Любимый врач.

Утро в больнице началось не со спокойного осмотра, а с приезда скорой. Ты сидела в своём кабинете, перебирая медицинские карты. Добравшись до середины стопки, твоё дело прервал звонок телефона. Ты немедленно подняла трубку. -Ало, Т/и? - услышала ты знакомый голос. На смене медрегистратора сейчас стояла твоя лучшая подруга, Элизабет. - Тут такое дело... К нам привезли парня, сломана рука. Говорит, что пойдёт только к тебе, мол сильно доверяет. Примешь? -Элизабет... У меня сейчас по плану осмотр, молодой человек точно не передумает насчёт выбора врача? - Твой голос звучал неуверенно. -Он твёрдо стоит на своём, Т/и. Я перенаправлю пациентку к... Марте, у неё сейчас окно. Пожалуйста, выручай. Он сейчас спинку стула от боли согнет, серьёзно. - Умоляюще произнесла Элизабет в трубку. Ты посмотрела на часы, время показывало 9:38. Чуть поразмыслив, ты всё-таки дала ответ. -Веди его. Номер моего кабинета ты знаешь - уверенно, с ноткой стали произнесла ты. -Боже, Т/и, спасибо огромное! Мы сейчас же прилетим - радостно закончила разговор Элизабет. Шумно вздохнув, ты повесила трубку. Отложила медкарту, ручку и достала новую баночку антисептика, перед этим кинув закончившуюся в мусорное ведро. Внезапно дверь с грохотом распахнулась, ударившись ручкой о стену. На пороге стоял твой уже постоянный пациент - Джей Уокер собственной персоной. Правый рукав его рубашки был завернут, джинсы на коленках были зеленоватого оттенка - видимо, он знатно проехался ими по траве. На лице уже расползалась глупая, широкая улыбка, боль выдавали лишь слёзы глазах. — Джей, — ты невольно улыбнулась, хотя внутри всё сжалось от привычной тревоги. — Опять ты? Он вошёл, стараясь держаться браво, но побелевшие костяшки и мелкая дрожь в пальцах выдавали его с головой. Правая рука висела неестественно, безымянный палец заметно опух и начал синеть у основания. Джей придерживал его левой ладонью, но стоило ему сделать лишнее движение — воздух со свистом вырывался сквозь стиснутые зубы. — Привет самому любимому врачу, — выдохнул он, плюхаясь на кушетку без приглашения. Его глаза блестели — то ли от боли, то ли от предвкушения. — Соскучилась? Ты подошла ближе, профессионально осматривая повреждённую кисть, и тут же нахмурилась. — Джей, ты снова полез в драку? Или уронил на руку штангу? — Мопед, — мгновенно соврал он, отводя взгляд. — Знаешь, проклятая техника. Заводил, заводил... А она — бах! — и педаль отскочила. Прямо по пальцу. — На мопедах нет педалей, — сухо заметила ты, доставая из шкафа шину и бинты. — У мопеда ножной тормоз. И чтобы сломать палец о него, нужно очень сильно постараться. — Вот видишь! — Джей поднял здоровую руку, будто ставил галочку в воздухе. — Я очень старался. Ты замерла на секунду, а потом тихо рассмеялась, качая головой. Взяла его ладонь в свои — аккуратно, чтобы не причинить лишней боли. Пальцы у Джея были тёплыми, с заусенцами и старой мозолью на указательном. Ты нанесла гель для местной анестезии, и он облегчённо прикрыл веки, расслабляя плечи. — Ты идиот, — сказала ты беззлобно, вправляя фалангу. — Совершенный, клинический идиот. Это уже пятый перелом за два месяца. Скоро у тебя не останется целых костей. — Зато я тебя вижу, — тихо ответил Джей, и в его голосе вдруг пропала вся наигранная бодрость. — Т/и... Можно я скажу? Ты подняла глаза. Он смотрел совершенно серьёзно, даже испуганно — как мальчишка, который сильно провинился. Даже боль, кажется, отступила на второй план. — Я не ради гипса приезжаю, — его голос сел на полтона ниже. — Ты же знаешь. Я... чёрт. Ты мне нравишься. Не как врач. Я хочу тебя пригласить... ну, выпить кофе. Или чай. Или сок. Или воду. Мне всё равно, лишь бы ты согласилась. Ты застыла с бинтом в руке. Где-то в коридоре залаял датчик движения, а за окном проехала «скорая» с новой сиреной. Но здесь, в этом маленьком кабинете время будто остановилось. — Ты сломал палец, — медленно произнесла ты, — чтобы пригласить меня на свидание? — Я сломал палец, чтобы увидеть тебя, — поправил Джей с кривой улыбкой. — А пригласить на свидание я решил уже по дороге в больницу. Подумал: ну, хуже точно не будет. Ты опустила взгляд, заканчивая бинтовать. Пальцы дрожали — от смеха, от неловкости, от того, как бешено стучало сердце. — Ты псих, — выдохнула ты. — Ненормальный. Тебя в желтый дом пора. — И ты ещё про медкарту скажи, — усмехнулся Джей, но в глазах плескалась такая надежда, что врать дальше стало невозможно. — Восемь вечера, — сказала ты, закрепляя последний виток бинта. — У входа в парк. Будешь с гипсом — сам виноват. Джей замер. А потом улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у врачей пересыхало во рту, но сейчас она была совсем другой. Трогательной. Немного нелепой. И до боли настоящей. — Я приду, — пообещал он. — Даже если вторую руку сломаю. — Не смей, — шутливо пригрозила ты, пряча улыбку в воротник халата. — В ч следующий приём я тебе гипсом по голове дам. Джей поднялся, держа загипсованную руку с невероятной осторожностью — будто это была не вылеченная конечность, а хрупкий подарок. У двери он обернулся. — Т/и? — М? — Спасибо, — сказал он просто. — Что не выгнала. В который раз. Дверь закрылась, оставив после себя запах его одеколона и странное, щемящее чувство — будто что-то в этой комнате навсегда изменилось. Ты посмотрела на часы. 9:52. Восемь часов вечера было ещё так далеко. И так близко.