно обсудить дела.       — Иди, иди, — махнул рукой Пувин. — Забирай своего питомца и свою одержимость. У нас с Бумом семейный разговор. И У... если я узнаю, что ты сегодня снова будешь скулить под дверью, я подарю Буму беруши. И замок покрепче.       У снова заурчал от смущения, прячась за спиной Бума, а Понд, пятясь спиной к выходу и не сводя влюбленных глаз с Холодного Принца, едва не снес дверной косяк.       На кухне воцарилась тишина. — Ты слишком строг с ними, — заметил Бум.       Пувин изящно поставил чашку. — Я просто поддерживаю баланс. В этой семье и так слишком много «котиков». Кто-то должен оставаться человеком.       Но Бум видел, как Пувин на секунду задержал взгляд на закрывшейся двери, и в его холодных глазах промелькнула тень мимолетного интереса к странному «ретриверу» с пистолетом за поясом