Герой на полставки

Лагерь хиличурлов мы вынесли минут за десять. И, должен признать, мое первоначальное мнение об Эмбер оказалось в корне неверным. Забудьте про бесполезного стартового персонажа из игры. В реальности эта девчонка с кроличьими ушами оказалась гребаной машиной для убийства. Пока я размахивал своим ржавым дрыном, пытаясь не получить дубиной по идеальному лицу, она порхала по полю боя, как валькирия на спидах. Её стрелы ложились точно в цель — в щели масок, в суставы, в открытые глотки орущих монстров. Она двигалась четко, по-военному выверенно, без лишних движений и пафосных поз. Когда один из здоровенных митачурлов с деревянным щитом попытался её протаранить, она просто кувыркнулась ему за спину и всадила стрелу, заряженную Пиро энергией, прямо в затылок. Взрыв разнес башку монстра на куски, окатив траву дымящимся месивом. А потом она повернулась ко мне, вытирая кровь со щеки, и выдала свою фирменную лучезарную улыбку: «Отличная работа, Странник! Мы спасли этот участок дороги!» Я тогда только кивнул, опираясь на меч. В тот момент я окончательно понял: этот мир не просто цветастая декорация. Здесь реально убивают. И эти улыбчивые анимешные девочки — профессиональные солдаты с ПТСР, спрятанным за гиперактивностью. Остаток пути до Мондштадта мы прошли в относительной тишине. Эмбер что-то щебетала про Ужас Бури — огромного дракона, который терроризировал округу, — но я пропускал её слова мимо ушей. Мой мозг бился над одной-единственной мыслью. Я хотел напиться. Я, человек, который в прошлой жизни выпивал бокал шампанского на Новый год и банку пива по пятницам, сейчас испытывал жгучую, почти физическую потребность залить в себя что-нибудь градусов под сорок, или шестьдесят. Что там пьют в этом фэнтезийном средневековье? Гномий эль? Орочий самогон? Мне было плевать, лишь бы оно отключало сознание. Мы подошли к огромным каменным воротам. Стражники в серебристых доспехах — Лоуренс и Свон, кажется, так их звали в игре — вытянулись по струнке, салютуя Эмбер. — Вольно, мальчики! — махнула она рукой. — Это Странник, он помог мне зачистить лагерь у Сидрового озера. Он гость! Стражники смерили меня подозрительными взглядами. Еще бы. Выглядел я как помесь элитного эскортника и бродяги: дорогущий камзол был заляпан слизью, грязью и кровью хиличурлов, а в руке я сжимал кусок ржавого железа. Но Глаз Бога на бедре и поручительство скаута сделали свое дело — нас пропустили. Мондштадт изнутри впечатлял. Мощеные улочки, фахверковые дома с черепичными крышами, клумбы с цветами на каждом шагу. В воздухе пахло свежей выпечкой, жареным мясом и свободой? Наверное. Люди сновали туда-сюда, торговцы зазывали покупателей, где-то вдалеке играла лютня. Город жил своей жизнью. — Так, Странник! — Эмбер резко остановилась посреди площади с фонтаном. — Мне нужно доложить магистру Джинн о ситуации в лесу и о твоем прибытии. Ты пока можешь осмотреться! Вон там торговая площадь, а там — кузница Вагнера, может, он сделает что-то с твоим... мечом. Она тактично не стала называть мое оружие куском дерьма. — Спасибо, Эмбер, — я выдавил усталую улыбку. — Я, пожалуй, осмотрюсь. — Отлично! Встретимся позже у штаба Ордо Фавониус! — она помахала мне рукой и убежала вверх по лестнице, сверкая своими невероятными шортами. Я остался один посреди шумной площади. Система тут же радостно пискнула: [Новое задание: Аудиенция у Магистра! Направляйтесь в штаб Ордо Фавониус, чтобы...] — Заткнись, — прошипел я, мысленно смахивая окно квеста. Я огляделся, принюхиваясь. Запах выпечки меня не интересовал. Мне нужен был другой аромат. И вскоре я его уловил — терпкий, сладковатый запах перебродившего винограда и крепкого алкоголя. Я двинулся на запах, как зомби на мозги. Ноги сами привели меня к двухэтажному зданию с деревянной вывеской, на которой красовалась кружка и надпись «Доля Ангелов». Таверна Дилюка. Того самого угрюмого красноволосого бэтмена местного разлива. Я толкнул тяжелую дубовую дверь. Внутри царил приятный полумрак, пахло деревом, пролитым вином и жареным мясом. За столиками сидели какие-то наемники, искатели приключений и просто местные выпивохи. За барной стойкой стоял не Дилюк, а бармен Чарльз — непись, протирающий стаканы. Я подошел к стойке, тяжело плюхнулся на высокий табурет и бросил на деревянную поверхность горсть моры, которую выбил со слаймов и хиличурлов. Золотые монеты звякнули. — Самое крепкое, что у вас есть, — хрипло сказал я, глядя бармену прямо в глаза. — И не в стакане. Давай сразу бутылку. Чарльз, с невозмутимым лицом профессионала, повидавшего на своем веку сотни таких же сломленных жизнью бедолаг, смерил меня оценивающим взглядом. Он посмотрел на мой заляпанный кровью и слизью элитный камзол, на ржавый меч, торчащий из ножен, на Глаз Бога, а затем на горсть моры. — Самое крепкое, говорите? — его голос был ровным, без тени осуждения. — Что ж, «Полуденная смерть» подойдёт как нельзя лучше. Но предупреждаю, господин, с непривычки она может свалить с ног даже бывалого искателя приключений. — Тащи, — коротко бросил я, подпирая щеку рукой. Чарльз смахнул монеты в кассу и выставил передо мной пузатую бутылку из темного стекла, покрытую легкой испариной, и небольшой стакан. Я проигнорировал посуду. Сорвал пробку зубами, выплюнул её на пол и приложился прямо к горлышку. Огненная жидкость обожгла горло, словно я глотнул жидкой магмы, смешанной с ракетным топливом и экстрактом одуванчиков. На глаза навернулись слезы, дыхание перехватило. Я закашлялся, ударив кулаком по стойке, но тут же сделал еще один глоток. По мозгам ударило почти мгновенно. Тепло разлилось по венам, вытесняя липкий страх, адреналин и абсурдность происходящего. Жесткие мышцы расслабились. Я шумно выдохнул, утирая губы тыльной стороной ладони. — Хорошо пошла, — прохрипел я, глядя на этикетку. — Еще бы пачку сигарет, и можно жить. — Не знал, что в Мондштадт завезли новую моду на дегустацию вин, — раздался вдруг бархатистый, тягучий голос с легкой насмешкой. Я медленно повернул голову. На соседний табурет, грациозно, как гребаный кот, опустился высокий мужчина. Смуглая кожа, темно-синие волосы, собранные в хвост, и черная повязка на правом глазу. Одет он был так же нелепо-роскошно, как и я: белая рубашка с глубоким вырезом, меховой воротник, обтягивающие штаны. Кэйа Альберих. Капитан кавалерии Ордо Фавониус. По совместительству — главный шпион, интриган и любитель допрашивать подозреваемых за стаканчиком горячительного. — А я не знал, что в местном цирке выходной, — парировал я, делая еще один глоток из бутылки. Алкоголь придал мне смелости, граничащей с безрассудством. Какая разница? Если он захочет меня убить, пусть попробует. Я уже наполовину в отключке. Кэйа тихо рассмеялся. Его единственный видимый глаз — льдисто-голубой, с характерным ромбовидным зрачком — впился в меня, препарируя, как лягушку на уроке биологии. — Остроумно. Люблю людей с подвешенным языком, — он щелкнул пальцами, подзывая бармена. — Чарльз, налей-ка мне «Смерть после полудня». А моему новому, э-э... эксцентричному другу — еще одну бутылку того же, за мой счет. — Не стоит, — буркнул я. — Я не пью с теми, кто носит повязки на глазу ради стиля. — Ауч, прямо в сердце, — Кэйа театрально прижал руку к груди, но его взгляд оставался холодным и цепким. — Меня зовут Кэйа. Капитан Ордо Фавониус. А ты, судя по докладам наших доблестных скаутов, тот самый «Странник», который свалился с неба и помог малышке Эмбер? — Слухи здесь разносятся быстрее, чем триппер в портовом борделе, — хмыкнул я, не отрывая взгляда от бутылки. Кэйа снова усмехнулся, принимая бокал от Чарльза. — Очаровательное сравнение. Ты не похож на обычного путешественника. Твоя одежда стоит целое состояние, хотя и выглядит так, будто ты валялся в ней в канаве. Твой меч годится разве что навоз ковырять. Но при этом у тебя Анемо Глаз Бога, а Эмбер утверждает, что ты двигаешься как элитный боец. Он наклонился ближе, от него повеяло холодом Крио элемента. — Так кто ты такой, Странник? И что забыл в Городе Свободы в такое неспокойное время? Я посмотрел на него. — Вроде тут все спокойно, люди приходят и уходят. Я вообще считаю, что для города, который якобы терроризирует гигантская летающая ящерица, у вас тут слишком много бездельников, пьющих вино в обед, — я выразительно посмотрел на его бокал, а затем сделал еще один глоток прямо из горла своей бутылки. Алкоголь окончательно развязал мне язык, смазав шестеренки самосохранения. В прошлой жизни я бы, наверное, спасовал перед таким напором. Но сейчас? Этот парень с повязкой думал, что он мастер допроса и манипуляций. Смешно. Ему до уровня холодного, расчетливого контроля какого-нибудь Густаво Фринга из «Во все тяжкие» или пугающей харизмы Ганса Ланды — как пешком до луны. Кэйа был просто местным пижоном с завышенным ЧСВ, играющим в шпиона в песочнице. — А насчет того, кто я... — я поставил полупустую бутылку на стойку и стер каплю вина с подбородка. — Я просто турист, Кэйа. Приехал посмотреть на ваши хваленые ветряные мельницы, попробовать местное пойло и, возможно, найти психотерапевта, потому что этот мир медленно, но верно сводит меня с ума. Кэйа не изменился в лице, но в его единственном глазу промелькнула искра неподдельного интереса, смешанного с легким раздражением. Он привык, что люди перед ним либо тушуются, либо начинают оправдываться. Мой откровенный похуизм ломал его сценарий. — Турист, значит, — протянул он, постукивая пальцами по стеклу бокала. — С Глазом Бога, боевыми навыками ветерана и манерами портового грузчика. И откуда же прибыл наш многоуважаемый турист? Из Снежной? Фонтейна? — Из пизды на лыжах, — миролюбиво, с легкой пьяной улыбкой ответил я. — Городок такой, знаешь? Очень далеко отсюда. Там снег, по улицам на задних ногах ходят медведи, ипотека под конский процент и люди, которые носят меховые воротники летом. Чарльз, протиравший стаканы поодаль, тихо хмыкнул, но тут же сделал вид, что у него приступ кашля. Кэйа же слегка прищурился. — Боюсь, мои познания в географии не столь обширны. Но звучит сурово. — Поверь, капитан, вы тут со своими хиличурлами и драконами живете в гребаном Диснейленде, — я наклонился к нему, опираясь локтями о липкую стойку. — Так что давай сэкономим друг другу время. Я не шпион Фатуи, не тайный агент Ордена Безны и не реинкарнация какого-нибудь древнего зла. Я просто хочу напиться. И посмотреть нормальную одежду. Я откинулся назад и снова взялся за бутылку. — А если Ордо Фавониус так сильно напрягает мое присутствие, можете приставить ко мне няньку. Желательно ту с кроличьими ушами, она хотя бы забавная. Кэйа молчал несколько секунд, изучая меня так, словно пытался решить: бросить меня в темницу прямо сейчас или подождать, пока я выдам еще какую-нибудь дичь. Наконец, он усмехнулся — на этот раз чуть более искренне, без привычной театральности. — Что ж, «турист». Твоя прямолинейность освежает. Пожалуй, я пока не буду тащить тебя в подземелья штаба. Но не думай, что мы спустим с тебя глаз. Он допил свое вино одним элегантным глотком и поднялся с табурета. — Добро пожаловать в Мондштадт. Постарайся ничего не взорвать до вечера. И, кстати, — он обернулся уже у самых дверей, сверкнув ухмылкой, — если тебе нужна нормальная одежда, загляни в бутик «Марджори». Скажи, что от меня, сделают скидку. Дверь таверны захлопнулась за ним. Я остался сидеть за стойкой, глядя на опустевший бокал капитана. — Чарльз, — позвал я бармена, не поворачивая головы. — А у вас тут есть что-нибудь покрепче этой вашей «Смерти»? Потому что я чувствую, что мне понадобится много, очень много алкоголя, чтобы переварить этот день. Чарльз посмотрел на меня с легкой смесью жалости и профессионального уважения. Человек, который глушит «Полуденную смерть» из горла и просит добавки, в Мондштадте явно заслуживал либо медали, либо места на местном кладбище. — Покрепче, говорите? — бармен задумчиво протер стакан белоснежным полотенцем. — Есть у нас один... экспериментальный купаж. Мастер Дилюк привез его из Снежной, но продавать запретил. Сказал, что это пойло годится только для того, чтобы оттирать ржавчину с двуручных мечей или допрашивать особо упрямых Похитителей Сокровищ. — Звучит как раз как то, что доктор прописал, — я криво усмехнулся, чувствуя, как алкоголь уже приятно туманит мысли, делая цветастую реальность Тейвата чуть более терпимой. — Наливай. И, Чарльз... давай без стаканов. Мы же уже выяснили, что я человек простой. Бармен пожал плечами, мол, мое дело предупредить, а твой желудок — твои проблемы. Он наклонился под стойку и достал оттуда неприметную глиняную бутыль без этикетки, заткнутую деревянной пробкой. — За счет заведения, господин Странник. В качестве извинения за назойливость нашего капитана кавалерии. Я кивнул, вытащил пробку и принюхался. Пахло так, словно в чистый медицинский спирт щедро плеснули скипидара и добавили щепотку жгучего перца. Я сделал глубокий вдох, зажмурился и сделал глоток. Ощущение было такое, будто я проглотил ежа, подожженного с двух сторон. Горло спазмировало, из глаз брызнули слезы, а в желудке взорвалась сверхновая. Я закашлялся так сильно, что чуть не свалился с табурета, судорожно хватая ртом воздух. — Твою... мать... — прохрипел я, вытирая слезы. — Это... это хорошо. Я сделал еще один, уже более осторожный глоток. Огонь разлился по венам, окончательно выжигая остатки паники. Мой мозг, до этого метавшийся в истерике от осознания того, что я застрял в анимешной гаче, наконец-то расслабился и перешел в режим философского буддизма. Ну застрял и застрял. В конце концов, здесь чистый воздух, нет пробок, а местные монстры разлетаются на куски от пары ударов. Да, я выгляжу как ходячий секс-символ для одиноких китаянок, но, с другой стороны, в прошлой жизни у меня намечалась гастрит. Так что, если подумать, я даже в плюсе. Дверь таверны со скрипом отворилась, впуская шум вечерней улицы. — Чарльз, я же просил не наливать «Слезу Царицы» посетителям, — раздался низкий, бархатный голос, от которого веяло такой суровой серьезностью, что у меня мурашки по коже пробежали. Я медленно, стараясь не потерять равновесие, повернул голову на негнущейся шее. У входа стоял он. Владелец этой забегаловки, некоронованный король Мондштадта и главный спонсор девичьих грез в фандоме Геншина: Дилюк Рагнвиндр. Огненно-красные волосы, собранные в небрежный хвост, черное пальто с золотой вышивкой, белые перчатки и выражение лица человека, который глубоко разочарован всем человечеством в целом и каждым его представителем в частности. — Мастер Дилюк! — Чарльз слегка вытянулся. — Прошу прощения, но этот господин, он настаивал на чем-то исключительно крепком. И он только что выпил целую бутылку «Полуденной смерти» без закуски. Дилюк перевел свой тяжелый, пылающий взгляд на меня. Его красные глаза скользнули по моему нелепому наряду, задержались на Глазе Бога и остановились на глиняной бутыли в моей руке. — Вот как, — сухо произнес он, подходя к стойке. Он встал рядом со мной, скрестив руки на груди. От него пахло дымом, дорогим сукном и ночной прохладой. — И кто же вы такой, позвольте узнать? Очередной пьянчуга, решивший проверить свой желудок на прочность в моей таверне? Я пьяно хмыкнул, опираясь локтем о стойку и подпирая подбородок кулаком. — Знаешь, Бэтмен, — протянул я, глядя на него снизу вверх. — Один чёрт с повязкой на глазу задавал мне тот же самый вопрос буквально минут десять назад. У вас тут в Ордо Фавониус и окрестностях что, методичка одна на всех? Брови Дилюка слегка дрогнули. Упоминание Кэйи и Ордо Фавониус в одном предложении подействовало на него, как красная тряпка на быка, хотя внешне он остался ледяной статуей. — Я не имею отношения к этим некомпетентным рыцарям, — процедил он сквозь зубы. — И я не знаю, кто такой Бэтмен. Но я знаю, что люди, которые приходят в мой город, напиваются до беспамятства и хамят владельцу заведения, обычно заканчивают вечер в сточной канаве. — Ой, да брось, — я махнул рукой, едва не смахнув пустую бутылку со стойки. — Будь проще, красноволосый, я тут новенький. Пытаюсь адаптироваться к местной фауне, вот по этому, выпил немного для храбрости, а ты сразу угрожать. Я сделал еще один глоток сногсшибательного пойла из Снежной. Мир вокруг начал слегка покачиваться. — Слушай, Дилюк, — я подался вперед, заговорщицки понизив голос. — Раз уж ты тут местный олигарх... Не подскажешь, где тут можно закупится? Дилюк смотрел на меня долгих пять секунд. В его глазах читалась сложная смесь эмоций: от желания немедленно вышвырнуть меня за дверь с помощью Пиро-магии до искреннего недоумения. — Чарльз, — наконец произнес он, не отрывая от меня взгляда. — Налей ему воды и принеси счет. Страннику пора освежиться. — Эй, я еще не допил! — возмутился я, прижимая глиняную бутыль к груди. Но мир внезапно крутнулся перед глазами, и я понял, что если сейчас встану, то гравитация Тейвата сыграет со мной злую шутку. — Ладно, признаю, я напился, — пробормотал я, чувствуя, как язык начинает слегка заплетаться. — И я, пожалуй, посижу еще здесь. Гравитация в вашем мире какая-то недружелюбная. Я пошарил свободной рукой где-то в недрах своего бездонного инвентаря, который откликался на мысленные команды даже в пьяном угаре, и вытащил на свет божий увесистый мешочек с морой. Очередные золотые монеты глухо звякнули о деревянную стойку. — И вот, держи, — я пододвинул мешочек в сторону Дилюка и Чарльза. — Отсчитай, сколько нужно. За вино, за моральный ущерб и за то, что я сейчас буду просто сидеть и пялиться в стену. Я отпустил бутыль, которая, к счастью, не упала, а осталась стоять на стойке, и тяжело оперся локтями о столешницу. Уронил голову на руки, зарывшись пальцами в свою идеальную, мать её, серебристую шевелюру, и тяжело, с чувством вселенской усталости, вздохнул. Эх... Лишь бы не было проблем. Лишь бы эта рыжая бестия Эмбер не притащила сюда сейчас весь рыцарский орден. И, самое главное, лишь бы эта Система заткнулась хотя бы до утра. Мне просто нужна передышка. Дилюк молча смотрел на мешочек с морой. Я не видел его лица, но затылком чувствовал этот тяжелый, подозрительный взгляд. Чарльз, привычный ко всему, аккуратно развязал тесемки, отсчитал нужную сумму и отодвинул мешочек обратно ко мне. — Ваша сдача, господин Странник, — тихо произнес бармен. — Оставь на чай, — буркнул я, не поднимая головы. — Купи себе нормальную рубашку. Краем уха я услышал, как Дилюк тихо фыркнул — то ли от возмущения, то ли от неожиданности. — Ты странный человек, Странник, — произнес мастер Рагнвиндр, и в его голосе льда стало чуть меньше. — Разбрасываешься деньгами, пьешь пойло, которое может убить кабана, и хамишь тем, кто может стереть тебя в порошок. Либо ты невероятно глуп, либо... — Либо мне просто всеровно, — перебил я его, не меняя позы. — Поверь, Бэтмен. Воцарилась тишина. Я уже начал проваливаться в спасительную, пьяную дрему, надеясь, что Дилюк просто уйдет и оставит меня в покое. Но, видимо, в этом мире мне не суждено было расслабиться. Прямо перед моими закрытыми глазами, пробиваясь сквозь веки, вспыхнул ослепительно-голубой свет. В голове раздался жизнерадостный звон, от которого похмелье решило начаться на пару часов раньше положенного. [Внимание, Путешественник! Обнаружен важный сюжетный персонаж: Дилюк Рагнвиндр!] [Доступно новое скрытое задание: "Растопить ледяное сердце Полуночного Героя"!] [Цель: Завоюйте доверие Мастера Дилюка. Подсказка: он любит виноградный сок и ненавидит Ордо Фавониус!] [Награда: 500 Опыта Приключений, 10000 Моры, Рецепт: "Расти Гора", Улучшение отношений с Дилюком (+10)!] [Штраф за провал: Дилюк вышвырнет вас из таверны с помощью Пиро-магии. Ожоги третьей степени гарантированы!] Я резко открыл глаза, уставившись на полупрозрачный экран, висящий прямо над кружкой с водой, которую заботливо поставил Чарльз. — Сука, — прошептал я с чувством глубочайшего отчаяния. — Ты издеваешься надо мной. — Простите? — холодно переспросил Дилюк, решив, что это адресовано ему. Я медленно поднял голову. Перед глазами всё плыло, но я четко видел нахмуренные брови владельца таверны и этот системный интерфейс, мигающий прямо у него на лбу. Растопить ледяное сердце? Серьезно? Я что, попал в симулятор свиданий?! — Ничего, — я криво усмехнулся, чувствуя, как внутри снова закипает истерический смех. — Просто вспомнил, что очень люблю виноградный сок. Прямо жить без него не могу. У вас, случайно, не найдется стаканчика для бедного, запутавшегося туриста? Дилюк замер, его брови, до этого сурово сдвинутые к переносице, медленно поползли вверх. Если бы я сейчас сказал, что являюсь внебрачным сыном Крио Архонта и хиличурла, он бы, наверное, удивился меньше. Человек, который только что влил в себя смертельную дозу алкоголя, способную свалить с ног взрослого митачурла, внезапно просит стаканчик детского напитка. Чарльз за стойкой издал звук, подозрительно похожий на сдавленный хрюк, и поспешно отвернулся, начав с остервенением натирать и без того чистый бокал. — Виноградный сок, — медленно, по слогам повторил Дилюк, словно пробуя эти слова на вкус. Его пылающий взгляд стал еще более цепким, сканируя меня на предмет скрытой угрозы или изощренной издевки. — После бутылки «Полуденной смерти» и порции «Слезы Царицы»? — Именно, — я попытался кивнуть, но голова оказалась слишком тяжелой, и получилось скорее пьяное покачивание всем корпусом. — Знаешь, нужно же как-то сбалансировать кислотно-щелочной баланс. К тому же, я слышал, на винокурне «Рассвет» делают лучший сок во всем Тейвате. Грех не попробовать. Я понятия не имел, откуда в моей голове всплыло название его винокурни — видимо, остаточные знания из лора игры, которые брат вдалбливал мне в мозг, пока я пытался смотреть ютуб. Но эффект превзошел все ожидания. Взгляд Дилюка неуловимо изменился. Лед в его глазах слегка подтаял, уступив место профессиональной гордости. — Чарльз, — коротко бросил он, не отрывая от меня глаз. Бармен, мгновенно поняв хозяина без лишних слов, нырнул под стойку и вынырнул с пузатым стеклянным кувшином, наполненным густой, темно-рубиновой жидкостью. Он налил полный стакан и поставил передо мной. — За счет заведения, — сухо произнес Дилюк. — Но если тебя вырвет на мою стойку, ты будешь вылизывать её языком. — Договорились, Бэтмен, — я криво усмехнулся и потянулся к стакану. Пальцы слегка дрожали. Я обхватил холодное стекло и поднес к губам. Сок оказался божественным. Прохладный, в меру сладкий, с легкой терпкой ноткой на послевкусии. Он смыл мерзкий привкус спирта и скипидара, приятно охладив обожженное горло. Я залпом выпил половину и с громким стуком поставил стакан на дерево. — Идиально, — искренне выдохнул я. — Вот это вещь. Забираю свои слова назад. Вы тут не только в клоунов наряжаться умеете, но и ягоды давить. [Внимание! Действие "Похвала виноградного сока" успешно выполнено!] [Отношения с Дилюком: +5. Текущий статус: "Подозрительный, но с хорошим вкусом".] Система радостно звякнула, обновив статус квеста. Я мысленно показал ей средний палец. Дилюк чуть склонил голову набок. — Ты полон сюрпризов, Странник, — его голос звучал уже не так враждебно, скорее задумчиво. — У тебя манеры уличного бандита, но ты разбираешься в качестве напитков. И, судя по тому, что ты все еще сидишь на табурете, а не валяешься в коме, у тебя нечеловеческая сопротивляемость к токсинам. — Я из Азии, — буркнул я, допивая сок. — У нас там токсины в воздухе растворены. Мы ими дышим. — Азия? — Дилюк нахмурился. — Я не слышал о таком регионе. Это где-то за пределами Снежной? — Это где-то за пределами здравого смысла, — я потер виски, чувствуя, как алкоголь начинает накатывать второй волной, более тяжелой и усыпляющей. — Слушай, Дилюк. Спасибо за сок. И за выпивку. Но мне реально нужно где-то упасть. У вас тут есть комнаты на сдачу? Или мне придется идти ночевать под ближайшую ветряную мельницу? Дилюк посмотрел на Чарльза, затем снова на меня. — В «Доле Ангелов» не сдают комнаты. Это таверна, а не постоялый двор, — отрезал он. Но, видя, как я медленно сползаю по стойке, добавил: — Однако, на втором этаже есть диван в моем кабинете. Учитывая твое состояние, выпускать тебя на улицы Мондштадта небезопасно. В первую очередь для самих улиц. Чарльз, проводи господина Странника наверх. И проследи, чтобы он ничего не сломал. Я попытался выдавить благодарную улыбку, но мышцы лица уже не слушались. — Спасибо, мужик. Я твой должник. — Запишу на твой счет, — невозмутимо ответил Дилюк, отворачиваясь. Чарльз подхватил меня под руку, когда я попытался слезть с табурета и едва не рухнул на пол. Ноги были ватными, мир кружился в безумном калейдоскопе из деревянных балок, бутылок и красных волос Дилюка. Пока бармен тащил меня по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж, Система выдала финальный аккорд на сегодня: [Задание "Растопить ледяное сердце Полуночного Героя" частично выполнено! Вы получили доступ к закрытой локации: Кабинет Дилюка!] [Внимание: Сон в этой локации может привести к непредсказуемым сюжетным поворотам!] — Изыди, — пробормотал я, заваливаясь на мягкий кожаный диван, после чего закрыл глаза, и тьма, слава богу, на этот раз была абсолютно черной, без всяких системных окон и дурацких стрелочек.