Slow me down,baby

Монитор подсвечивал темную комнату,на экране красовалась программа для записи, а Чимин клацал по мышке настойчиво и зло. Когда ты вошла,он даже не обернулся, ты поставила на стол чашку горячего чая с ромашкой,и он наконец-то обратил на тебя внимание. Напряжение между вами давно ощущалось ,но дружбу никто из вас портить не хотел. Если вдруг между вами только страсть и отсутствие секса с кем либо,то это просто разрушит все ваши моменты доверия и спокойствия. Но сейчас нечто опасно тихое затягивала пеленой твои глаза. Воздух казался густым, будто возбуждение исходило из разгаряченной, летом и жарой, кожи. Никаких лишних звуков. Только звук колес стула, звук твоего дыхания, как у загнанного животного. Только едва различимое жужжание техники. Ты стоишь неподвижно, словно пойманная в кадре старой пленки, а он напротив. Чимин выглядит почти безмятежным,как будто тут ничего не происходит: мягкие линии лица, спокойствие в глазах, пальцы, лениво скользящие по краю стола. Но в этом спокойствии скрывается что-то опасное, как затишье перед грозой, когда воздух уже пахнет озоном, хотя молния еще не ударила. Он приближается медленно, будто давая тебе шанс отступить, сбежать. И именно это делает момент таким невыносимым. Его пальцы касаются твоего лица осторожно, почти бережно, большим пальцем он проводит по щеке так, словно изучает что-то хрупкое, что он боится сломать. Его запах отдается чем-то терпким: дымом, дорогим парфюмом и бессонной ночью. Ты ловишь этот запах глубже, чем следовало бы. В его взгляде появляется знакомая кротость, он смотрит на тебя так же как смотрит со сцены. Но сейчас это твой взгляд,он полностью для тебя. Та самая ухмылка, от которой хочется поверить каждому движению. Каждому тихому выдоху и каждому шагу к тебе. Каждому слову, которое он не произносит. Серебряная подвеска на его шее слегка покачивается, отражая холодный свет экрана, и это делает картину почти выдуманной, если бы не напряжение, скопившееся между вами, словно натянутая проволока так бы и показалось. Он тянется одной рукой к твоей,которая замерла в районе живота ,от неожиданных действий. Сцепляя пальцы он тянет твою кисть наверх, прижимая к стене. Вторая так и остается висеть вдоль тела. Он наклоняется ниже и громко выдыхает, сдерживается. Его выдох кажется почти смешным. Потому что ты не дышишь ,ты просто задыхаешься от тепла его тела, его медлительности и решимости. Но этот момент патокой нежности ощущается слишком выверенным, слишком точным, будто тщательно отрепетированный эпизод. Ты замечаешь, как его глаза темнеют, когда он смотрит не на жест, а на твою реакцию. Ему определенно нравится. И тогда что-то меняется. Не резко. Не драматично. Просто маска начинает осыпаться по краям. А потом медленно сползает, как знаменитые часы на не менее знаменитой картине. Его пальцы сжимаются чуть сильнее. Взгляд становится тяжелее, глубже, словно он больше не пытается скрывать ту тьму, что мерцает под спокойной поверхностью. Чимин прикусывает губу, будто сдерживает что-то опасное. Пробует. Дегустирует. Этот жест превращается в предупреждение. В обещание. В трещину, через которую наружу просачивается его настоящая сущность. А так же то что собиралось, склеивалось и разрасталось на протяжении всего вашего знакомства. То что так отчаянно просилось наружу последние несколько месяцев. Когда его губы касаются твоих, в этом нет нежности в привычном смысле. Несмотря на свой лик, он не такой ангел как многие считают. Это не просьба и не вопрос. Это медленное, уверенное вторжение в твою душу. Он целует так, будто знает: сопротивление уже бесполезно. Ты сдалась и твое поражение было предрешено еще в тот момент, когда ты позволила ему подойти слишком близко. Когда зашла к нему когда на этаже никого не осталось. Его рука ложится тебе на шею, не грубо, но властно, удерживая внимание, дыхание, мысли. Рука кажется уже онемела и он опускает ее вниз, уводя за твою спину, постукивая по спине приказывает подать туда другую. И на секунду оторвавшись связывает их поясом со штанов. Подвеска холодно касается кожи, когда он безжалостно расправляется с руками и этот контраст обжигает сильнее любого прикосновения. В его движениях нет хаоса. Только пугающе - выверенная уверенность человека, который прекрасно понимает силу собственных действий. Ты чувствуешь, как постепенно растворяешься в этом темном желании , как сдаешь позиции одну за другой, уже не различая, где заканчивается страх и начинается приказ остаться в этом моменте еще хотя бы на секунду дольше. И где-то в глубине комнаты, среди тени потухшего монитора и тяжелого дыхания, остается лишь расколотое эхо той самой дружбы, в которой вы оба не нуждались. Будто доказательство того, что даже самые сложные вещи, такие как выбор, иногда становятся началом красивой катастрофы. А еще что за жестким выбором обязательно идет что-то мягкое, такое же мягкое как его диван в студии иди твоя голая кожа плд его пальцами.