А что же это Уолт?

Ночное небо застилали звезды, студёный воздух сквозил под лёгкой курткой мистера Уайта, переминающегося с ноги на ногу на пороге дома Джесси. Дверь в дом даже не заперта, Уолтер дёргает холодную металлическую ручку, входя внутрь. После улицы помещение кажется душным, слабо освещенная обитель Пинкмана встречает его шумом телевизора и бьющим в нос запахом дешёвого табака. Джесси раскинулся на диване, посасывая пиво в компании пачки сигарет и заряженного револьвера, скромно лежащего на стеклянном столике возле полной пепельницы и глянцевого журнала плэйбой. Он, казалось, совсем не удивлен наглым проникновением Уайта в его гостиную. — Разговор есть, — Уолт стоит в метре от Пинкмана, сжимая ключи от Понтиака так, что побелели костяшки. — А стучать ты разучился? — надменно бросил Джесси, не отрывая взгляд от мелькающей на экране передачи. — Я стучал, ты не открыл. — Может, я спал. Или просто не хотел тебя видеть, — Джесси пожал плечами, закидывая ногу на ногу. — Ты не спал, — Уолт игнорирует остальную часть фразы и наконец делает шаг вперёд, отключая телевизор лежащим на подлокотнике пультом. Джесси сжимает в руке алюминиевую банку, медленно переводя на него взгляд. Каждая мышца его лица говорила Уолту, что он ступил на тонкий лёд. — И чё тебе надо? — Майк, — имя небрежно слетает с губ, — Он слишком часто берет тебя с собой. Я бы мог совладать с этим, но после каждой вашей рабочей встречи ты горделиво вваливаешься в лабораторию под конец смены так ещё и ведёшь себя максимально пафосно и отстраненно, словно я один должен справляться с грудой железных баков. Бог знает, чем вы вообще с ним занимаетесь, что он говорил обо мне, какими сладкими речами промывал тебе мозги... Уолт потирает переносицу большими пальцами, вовремя останавливая поток мыслей. Пинкман усмехается, неестественно расслабленно откидывается на спинку дивана, раскидывая руки на его изголовье. — Это распоряжение Гуса, ты и сам об этом знаешь. Или у тебя проблемы с начальством, мистер Уайт? — саркастично парирует Джесси, зная, что между ним и Фрингом идёт холодная война. — У меня проблемы с тем, что мой партнёр работает и обсуждает наши планы с человеком, который хочет моей смерти, — Уолтер нависает над ним, но Джесси не моргает, смотрит на него снизу вверх. — Ты мой партнёр? — Джесси приподнимает бровь, скривив недовольное лицо, — Серьёзно? Потому что последние недели я чувствовал себя, даже не знаю, расходным материалом. "Сделай то, Джесси, сходи туда, Джесси, рискуй своей жизнью ради меня, а я пока с семьёй поужинаю." — Это не так, — Уолт сохранял уверенность в голосе, хотя в голову закралась неприятная мысль, что порой он мог возлагать на парнишку больше, чем тот был в состоянии выполнить. — Ох, да неужели? — Джесси встаёт, и теперь они почти нос к носу. От него пахнет пивом потом, — Разве не из-за тебя вся моя жизнь пошла по пизде, а, Уолт? Разве не ты оставил меня без семьи и друзей, заменив их компанию кучей бабла и букетом психологических травм? И где ты был, когда я реально нуждался в твоей помощи? Ты был с семьёй. Да ты только о ней и думаешь! Майк хотя бы не врёт, что я ему небезразличен. Уолтер вздрагивает. В груди разливается чувство схоже с гневом, но более липкое и стыдное. — Он тебе небезразличен? — голос Уолта опасно тих, — С каких это пор шестёрке Гуса небезразличен наркодилер-неудачник? — А с каких пор тебе небезразличен? — Джесси умело переводит стрелки, а в его голосе прорезается надежда, — Ты пришёл сюда не из-за Майка, а из-за своего раздутого эго, Уолт. Потому что кто-то другой получает моё время, моё внимание и хрен его знает, что тебе ещё от меня нужно. Скажи прямо, и, может быть, мы о чём-то поговорим. — Мне нужно, чтобы ты перестал ему доверять, — цедит Уолт, — Он тебя использует ровно так же, как Гус использует нас обоих. — А ты меня не используешь? — Джесси коротко смеётся, демонстративно отводит взгляд, начиная шагать взад вперед по комнате, — Ты использовал меня с первой минуты, как мы встретились в этой блядской лаборатории. Разница между тобой и Майком только в том, что Майк хотя бы не устраивает сцен ревности посреди ночи. Джесси останавливается, прожигая взглядом сущего руки в карманы Уолта. — Это не ревность, — мистер Уайт коротко откашлился в кулак. — А что же это, Уолт? — Джесси делает несколько шагов ему навстречу, и теперь уже Уолтер отступает, упираясь спиной в стену, — Ты врываешься в мой дом без стука, затем допрашиваешь меня про какого-то деда, который даже не смотрит в мою сторону без дела, пытаешься скрыть, что ты весь на взводе, хотя всё равно выглядишь так, будто хочешь кого-то задушить. Это всё называется- — Прекрати, — шепчет Уолт, но не отводит взгляд. — …ты меня ревнуешь, — заканчивает Джесси, давая этим словам заполнить пространство между ними. Тишина в гостиной становится осязаемой, слышно, как холодильник гудит на кухне, как где-то за окном проезжает машина. — Майк плохой напарник, — наконец выдавливает Уолтер, — Он не заменит тебе — он запинается, подбирая слово, — Мою защиту. — Твою защиту? — Джесси отступает на шаг, нервно проводя рукой по волосам, — Слушай, если ты не можешь сказать это прямо, то не говори вовсе, я устал играть в угадайку. Ты либо собираешь свою волю в кулак, либо валишь к Скайлер и делаешь вид, что меня не существует. Третьего не дано. — А как же Майк? — Уолт кривится, словно жуёт лимон. — А при чём вообще здесь Майк?! — взрывается Джесси. — У нас с ним исключительно рабочие отношения! Это человек, который не даст Гусу меня прикончить, если я снова накосячу! А ты — его голос срывается, и он вдруг садится обратно на диван, уронив голову в ладони, — Боже, Уолт, ты невыносим. Уолтер смотрит на него сверху вниз, потом, очень медленно, опускается рядом. Он потирает ладони, находя силы для ответа. — Я не хочу, чтобы ты работал с Майком, — тихо говорит он, глядя в пол. — Тогда не ври, что у тебя есть другие причины, кроме ревности, — бормочет Джесси в ладони, — Но мы оба не получим того, что хотим, да? — Наверное, — Уолт проводит рукой по лицу, и Джесси краем глаза замечает, как дрожат его пальцы, — Но я хотя бы пытаюсь. — Пытаешься? — Джесси поднимает голову, окидывая Уолтера суровым взглядом сухих красных глаз, — Это ты называешь попыткой? Ворваться и наехать на меня из-за Майка? — А что ты хочешь, Джесси? — Уолт поворачивается к нему, в его взгляде сквозит усталость, страх и всё то, что осталось невысказанным, — Чтобы я встал на колени и признался, что не могу без тебя? Так вот – не могу, — эти слова вылетают помимо его воли, и он тут же замирает, испуганный собственной откровенностью, — Без твоей дурацкой улыбки, вечного нытья, фирменного "эй, мистер Уайт", от которого хочется то ли убить тебя, то ли — он замолкает, закусывая губу. Джесси смотрит на него широко раскрытыми глазами и молчит так долго, что Уолт уже успел встать и потянуться к дверной ручке, чтобы уйти, и, вероятно, провалиться сквозь землю. — То ли? — переспрашивает Джесси еле слышно, — То ли что? Пинкман вальяжно встаёт с дивана и неторопливо шагает к входной двери, зная, что Уолтер так просто не уйдет. — Неважно, — отрезает Уолт, уже сложив пальцы на ручке. — Важно, — Джесси хватает его за запястье, не давая открыть дверь, — Ты начал это, теперь договаривай. — Я не могу, — шепчет Уолт, и это, возможно, самое честное, что он сказал за весь вечер, а может, и за всё последнее время, — Я не могу, пока она моя жена. Пока я должен возвращаться домой и делать вид, что всё осталось как раньше. Это было бы нечестно по отношению к тебе и к ней. Джесси отпускает его руку и опирается на недавно покрашенную белоснежную стену. — Значит, мы, как идиоты, ждём, боясь сделать первый шаг, — говорит он, — Ты ссышь потому что женат, а я потому что боюсь, что ты меня пошлёшь. — Я бы не послал, — тихо, с ноткой сочувствия говорит Уолт. — Откуда тебе знать? — Оттуда, — Уолт на секунду касается его плеча, так легко, что это можно принять за случайность, — Я с тобой. Не со дома со Скайлер, а здесь. Джесси усмехается, но глаза у него становятся мягче. Он легонько хлопает Уолтера по плечу, кивая в сторону пустого квартала за окном. — Лучше иди домой, Уолт. Ты знаешь, где меня искать, если вдруг решишься сказать что-то по делу. — А Майк? — осторожно уточняет Уайт, вспомнив цель визита. — Майку я буду врать про наши планы, чтобы отпускал пораньше, а тебе буду врать про Майка. Сложно работать на двух фронтах, особенно когда одна из сторон вечно чем-то недовольна, — Джесси пожимает плечами. Уолт криво улыбается. — Вали уже, утро вечера мудренее, — Джесси включает телевизор обратно, упав в объятия мягкого дивана. Достает сигарету из пачки и, зажав ее губами, рыскает в поисках зажигалки. Уолт открывает дверь, давая уличному ветру охладить слегка вспотевшее лицо, но в последний момент останавливается на пороге. Он мнётся, не в силах вытолкнуть слова, но те все же тихо слетают с его уст. — Береги себя, — от неожиданности Пинкман вздрогнул, делая затяжку. — Ты тоже, — слова вылетают с сигаретным дымом. Джесси не оборачивается, но когда дверь закрывается, он касается того места на плече, где только что была чужая рука.