Køkkenvask

Геофронт пах сыростью, озоном и дешёвым моющим средством. Синдзи Икари стоял перед огромным панорамным окном, за которым в густой оранжевой жидкости покоился гигантский стальной биоробот. Ева-01. Какая-то зловещая, неподвижная кухонная раковина, в которую сливали человеческие страхи и миллиарды иен бюджета. — Синхронизация: ноль целых, ноль десятых, — монотонный голос Рицуко Акаги из динамиков разбил тишину командного центра. — График абсолютно плоский, Майя. Он не реагирует на нервные импульсы капсулы. Вообще. Гендо Икари, стоявший на капитанском мостике, даже не изменился в лице. Он просто развернулся и пошёл к выходу. — Он бесполезен, — бросил командующий, не глядя на сына. — Отоштите его обратно в Токио-2. Вызовите объект "Рей". Синдзи вздохнул. На плече у него висел потёртый чехол с бас-гитарой Yamaha. В кармане куртки лежали распечатки с упражнениями по экстремальному вокалу и расщеплению звука. Он ехал сюда не спасать мир. Он ехал попросить у отца денег на новый ламповый усилитель для своей будущей рок-группы. Не сложилось. На следующий день Токио-3 содрогнулся. Третий Ангел, Сакиил, прорвал внешние рубежи обороны быстрее, чем командование успело эвакуировать гражданских. Синдзи оказался заперт в одном из подземных доков снабжения. Земля уходила из-под ног, стены трещали. Сверху раздался оглушительный скрежет. Многотонная стальная балка перекрытия сорвалась с креплений и полетела прямо на подростка. В ту же секунду Ева-01, стоявшая на фиксаторах в дальнем конце дока, рванулась вперёд вопреки всем законам физики. Её огромная бронированная ладонь выставилась вперёд, закрывая Синдзи. Но парень не смотрел на робота. Его охватил чистый, первобытный ужас, пробудивший то, что спало в нём долгие годы. То, что внедрили в его тело безумные учёные-культисты из секты, похитившие его в семилетнем возрасте из приюта и три года сославшие на подземные опыты. Синдзи резко вскинул руки, инстинктивно растопырив пальцы, словно дёргал невидимые струны на басу. Вжих! Воздух прорезал едва слышный ультразвуковой свист. Из подушечек его пальцев вырвались абсолютно прозрачные, субмолекулярные мономолекулярные нити. Они были тоньше человеческого волоса, но прочнее любого титанового сплава. Многотонная стальная балка, не долетев до руки Евы, мгновенно разлетелась на аккуратные, идеально ровные кубики. Они с грохотом посыпались на бетон. Огромная ладонь Евы-01 замерла в пустоте. На её ладони проступили глубокие, сочащиеся кровью порезы — нити Синдзи случайно зацепили и её броню, пройдя сквозь неё как сквозь масло. Синдзи тяжело дышал, глядя на свои ладони. Нити с тихим щелчком втянулись обратно под кожу. — Чуть пальцы не порезал... — прохрипел он, сорвав голос. — Как я играть-то потом буду? Спустя две недели технический отдел NERV стоял на ушах. Рицуко Акаги лично курировала проект "Køkkenvask" — так в шутку назвали новую боевую единицу из-за того, что Синдзи категорически отказался лезть внутрь Евы, заявив, что «в этой консервной банке нет акустики». Вместо биоробота для него создали тактический экзоскелет. Внешне он напоминал высокотехнологичный доспех: матово-чёрная броня из композитных материалов, интегрированные в подошвы и спину миниатюрные реактивные дюзы для трёхмерного маневрирования и полёта. Главной деталью костюма было круглое светящееся окошко на груди. Внутри него, пульсируя багровым светом, вращался стабилизированный осколок ядра Третьего Ангела, который Синдзи собственноручно нашинковал нитями во время его прорыва в Геофронт. Этот осколок давал костюму практически бесконечную энергию и позволял генерировать локальное АТ-поле. Синдзи стоял в ангаре, застёгивая щитки на предплечьях. На его пальцах были надеты специальные армированные перчатки без напёрстков, облегчающие выпуск нитей. — Икари-младший, — Мисато Кацураги подошла к нему, держа в руках планшет. — Прогноз синоптиков паршивый. Четвёртый Ангел уже на подходе. Готов показать им настоящий рок? Синдзи поправил воротник тяжёлой брони, активировал шлем, скрывший его лицо за узким визором, и проверил натяжение невидимых струн в своих руках. Энергия ядра Ангела приятно согревала грудь. — Врубай микрофон, Мисато, — раздался из-под маски его изменившийся, низкий, утробный голос, натренированный часами вокального расщепления. — Сейчас я устрою им такой концерт, что чертям в аду станет жарко. Спинные двигатели доспеха взревели, выплёвывая снопы синего пламени, и чёрный "Железный Человек"NERV вертикально взлетел в открытую шахту Токио-3, навстречу новому врагу. Четвёртый Ангел, Самусиил, медленно выползал из океана, перебирая гигантскими светящимися бивнями. Над его головой тускло мерцал нимб, а из лап вырывались хлысты чистой плазмы, плавившие асфальт Токио-3. В этот момент небо над городом раскололось от оглушительного звука. Через внешние динамики штурмового костюма Синдзи, выведенные на полную мощность, ударил плотный, перегруженный бас-гитарный рифф. Синдзи летел к цели на максимальной скорости реактивных дюзов, а музыка транслировалась напрямую из его плеера в тактическую сеть NERV. — Мисато, добавь средних частот в мой шлем! — крикнул Синдзи и резко пошёл на пике. Фаза 1: Воздушный танец Ангел среагировал мгновенно. Длинный фиолетовый хлыст взметнулся вверх, нанизывая воздух, словно молния. Синдзи активировал ручные микродвигатели экзоскелета. Он сделал резкий боковой бочонок, пролетев в паре сантиметров от раскалённой плазмы. Экран внутри шлема вспыхнул красным — датчики зафиксировали критическую температуру, но композитная броня выдержала. — Теперь моя очередь, — прохрипел Синдзи. Он набрал в лёгкие побольше воздуха и выдавил мощный, утробный вокальный гуттурал прямо в микрофон. Звуковая волна, усиленная АТ-полем от осколка ядра на его груди, ударила по Ангелу материальным таранным щитом. Самусиил пошатнулся, его собственное АТ-поле на секунду пошло тяжёлой рябью. Фаза 2: Струны смерти Парень растопырил пальцы обеих рук. Из подушечек перчаток с сухим щелчком выстрелили десятки невидимых мономолекулярных нитей. Синдзи заложил крутой вираж вокруг Ангела, используя реактивную тягу костюма на полную мощность. Он летал вокруг чудовища, словно безумный ткач, переплетая нити между высотными зданиями и телом Самусиила. — Поиграем на пониженном строе! — крикнул Синдзи и резко взмыл вертикально вверх, зажимая нити в кулаках. Нити натянулись с ультразвуковым звоном. Они мгновенно прошли сквозь защитное АТ-поле Ангела, которое просто не было рассчитано на физический объект субмолекулярной толщины. Хруст. Две верхние лапы-хлыста Ангела ровно отвалились и с грохотом рухнули на землю, заливая улицу светящейся кровью. Самусиил издал трубный, полный боли и ярости. Фаза 3: Финал на кухонной раковине Ангел попытался протаранить Синдзи своим массивным телом, но парень уже контролировал поле боя. Он использовал натянутые нити как опору: резко дёрнул правой рукой, уходя от удара, и приземлился прямо на плоскую голову монстра. Осколок ядра на груди экзоскелета бешено запульсировал, подпитывая костюм энергией. Синдзи соединил пальцы обеих рук вместе, формируя из всех нитей один толстый, смертоносный канат. — Кода! — выкрикнул он, срывая голос в чистый скриминг. Синдзи вонзил руки, окутанные невидимым плетением, прямо в центральное красное ядро Самусиила и резко развёл ладони в стороны. Нити сработали как идеальный блендер. Ядро Ангела разлетелось на тысячи мелких рубиновых осколков. Монстр обмяк и начал стремительно превращаться в бесформенную тёмную жижу. В командном центре NERV стояла гробовая тишина. На главном экране горела надпись: "ЦЕЛЬ УНИЧТОЖЕНА. ВРЕМЯ БОЯ: 2 МИНУТЫ 14 СЕКУНД". Гендо Икари молча смотрел на экран, где чёрный бронированный силуэт его сына поднимался на ноги среди обломков. Командующий медленно поправил свои белые перчатки. Его идеальный сценарий с Евангелионами только что был разрезан на куски гитарными струнами. — Соберите осколки ядра Четвёртого, — сухо приказал Гендо Рицуко. — Ему... понадобятся запчасти для его костюма. Школьный актовый зал Токио-3 пах пылью, нагретыми трансформаторами и дешёвым лаком для волос. Мисато Кацураги помогла Синдзи притащить из дома тяжёлые басовые комбоусилители, которые теперь гудели на сцене, как готовые к бою Евангелионы. Сбор группы занял всего неделю. Синдзи подошёл к делу с чисто инженерной точностью: Тодзи Судзухара сел за барабаны. Его агрессивный, ломовой стиль идеально подходил для тяжёлого рока. Он колотил по тарелкам так, словно выбивал дурь из Ангелов. Кенске Аида занял место гитариста и по совместительству звукорежиссёра. Он притащил старый четырёхканальный микшерный пульт и обвешал всю сцену микрофонами, чтобы записать концерт вживую прямо с пульта. Аска Лэнгли Сорью, недавно прибывшая из Германии, влетела в состав как ураган. Узнав, что Синдзи — звезда NERV без всякой Евы, она заявила, что "не позволит какому-то ничтожеству заправлять на сцене". Аска идеально владела электрогитарой и взяла на себя роль бэк-вокалистки, добавляя в треки яростный, пронзительный скрим. Рей Аянами неожиданно для всех стала клавишницей. Её холодные, монотонные психоделические партии на синтезаторе придавали музыке жуткую, потустороннюю атмосферу, напоминающую о пустоте космоса. Группу назвали без лишних изысков — "NERV" В день большого школьного концерта зал был забит до отказа. Половину мест занимал персонал технического отдела NERV во главе с Рицуко Акаги, которая пришла "оценить акустические колебания объекта". На задних рядах в тени сидел Гендо Икари. Его скрывали тёмные очки, но он не пропустил ни одной минуты. Синдзи вышел на сцену в своей повседневной форме, но на его пальцах были те самые армированные перчатки. Из-под рукавов рубашки едва заметно поблёскивали субмолекулярные нити. В руках у него был кастомный пятиструнный бас, подключённый напрямую к энергоблоку его боевого экзоскелета. — Мы записали этот альбом за три дня в подвале штаб-квартиры, — хриплым, натренированным вокалом произнёс Синдзи в микрофон. — Он называется "Køkkenvask". Этот трек — для тех, кто устал быть марионеткой. Тодзи выдал зубодробительное вступление на бочке. Аска ударила по струнам своей ярко-красной гитары, пустив по залу волну плотного дисторшна. И тут зазвучал бас Синдзи. Парень не просто перебирал струны — он использовал свои скрытые нити, чтобы извлекать из инструмента невероятные, нечеловеческие суббасовые частоты. Пол под ногами зрителей задрожал. Осколок ядра Ангела в кармане его куртки начал резонировать, заставив воздух вокруг сцены слегка светиться багровым цветом. На припеве Синдзи выдал такой мощный, утробный гроулинг, смешанный с чистым вокалом Аски, что у половины школьников на первых рядах перехватило дыхание. Это была не просто музыка — это была чистая энергия АТ-поля, трансформированная в звук. Кенске выложил запись в сеть Токио-3 тем же вечером. Альбом мгновенно стал платиновым в пределах геофронта: 1. "Sub-Molecular"— скоростной боевик с безумными соло Аски и режущим басовым риффом Синдзи. 2. "0.0% Synchronization" — мрачная, депрессивная баллада с гипнотическими клавишами Рей Аянами, посвящённая дню, когда Синдзи отказался пилотировать Еву. 3. "Angel Meat" (Мясо Ангела) — тяжелейший трек, где Синдзи использовал экстремальный вокал, описывая, как его нити шинкуют Четвёртого Ангела. 4. "Gendo’s Glasses" (Очки Гендо) — скрытый инструментальный трек, состоящий из агрессивного слэпа на басу и яростных барабанных сбивок Тодзи. На следующее утро после концерта Мисато зашла на кухню, держа в руках свежий CD-диск с логотипом группы. Синдзи молча пил чай. — Синдзи, тут из музыкального департамента Токио-2 звонили, — Мисато улыбнулась, садясь напротив. — Говорят, ваш альбом крутят на всех военных радиочастотах. Солдаты на передовой требуют вас на гастроли. Парень лишь слегка улыбнулся и посмотрел на свои пальцы, под кожей которых дремали смертоносные струны. — Сначала нужно разобраться с Пятым Ангелом, Мисато. Кенске сказал, что для второго альбома нам нужен новый звук. Придётся добыть ещё пару осколков ядра.