Hurt

Chapter 0. Prologue Том Ям лежала на постели рядом со Стейк. Они обе жили в одной квартире. Обе работали “девушками по вызову”. Вообще, они были весьма похожи. Том Ям любила свою мясную подругу. Подругу… ах, если бы они… Остренькая повернулась. Ей не захотелось вдруг на нее смотреть. Стейк… том ям очень хотелось бы быть с ней не просто сожителями. Но это было невозможно. Начиная от того, что они работали в той профессии, где любовь невозможна, и заканчивая тем, что они оба еда… женственная еда. **Стейк уже спит… Надо бы и мне засыпать. Завтра же снова на работу. И послезавтра. И…** Но девушка уже заснула. Она спала, зажав себя руками. Ее рыжие волосы были взъерошены и неухожены; их не мыли давно. Ее тело тоже было засаленным, липким и блестящим. Тем не менее, у клиентов она пользовалась определенной популярностью. Среди… контингента. Стейк тоже порастеряла свою былую красоту, стала грустной и полуспящей. Она лысела, на ее коже появились растяжки. От постоянных хождений до дома (на автобус денег не хватало) у нее развился варикоз. У нее вообще больше не было мыслей, что делать. Она лишь хранила черную соль в своем ящике. На всякий случай. Они спали на постели вдвоем. Пряная на краю, чуть ли не падая. Мясная на центре постели, раскрепощенная и сухая Chapter 1. Spicy Когда Том Ям проснулась, Стейк уже куда-то ушла. Перченая хотела встать, но в глазах сразу же потемнело. Она упала на кровать, и волосы слетели с ее лица. Ее лёгкий лиф чуть сполз. Она стала подниматься медленно, будто нехотя. Она потянулась как кошка. Затем она встала на ноги, немного размялась и пошла на кухню. Там стояла яичница в тарелке с котиком, а рядом лежала записка: “Ушла пораньше. Яичницу сделала на всех: покушай” **Ах, как это мило… она заботится обо мне. Сделала мне завтрак. Нет, конечно, не обо мне. Просто остаток…** Девушка взяла железную вилку, и стала вяло перекладывать еду в рот. Она словно сама выпрыгивать. Забавно… и она сама бы так сделала. Так что нет смысла злится на еду с характером Пряная встала из-за стола, оставив яичницу недоеденной. Она так и оставила эту картину: тарелка, на которой из-под блюда выглядывает одинокий кошачий глаз, яичницу с нежопеченными желтками, и вилка, торчащую, словно Экскалибур. Оставив эту картину, Том Ям стала быстро одеваться, даже не особо следя, во что В результате ее вид получился немного глуповатым и инфантильным. Это был красный сарафан, прежде всего он; и черные брюки. На голове она завязала огромный зеленый бант. Помада съехала, тушь со вчерашнего дня не обновлялась; волосы бант не помог заправить, и они все еще топорщатся **За такую цену пойдет и это** — подумала Тома, глядя в зеркало. Ее ничуть не смущало ее одеяние. Главное, что в декольте была видна грудь, выпадавшая из лифа, и это был знак, что ее можно было снять. Красный свет кричал о том же. Так, она вышла из дома, закрыла его, и зашагала прочь, никуда не оглядываясь. Ее бойкая натура просвечивалась в каждом тяжелом, марширующем шаге; ее упрямость видна была во взгляде. Несмотря никуда, ее ноги сами пришли к мосту А вот тут девушка осмотрелась. Ее поразило это место. Старый мост. Здесь когда-то кипела жизнь, даже торговали Том-ямом старые вьетнамцы, но новый мост отнял эту святую работу. Теперь сюда захаживали лишь маргиналы, проститутки, и художники. Нет, не подумайте, что последние равняются с первыми, просто художники любили смотреть чудесный вид, вглядываться в старый металл моста Пряная относилась и к первым, и к последним. Цель визита сюда была практической изначально, но вдруг она осознала, как это все прекрасно. Словно ~~Стейк~~ места из ее детства ** Было ли у меня вообще детство? Я ведь и не рождалась в привычном понимании. И всё-таки, что-то же я помню из этого неясного периода…** На улице был май, притом весьма жаркий. Солнце уже напекало голову, если ходить без головного убора. Тома не могла закрыться, так что просто устроилась под деревом, облокотившись на него. Ее и без того сальное тело вновь вспотело, оно блестело на солнце. Волосы тоже были мокрые, как у утопленницы; и даже глаза ее были на мокром месте ** Наверное, сегодня без клиентов…** Да, так она и стояла наверное пару часов. Пока это происходило, она наблюдала за всякими бабочками, невинно витавшими вокруг; ужиками, вьющимися у ног… и так засмотрелась, что когда к ней подошел здоровенный мужчина, с бородой и в засаленной кожанке, она даже его не заметила Мужчина грозно посмотрел, и сказал: — Сколько в час? Том Ям озвучила цену. Человек согласился — и дальше я не буду вдаваться в подробности. Скажу лишь, что вернулась Том Ям уже поздно, с чаевыми, еще более потная, голодная, и слегка злая. Она уже не могла сосредоточиться на наблюдении за какой-нибудь букашкой; в глазах плыло. А итоге, она решила: не ждать. Она потопала домой, высоко поднимая ноги Трава вокруг тем не менее ее успокоила, и гна задумалась **Интересно… О чем сейчас думает стейк? Хотелось бы знать… Ох, она такая мясная, красивая, горячая… Я ей даже завидую. У нее грудь больше моей на два размера. А интересно, какая же она на ощупь… ммм. Да, о какой любви идет речь? Я отдалась за гроши. Сущие гроши, всего лишь 3 буханки хлеба. С чаевыми. Это отвратительно мало, учитывая, чем я вообще могу заразиться… Нет, мне никогда не… А! Ненавижу эту чертову жизнь! С другой стороны, я хотя бы могу виться у нее… больше ничего и не надо.** Мысли ее оборвались, потому что она врезалась в столб, и упала. ** Ой… Надо смотреть под ноги** Встав, она потерла свой лоб, и пошла дальше. Теперь она уже даже не думала, а просто смотрела себе под ноги, иногда намеренно наступая на букашек, которые ползли под ее ногами Вокруг тянулись улицы: вот деревья, с зелеными листьями; вот цветущая белой простыней на себе вишня; а тут озеленение пожалели провести, и только изредка пробиваются желтые цветы одуванчиков. И в конце-концов, перед ней выросла простенькая четырехэтажка, и девушка зашла в нее. Там она поднялась на нужный этаж. А там уже была ее Мясная подруга, которая лежала на кровати, не сняв ботинок Заметив Том Ян, она поздоровалась, но больше не сделала ни движения, так и оставшись лежать камнем. — Я пойду сделаю ужин Стейк едва кивнула, а Том Ям ушла готовить. Давайте же, пока она что-то там стряпает, узнаем, чем занималась Мясная. Chapter 2. Meat А Стейк не могла уснуть. Она проснулась еще рано, в два ночи, и не могла сомкнуть глаза. Ей было как-то неприятно, страшно. Упорно пыталась она заснуть, но в итоге просто встала и пошла делать себе завтрак. Она не помнила этого дела. Это все происходило на уровне автоматизма, так что эти действия: разбить яйца, зажечь плиту и так далее — для нее были лишь еще временем на размышления **Почему же сегодня такое холодное утро… вроде бы обещали жару днем. А я все мерзну…** **Хотя ладно, я привыкла к жаре, вот и все тут. Никакой магии. Да-да, просто холод…** ** Может разбудить Том Ям? С ней можно хотя бы поговорить…** Мысли девушки всегда шли разрозненными потоками. Путались, сбивались как пьяные. Но общая тенденция была всегда. Речь жаренной тоже всегда была какой-то перепутаной, непонятной, но в ней был виден общий смысл всей речи, который, правда, не все улавливали. В этой странной, запутанной палянье Стейк путалась и сама. Она иногда могла вдруг как бы очнуться в пустой комнате, смотря в стену, и понять, что ничего не понимает, ничего не помнит. Так происходило с ней часто. Она вообще жила каким-то томным потоком, который выглядел, как коричневый пластилин, и в нем иногда выбивались цветные полосы Так, стейк шла по улице уже, сворачивала за угол, ничего не видя. Она не всматривалась в строения, не видела лица человека. Не видела лица заказчика. Она не жила день, а отрабатывала, как и всегда. В это потоке были подпотоки, как в речке можно увидеть волны: **Какое сегодня число?** ** Сегодня или завтра платить коммуналку…** ** Когда уже я накоплю на хороший гроб** ** где лежат ножи? В зоне видимости соседки?** ** где бы купить снотворное…** Так она и ходила, пока вдруг не очутилась на мосту. Чудесном каменном мосту, на лругом конце города от ее дома. Был только обед, но она уже отработала свое. Она вдруг поняла, что это за мост. Тот самый мост. где ее родители некогда погибли. Тот самый мост, мост вызвавший у нее животный ужас перед ним. И странно, но она ничего не чувствовала. Просто как будто это был обычный мост, и яблоки вдалеке не были посажены в тот самый день, 20 лет назад. Стейк не могла поверить. Тут она всегда плакала. Но сегодня повернула домой, и была там уже скоро И так же скоро она упала на постель и заснула. Вернее, она впала в какую-то такую особую дремоту, от которой ничего не могла сделать, она вроде даже и не спала… а просто лежала, смотрела в потолок неспособная шевельнуться, позвать на помощь… Chapter 3. They Было утро. Раннее, раннее утро. Когда том ям проснулась, она поняла, что обнимает стейк, прижимает ее к себе всем телом, а та не двигается **не похоже на нее… неужели с ней что-то случилось?** Но нет, стейк мирно спала. Именно спала, дыхание ровное. ** Может… еще минутку ** Но Том Ям отстранилась. Она стала лежать, и смотреть в потолок А Стейк так и не проснулась в тот день.