Падший садовник

После смерти Авеля мир изменился. Нет, солнце всё так же поднималось над горизонтом. Ветер всё так же колыхал траву. Реки продолжали течь, а деревья — приносить плоды. Изменился сам Каин. Словно вместе с братом умерла часть его души. Он больше не плакал. Не улыбался. Не мечтал. Он просто шёл вперёд. День за днём. Месяц за месяцем. Год за годом. Порой ему казалось, что он превратился в одну из тех скал, мимо которых проходил. Холодную. Неподвижную. Неспособную чувствовать. Лишь по ночам он иногда видел во сне Авеля. И каждый раз просыпался с тяжестью в груди. Однажды долгие странствия привели его в широкую долину. Здесь была река, плодородная земля и множество деревьев. Каин остановился. Впервые за долгое время он почувствовал желание остаться. Он построил дом. Небольшой. Простой. Но крепкий. Когда работа была закончена, он сел на пороге и долго смотрел на закат. — И что дальше?.. — тихо спросил он сам себя. Ответа не было. Он был один. Совершенно один. Отец умер. Мать умерла. Авель умер. Других людей не существовало. И Каин не верил, что Небеса создадут новых. После всего произошедшего он вообще перестал ждать чего-либо от Небес. Даже молиться он больше не мог. Каждый раз, когда он пытался сложить руки для молитвы, метка начинала жечь кожу. Будто напоминая: «Ты больше не принадлежишь им». И даже если бы молитва была возможна... Зачем? Станут ли Небеса слушать первого убийцу? Вряд ли. Размышляя об этом, Каин вдруг заметил странное свечение. Метка на его руке искрилась. Тонкие нити энергии пробегали по коже. Он нахмурился. С тех пор как Ру наделила его этой силой, метка время от времени вела себя странно. Но сейчас всё было иначе. Энергия словно пыталась вырваться наружу. Каин вытянул руку. И направил её вперёд. Вспышка света озарила долину. Он отшатнулся. Перед ним стояла девушка. Живая. Настоящая. Она растерянно осматривалась по сторонам и дышала так, словно существовала всегда. Каин застыл. — Что?.. Девушка посмотрела на него. — Кто вы? У него перехватило дыхание. Он создал человека. Следующие дни превратились в бесконечные эксперименты. Каин вновь использовал силу метки. Потом ещё. И ещё. Один человек. Пять. Десять. Сотня. Вскоре долина наполнилась людьми. Мужчинами и женщинами. Все они были взрослыми и способными жить самостоятельно. Они строили дома. Пахали землю. Разводили животных. Учились друг у друга. И постепенно на месте одинокого дома выросло настоящее поселение. А затем — город. Первый город на Земле. Время шло. Жизнь вокруг бурлила. Люди создавали семьи. Рождались дети. Слышался смех. Появлялись праздники. И впервые за долгое время Каин начал понимать, что мир всё ещё может жить дальше. Даже после трагедий. Даже после грехов. Даже после потерь. Среди жителей города была одна женщина, которая не боялась его холодности. Она разговаривала с ним как с обычным человеком. Не как с создателем города. Не как с бессмертным. Не как с загадочной фигурой. И постепенно между ними возникла привязанность. Спокойная. Тихая. Настоящая. Со временем они стали мужем и женой. А спустя несколько лет у них родился сын. Когда Каин впервые взял младенца на руки, он долго смотрел на его маленькое лицо. И неожиданно вспомнил тот день, когда сам держал на руках новорождённого Авеля. В груди кольнула старая боль. Но рядом с ней появилось и что-то другое. Надежда. — Енох, — произнёс он. Так звали мальчика. И когда ребёнок немного подрос, Каин объявил: — Этот город будет носить его имя. Так первый город человечества получил название Енох. По вечерам Каин часто стоял на городской стене и наблюдал за жизнью своих людей. За детьми, играющими на улицах. За ремесленниками. За семьями. За садами. За плодами, которые теперь росли по всей долине. Иногда ему казалось, что Авелю понравилось бы это место. Эта мысль заставляла его смотреть вдаль немного дольше обычного. Но затем он вновь становился серьёзным. Хладнокровным. Сдержанным. Таким, каким его сделала жизнь. Однако глубоко внутри всё ещё жил тот мальчик, который когда-то выращивал цветы и мечтал о прекрасном саде. И только он сам знал, сколько боли скрывается за его спокойным лицом.