Зависнуть в Отделе Тайн

Подорвавшись на постели Гарри резко, хватая ртом воздух. Сердце колотилось где-то в горле, а голова пульсировал тупой, ноющей болью. Он судорожно кинулся к постели друга, едва не споткнувшись о собственные ноги. — Рон! Рон! — его голос сорвался на хрип. Руки тряслись, холодный пот стекал по шее под ворот пижамной рубашки, пока гриффиндорец выпутывал друга из одеяла. Рон подскочил, как ужаленный, сон слетел с него в мгновение ока. — Гарри? Что случилось? Ты чего так орёшь? Опять видения? — Я… я не знаю… — Поттер обессиленно опустился на край кровати, пытаясь унять дрожь. — Так, успокойся и расскажи, что тебе снилось, — Рон уже был полностью собран и серьёзен. Гарри сглотнул, чувствуя металлический привкус во рту. — Мы были в Министерстве. Там был Сириус… Он сражался с Лестрейндж и упал в какую-то арку… Как сказал Дамблдор — арку Смерти… И я бросился за ним… Вокруг было столько Пожирателей, даже Волан-де-Морт был… Он так смеялся… — А потом ты проснулся? — тихо спросил Рон, видя, как побледнел друг. — Ага… — Это не очень похоже на видение, скорее всего ты просто переволновался. Сегодня же экзамены, вот тебе и снился кошмар. И правда, сегодня же они сдают СОВ. Гарри осмотрелся вокруг: пергамент и перья покрывали почти всё свободное пространство комнаты, учебники и дополнительная литература, принесённая Гермионой, лежали на каждой тумбочке, ещё вчера передаваемая по кругу между ребятами. Сердце немного успокоилось. И правда, это просто кошмар. Он просто переволновался перед экзаменами, Сириус на Гриммо, как обычно заливает свои психи огденским, а он в школе, с друзьями. — Так, дружище, давай-ка вставай и пойдём умоемся, а то на завтрак опоздаем, — Рон хлопнул его по плечу. Заторможено кивнув, Поттер слез с кровати шестого Уизли. В небольшой ванной у умывальника стоял Невилл, ловко орудуя зубной щёткой. — Доброе утро, Невилл, — Поттер вяло поздоровался, бросая полотенце на край раковины и растирая лицо ледяной водой. — Гарри, Рон, доброе утро! — пухлячок неловко улыбнулся ему через отражение в зеркале. — Готовы к экзамену? Гарри достал из пластикового футляра зубную щётку, испытывая острое чувство дежавю. Кажется, этот разговор уже происходил, но когда? — Ну так, — неопределённо буркнул он. — А я вот волнуюсь. Скорее всего я завалю зелья и чары, бабушка будет недовольна… — вздохнул Невилл. — Не волнуйся ты так! Ты же на герболога планируешь поступать? Так эти предметы там и не особо-то нужны! — Бабушка хочет, чтобы я пошёл по стопам родителей в аврорат… — Невилл, твои родители — герои войны, но тебе не обязательно повторять их судьбу и подвиги. У тебя свой путь! — твёрдо сказал Гарри. — Возможно, ты прав… — неловко улыбнувшись, Лонгботтом поторопился на завтрак, освобождая ванную соседям.

***

В течение всего дня его преследовало чувство нереальности происходящего. Он будто смотрел на себя со стороны, при этом зная всё наперёд, будто пересматривал старый фильм. Заключительный экзамен по истории магии был назначен на послеобеденное время. После завтрака Гарри с удовольствием вернулся бы в постель, но ему нужно было ещё раз повторить пройденное. Он стиснул голову руками и изо всех сил стараясь не уснуть уселся у окошка в гостиной и принялся просматривать стопку занятых у Гермионы конспектов высотой в добрый метр. В два часа пополудни пятикурсники вошли в Большой зал и заняли свои места. Гарри чувствовал себя вымотанным до предела. Ему хотелось только одного — чтобы всё это поскорее кончилось, и он мог пойти и заснуть. А завтра они с Роном отправятся на стадион и будут наслаждаться драгоценной свободой… Гарри тупо уставился на первый вопрос. Лишь через несколько секунд он осознал, что уже видел эти вопросы в своём сне. Ответы сами возникали в голове, перо скакало по пергаменту, выписывая кривоватые буквы. Первый съезд Конфедерации состоялся во Франции; да, об этом он уже написал… Гоблины явились на заседание и были изгнаны… он написал и об этом… А из Лихтенштейна так никто и не приехал… «Думай», — приказал он себе, закрыв лицо руками, а вокруг по-прежнему скрипели перья и песок в часах сыпался тонкой струйкой… Он снова шёл по прохладному тёмному коридору к Отделу тайн. Шагал твёрдо и целеустремлённо, иногда переходя на бег, уверенный, что уж теперь-то непременно достигнет цели своего путешествия… Чёрная дверь распахнулась перед ним… Он очутился в круглой комнате с многочисленными дверями… Вперед по каменному полу во вторую дверь… Пляшущие на стенах и полу световые блики и это странное механическое тиканье… Он миновал последние несколько шагов к третьей двери, и она распахнулась… Он очутился в высоком зале со стеллажами, на которых лежали стеклянные шарики… Его сердце забилось очень быстро… Сейчас он наконец попадёт туда, куда нужно… Добравшись до ряда номер девяносто семь, он повернул налево… Но в самом конце прохода на полу была какая-то фигура — эта чёрная фигура корчилась, словно раненое животное. От испуга у Гарри сжалось сердце. И вдруг из его собственных уст раздался голос — высокий, равнодушный: — Возьми его и отдай мне… ну же, бери… я не могу до него дотронуться… зато ты можешь… Чёрная фигура шевельнулась. Гарри увидел свою белую руку с длинными пальцами, сжимающую палочку. И снова услышал холодный голос: — Круцио! Человек закричал от боли… — Лорд Волан-де-Морт ждёт! Очень медленно человек приподнял плечи и голову. Его худое лицо было залито кровью… — Тебе придётся убить меня, — прошептал Сириус. — Рано или поздно — разумеется, — произнёс холодный голос. Но едва Волан-де-Морт вновь опустил палочку, как кто-то отчаянно закричал и боком рухнул из-за стеллажа на холодный каменный пол. От падения Гарри проснулся всё ещё крича — его шрам невыносимо жгло.

***

— Я не хочу! Не надо меня в больничное крыло! Пожалуйста! Гарри бормотал эти бессвязные слова, пытаясь освободиться от профессора Тофти, который только что вывел его в вестибюль и теперь смотрел с большой тревогой. Вокруг сразу собралась толпа любопытных учеников. — Со мной всё в порядке, сэр! Честно… я просто заснул и мне приснился кошмар… — Нервное напряжение! — сочувственно произнёс старый волшебник. — Бывает! Ну а теперь — глоток воды? Гарри энергично кивнул: — Спасибо! — Давайте вы сейчас вдохнёте, выдохнете, и вернётесь на экзамен! — Да, — растерянно сказал Гарри. — То есть нет… Я уже… по-моему, я написал все, что мог… — Ну ладно, ладно, — мягко сказал старый волшебник. — Я пойду заберу вашу работу, а вы идите-ка ложитесь в постель. Как только полы мантии старого чародея исчезли за дверью Большого зала, Гарри взбежал по мраморной лестнице с такой скоростью, что портреты недовольно бормотали ему вслед. Мадам Помфри чуть не выронила ложку с синей жидкостью от хлопка двери. — Вы с ума сошли? — Мне необходимо увидеться с профессором Макгонагалл! Сейчас же! Мадам Помфри грустно покачала головой: — Её здесь нет. Сегодня утром её отправили в больницу святого Мунго… Ужас волной поднялся внутри Гарри. Ему больше не с кем посоветоваться. Паника ширилась в нём как ядовитый газ. Он снова помчался по школе вниз по лестнице и столкнулся нос к носу с Роном и Гермионой. — Где ты был? Что случилось? — требовательно спросил Рон. Гарри втолкнул их в пустую классную комнату: — Волан-де-Морт схватил Сириуса!

***

Спор был жарким. Гермиона сомневалась во всём: как Тёмный Лорд мог проникнуть в Министерство незамеченным? Почему Сириус? Почему именно сейчас? Но Гарри видел всё своими глазами во сне-видении: стеллажи со стеклянными шариками, девяносто седьмой ряд… Голова гудела. Он знал что этот диалог уже был, помнил его до мельчайших деталей. Сейчас в класс войдет Джинни и Полумна, они проникнут в кабинет Амбридж чтобы связаться с Сириусом по камину, но ему ответит Кричер, наврав что Блэка нет дома, потом розовая жаба вытащит его из камина, схватив почти всех из ОД с помощью Малфоя, Снейп будет доказывать что у него не осталось сыворотки правды, а Амбридж решит что Круцио замечательно развяжет ему язык, но Гермиона придумает более правдоподобную ложь и они отведут Амбридж в лес к Грохху, а сами на фестралах улетят в министерство. В конце концов он сдался, но лишь внешне: — А знаете… Вы наверное правы. Скорее всего это был просто кошмар. Простите что заставил волноваться. Наверное, я лучше вернусь в больничное крыло и попрошу у мадам Помфри зелье сна-без-сновидений. Уверив всех что он сможет самостоятельно дойти до больничного крыла, Гарри подтянул сумку на плече и ушёл, оставляя друзей у заброшенного класса. Вот только скрывшись за поворотом он накинул мантию-невидимку и двинулся в сторону кабинета Амбридж. Если через него возможно связаться с Гриммо, то можно и уйти в министерство, проверить всё самостоятельно. Дождавшись когда Амбридж уйдет из кабинета, Поттер проскользнул в неплотно закрытую дверь. Камин искрил остаточными зелеными всполохами — она только что вернулась в Хогвартс. Серебристый порох стоял в приторно-розовом горшке на каминной полке. Гарри зачерпнул горсть: — Министерство Магии Великобритании!

***

Его протащило по дымоходу так быстро, что желудок подскочил к горлу. Мелькали чужие гостиные и кабинеты разных министерских отделов: вот отдел магического транспорта, вот отдел магических происшествий, пока наконец его не выплюнуло на чёрный, холодный мрамор Атриума. Одежда была испачкана золой; она же сыпалась с волос колючими, раздражающими крупинками. Колени неприятно ныли от удара о пол после жёсткого приземления. Мантия съехала набок. Запахнув ткань мантии-невидимки плотнее дрожащими пальцами, Гарри на полусогнутых, вихляющих коленях стал пробираться к лифтам Министерства. Огромный, гулкий зал отзывался эхом от каждого его шага, заставляя сердце биться где-то в горле. Вспомнив соответствующее заклинание, Поттер прошептал его, и звуки вокруг него будто завязли в густом сиропе, исчезая. Зал Пророчеств встретил его распахнутой дверью и притаившимися, неподвижными фигурами в масках-черепахах у входа. Сейчас он видел отблески серебра масок в глубине зала; слышал шорохи тяжёлых мантий и чужое нервное, прерывистое дыхание, покашливание где-то справа… Но ни Сириуса, ни Волан-де-Морта тут не было. Девяносто седьмой стеллаж… Повернуть налево… До конца… Вот он: маленький стеклянный шарик с ярлычком «С.П.Т. — А.П.В.Б.Д. — Т.Лорд — (?)Г.П.». «Видать, и правда вещий сон», — мелькнула мысль, но она уже не несла облегчения. Только глухую, нарастающую ярость. Из-за соседнего стеллажа показалась макушка Пожирателя смерти: — Чёрт, зачем мы сидим тут, если он появится, дай Мерлин, к ночи?! — визгливый голос Беллатрисы Лестрейндж отразился от пустых стен. — Если вообще придёт! — Белла, будь терпеливее. Конечно, он придёт, не может быть иначе, — с другой стороны стеллажа выскользнула тень. Люциус Малфой говорил своим обычным, манерно растягивающим гласные тоном, но в нём слышалось плохо скрываемое раздражение. — Люци, если в течение часа этот мальчишка не явится, то я точно доберусь до кузена и запытаю его! — каркающий смех Беллы разнесся по помещению. Стеклянные шарики на своих подставках едва заметно вздрогнули от звуковой волны. — Ты же знаешь, что даже Лорд не смог достать его из особняка, как это сделаешь ты? — Не важно как, но я это сделаю! Пока маги отвлеклись друг на друга, Гарри тихо, стараясь дышать через раз и унять дрожь в руках, подошёл к стеллажу напротив. План созрел в голове сам — холодный, расчётливый и абсолютно чуждый тому Гарри Поттеру, которым он был ещё вчера. Подменить пророчество на полке и уйти. Сириусу ничего не угрожало, а значит, геройствовать было не для кого. Старшие маги как раз отошли в более тёмный проход, переговариваясь между собой. — Как мы узнаем, что он пришёл? — О, дорогая, я уверен, что он явится не один, а от толпы подростков шуму всегда много. Новый Пожиратель смерти со странным акцентом — Антонин Долохов — присоединился к дискуссии, своей мощной спиной перекрывая обзор двум спорщикам. Чем Гарри и воспользовался. Холодное стекло быстро нагрелось от его прикосновения. Шарик был убран в карман джинсов с пугающей небрежностью, а тусклое чужое пророчество встало на подставку. Дело сделано. Осталось добраться до Атриума и вернуться в школу. Вроде звучит просто. Вот только в дальнем конце зала Волан-де-Морт во всю пытал кого-то из Пожирателей, перекрывая подход к каминам. — Как понять «не явился»?! Я почувствовал срабатывание сигнальных чар на входе в зал! Он должен быть тут! Круцио! Пробираясь по стеночке вдоль стеллажей с хрупкими сферами судеб, Гарри не мог оторвать взгляд от извивающегося тела на полу. Человек хрипел и выл от боли. Геройствовать не хотелось. Совсем. Хотелось спокойно вернуться в Хогвартс, отдать пророчество друзьям (или выкинуть его в озеро) и завалиться спать на неделю. — Кабанья голова! — за криками Пожирателя не было слышно тихого шепота Поттера. Вспышка зелёного пламени уносящего его камина привлекла внимание всех присутствующих. Волан-де-Морт резко обернулся на звук. Его змеиное лицо исказилось от ярости. Он взревел — звук был нечеловеческим — и вскинул палочку, бросая убивающее заклятие в пламя камина. Авада Кедавра ударила в то место, где секунду назад была голова Гарри. Но заклятие так и не настигло цели. Лишь зола оседала на чёрном мраморе Атриума.

***

Трактир встретил его привычным гулом голосов вперемешку с пьяными песнями трактирщика Аберфорта и запахом застарелого перегара дешёвого огневиски. Никто не обратил внимания на сработавший камин без гостя: все были слишком заняты своими делами или дракой за соседним столом. Дорога до Визжащей Хижины прошла спокойно — Поттер всё ещё находился в шоковом состоянии от произошедшего; ноги были ватными от усталости и адреналинового отката. Вылезая из лаза под гремучей Ивой, недовольно скрипящей ветвями, он решил пройтись вдоль озера пешком — нужно было прийти в себя перед возвращением в замок. Мантия была стянута с плеч и обернута вокруг шарика-пророчества; безразмерная сумка «проглотила» свою ношу. Мерное покачивание волн Черного озера успокаивало; вдали замок шумел голосами счастливых учеников (экзамены позади!), а в Запретном лесу шелестела молодая листва под лёгким ветром мая. Трансформированный из камня плед мягко окутал продрогшие плечи подростка после сырости подземного хода хижины. Усталость дня навалилась неподъемной плитой; веки стали свинцовыми… Сон пришёл незаметно…

***

Грохот двери заставил подскочить на кровати; сердце снова ушло в пятки от испуга. Как он попал обратно? Он не помнил как возвращался в замок… На соседней кровати храпел Рон; часы показывали 7:43 утра; Симус неторопливо натягивал мантию над своим сундуком; в ванной шумела вода… Растерев лицо ладонями до красноты чтобы прогнать остатки сна, Гарри подхватил полотенце со спинки кровати, толкнул Уизли ногой («Рон! Вставай!») и пошёл в ванную комнату мальчиков пятого курса Гриффиндора. У умывальника стоял Невилл Лонгботтом, ловко орудуя зубной щёткой. — Доброе утро… — Поттер механически поздоровался; голос звучал глухо даже для него самого; бросил полотенце на край раковины; плеснул ледяной водой прямо в лицо… — Гарри? Доброе утро! Готов к экзамену? Ты какой-то бледный сегодня… — пухлячок улыбался ему через отражение зеркала над раковиной; брызги зубной пасты попали ему на нос… Гарри замер с полотенцем у лица: — Так вчера же был последний экзамен… О чём ты? В голове щелкнуло оглушительно громко: «Всё произошедшее ранее не было сном.» Футляр с зубной щёткой выпал из ослабевших пальцев прямо в раковину с громким пластиковым стуком; Невилл вздрогнул от неожиданного громкого звука. «Это снова происходит… Я не понимаю, что со мной. Всё как вчера — Невилл у раковины, Рон храпит на кровати, Симус копается в сундуке… Но ведь я уже прожил этот день! Я помню каждый шаг, каждое слово, даже вкус этого кошмара во рту…» Не обращая внимания на непонимающие возгласы Лонгботтома, Поттер рванул прочь из ванной комнаты обратно в спальню мальчиков пятого курса Гриффиндора; распахнул дверь настежь ударом плеча так что она ударилась о стену оставляя след краски, лихорадочно ища взглядом знакомую каштановую копну волос среди хаоса гостинной… «Я не сплю. Я не сплю! Я был в Министерстве, я держал в руках этот проклятый шарик, я слышал их голоса — Беллатрису, Малфоя… Я видел, как Волан-де-Морт пытал своего же. Я чувствовал холод стекла в кармане. Это было по-настоящему!» Знакомой косматой макушки не было в поле зрения. Загнанно дыша Поттер сбежал вниз по лестнице, спрашивая у всех подряд: «Вы видели Гермиону?!» «Но почему тогда всё повторяется? Почему Невилл спрашивает про экзамен, если вчера мы уже всё сдали? Почему Рон ещё не проснулся? Я же помню, как он подскочил, когда я закричал… Или это тоже было во сне?» Лаванда покосилась на него, но ушла в женскую половину общежития — звать соседку. Гарри устало упал на диван, игнорируя взгляды и шепотки окружающих. «Голова раскалывается. Я не могу отличить, где реальность, а где — безумие. Может, я всё ещё в том сне? Может, я так и не проснулся в Министерстве, и всё это — просто бесконечный кошмар?» Наглый рыжий книззл запрыгнул на колени требуя ласку. Поттер бездумно запустил руку в жёсткую шерсть. «Мне нужна Гермиона. Она поймёт. Она должна понять… Или она тоже будет смотреть на меня как на сумасшедшего? «Гарри, ты просто устал, это стресс…» Нет-нет, я не могу снова это пережить!» Браун вернулась, сообщая что староста уже ушла в Большой зал. Скидывая кота с колен он побежал к выходу, путаясь ногами в штанинах слишком длинной пижамы с чужого плеча. «Что, если я сейчас выйду, а там — всё по-старому? Что, если я снова окажусь в этом дне, и так будет всегда? Я сойду с ума… Я уже схожу с ума…» Расталкивая учеников и не реагируя на окрики, Поттер сбежал по лестнице перепрыгивая ступеньки и тут же нырнул в потайной ход. «Нужно бежать. Нужно найти кого-то, кто скажет мне, что я не спятил. Гермиона… Только она…» Знакомая макушка мелькнула с толпе учеников. — Гермиона! Гарри вцепился в её руку, не обращая внимания на удивлённые взгляды окружающих. Его пальцы были холодными и дрожали, глаза лихорадочно блестели. Он резко дёрнул её в сторону, подальше от потока учеников, в пустой коридор у гобелена с троллём. — Гермиона, послушай меня! Послушай! — его голос сорвался на хриплый шёпот. — Ты должна мне поверить. Я… я не сумасшедший. Я знаю, это звучит безумно, но я помню всё. Всё. Он отпустил её руку и провёл ладонями по лицу, словно пытаясь стереть наваждение. — Я уже прожил этот день. Вчера… или в прошлый раз… не знаю! Но я был здесь. Я помню, как ты ушла на завтрак. Я помню вопросы на экзамене по истории магии. Я помню их дословно! А потом… — он судорожно вдохнул, — потом я пошёл в Министерство. Я был там. Я видел их. Я слышал их голоса. Я украл пророчество. Оно здесь! — он ткнул дрожащим пальцем в свою сумку, которая болталась у него на плече. Гарри шагнул к ней, его взгляд был диким и умоляющим одновременно. — Гермиона, я не сплю. Я чувствую эту усталость. Я… я чувствую тяжесть этого чёртова пророчества, — его голос дрогнул, и он судорожно сунул руку в сумку, но пальцы сжали лишь пустую ткань мантии-невидимки. Шарика не было. Только гладкая, прохладная ткань. Он поднял на неё взгляд, полный отчаяния и зарождающегося ужаса. — Его нет. Я… я клянусь, я чувствовал его. Он был здесь. Тяжёлый, холодный… как лёд. Но сейчас… — он снова ощупал сумку, мантию, вытряхнул всё её содержимое на пол, уже медленнее перебрал всё что выпало с нарастающей паникой, — Пусто. Почему я его чувствую, если его нет? Почему я всё ещё ощущаю эту тяжесть и холод? Его голос сорвался на хриплый шёпот: — Я думал, что если найду тебя… ты скажешь мне, что я не спятил. Что это просто кошмар. Но если я даже чувствую то, чего нет… может, я действительно схожу с ума? Он обессиленно прислонился спиной к холодной каменной стене и сполз по ней вниз, пока не сел на пол, обхватив голову руками. — Я не могу так больше. Это сводит с ума. Словно я застрял… в ловушке. И я не знаю, как из неё выбраться. Гермиона смотрела на него сверху вниз, и на её лице сменялись эмоции: от шока и тревоги до глубокой, сосредоточенной задумчивости. Она не стала спорить или говорить, что ему нужно отдохнуть. Вместо этого она присела рядом с ним на корточки и очень тихо, но твёрдо сказала: — Гарри, я тебе верю, но не понимаю о чём ты говоришь. Её слова прозвучали как гром среди ясного неба. Гарри поднял на неё взгляд, в котором смешались облегчение и отчаяние. Он судорожно вдохнул, словно боялся, что если начнёт говорить, то реальность снова рассыплется на осколки. — Всё началось сегодня утром, — начал он хрипло, не отпуская её руку, — Я помню всё. До мельчайших деталей. Он крепче сжал её пальцы, ища опору и пересказал всё: как просыпался в одно и тоже время уже третий день подряд — всегда от хлопка двери. Как храпел Рон, как Невилл приветствовал его в ванной и спрашивал про экзамен, который Гарри писал уже дважды. Рассказал про ведение, как они пробрались в Министерство, как он потом ушёл туда один… — Если ты помнишь всё до мельчайших деталей… если ты был в Министерстве и вернулся с пророчеством… это меняет всё. Это значит, что петля времени реальна. И раз ты помнишь, а мы — нет, значит, у нас есть шанс. Она выпрямилась и протянула ему руку, чтобы помочь встать. — Встань. У нас мало времени. Если ты прав, то сегодня — наш шанс всё исправить. Мы можем использовать то, что ты знаешь, чтобы предотвратить катастрофу. Мы можем спасти Сириуса по-настоящему или… сделать так, чтобы он вообще не оказался в опасности. Её голос был полон решимости. — Расскажи мне всё. Каждую деталь этого дня. Всё, что ты помнишь из прошлых циклов. Мы должны найти точку сброса и понять, как разорвать эту цепь.