Его любимый свитер

Дверь закрылась со слишком громким, раздраженным щелчком. Минхо даже не нужно было выходить в коридор, чтобы понять: день у Джисона не задался. Свитер, который Минхо натянул на себя за полчаса до этого, уютно пах кондиционером для стирки и немного — жареным мясом с кунжутным маслом. Свитер давно потерял форму, рукава приходилось подворачивать, но именно в этом и был весь смысл. Джисон ввалился на кухню, швырнул рюкзак на стул и замер, уставившись на стол. Там уже дымилась тарелка его любимого тэджи пулькоги, а на ноутбуке стояла на паузе какая-то глупая комедия, которую они пересматривали раз в десятый. — Привет, — негромко сказал Минхо, помогая Джисону снять тяжелую куртку. — Иди мыть руки, всё уже готово. На кухне на столе стояла его любимая горячая еда, а на ноутбуке тихо шла заставка старого фильма, под который они всегда засыпали. Минхо не стал садиться напротив и заглядывать в глаза, чтобы не давить. Он просто сел рядом и подвинул тарелку ближе к Джисону. Джисон ел молча, и с каждым кусочком напряжение в его плечах понемногу спадало. Минхо терпеливо ждал, изредка поправляя ему волосы, которые лезли в глаза. Когда тарелка опустела, Джисон перебрался на диван и сразу повалился боком, пряча лицо где-то в районе живота Минхо. Только тогда, чувствуя себя в полной безопасности, он начал тихо рассказывать: —Они все меня конкретно достали. Джисон то, Джисон это. Я что, мальчик на побегушках? Закидали работой, что я не знах за что хвататься. Минхо ничего не советовал. Зачем? Джисон и сам знал, как делать свою работу, ему не нужны были лекции о тайм-менеджменте. Минхо просто медленно, ритмично перебирал пальцами его волосы, массируя затылок и давая выговориться — просто помогал оставить весь этот дурацкий день позади. Когда Джисон наконец затих, выплеснув всё, и только тяжело, расслабленно вздохнул, Минхо чуть приподнялся. Он взялся пальцами за широкий, растянутый подол своего свитера и уверенно потянул его вверх, освобождая под ним свободное место. — М? — тихо, с теплой улыбкой позвал он. Джисон приоткрыл один глаз, посмотрел на поднятую ткань, которая оголила домашние штаны Минхо, а потом перевел взгляд на его лицо. — Я уже не ребенок, хён, — негромко пробормотал он, хотя даже не шелохнулся, чтобы уйти. Они были знакомы столько, сколько Джисон себя помнил. В детстве он вообще не отлипал от Минхо, ходил за ним хвостиком и, когда становилось слишком шумно, страшно или просто хотелось спрятаться от всего мира, Джисон вот так же пытался забраться к нему под куртку или огромную домашнюю футболку, лишь бы оказаться в безопасности. Минхо тогда ворчал, но всегда хмуро прикрывал его собой. — Знаю, — Минхо фыркнул, даже не подумав опустить подол. Он продолжал держать ткань и смотреть на Джисона сверху вниз, выжидая. — Особое приглашение надо, Хан Джисон? Или письменное уведомление прислать? Джисон еще секунду похлопал глазами, изображая глубокую задумчивость и делая вид, что взвешивает все «за» и «против», но сопротивляться дальше было лень. Он по-пластунски переполз поближе, согнулся и послушно нырнул головой под растянутую ткань. Минхо помог ему, натягивая плотный застиранный хлопок поверх плеч Джисона. Свитер жалобно тянулся треща по швам, но держался. Горловина теперь растянулась до совершенно неприличных размеров, а сам свитер обтянул их так плотно, что Джисон оказался практически впечатан в его грудь. Из-под подола на диван сиротливо вывалились четыре ноги в домашних штанах. — Что за детский сад? — глухо пробормотал Джисон откуда-то из района шеи Минхо, шумно втягивая носом знакомый запах кондиционера для белья и домашнего тепла. — Если нас кто-то увидит, я скажу, что меня удерживают в заложниках. — Увидит кто? Коты? — Минхо обхватил его руками поверх свитера, окончательно фиксируя в этом положении, и поудобнее откинулся на подушки. Джисон затих, поудобнее устраивая подбородок у него на груди. Внутри этого импровизированного убежища было тепло, пахло кожей Минхо, и глаза закрывались сами собой. На экране ноутбука всё так же беззвучно сменялись кадры старого фильма. Минхо медленно поглаживал его по спине поверх плотного хлопка, чувствуя, как Джисон постепенно расслабляется и тяжелеет всем телом. — Хён, — тихо позвал Джисон через пару минут. Голос из-под ткани прозвучал совсем глухо и сонно. — М? — Как ты это делаешь? Минхо на секунду перестал перебирать его волосы и чуть опустил голову, пытаясь разглядеть его лицо в темноте. — Что «это»? — Ну, вот так легко меня успокаиваешь, — Джисон завозился, глубже вжимаясь носом в его ключицу. — Просто берешь и забираешь все дурные мысли из головы. Минхо тихо фыркнул, возвращая ладонь на его затылок, и снова прикрыл глаза. — Это всё чудо-свитер, — абсолютно серьезно соврал он. Джисон слабо хмыкнул, и Минхо почувствовал, как его губы коснулись кожи на шее. — Нет, — Джисон лениво потянулся лицом выше, оставляя короткий мазок губами где-то под челюстью Минхо. — Это просто ты. Ты — чудо. Минхо замер на долю секунды, а потом просто крепче обнял его, утыкаясь подбородком в макушку и пряча улыбку.