Наказание для Клейна.

- Герман..! - стонущий голос мистера Шута оборвался сдавленным стоном и слабым вскриком, когда Герман слегка сдвинул пальцы, намеренно давя на приятную точку внутри. - Дай мне кончить... пожалуйста... Клейн выгнулся в спине, вздрагивая от каждого движения, его глаза закатились от ощущений и жара, заполнившего всё его тело. Герман, держа правую ногу мистера Шута на своём плече, растирал пальцами горячую, липкую от смазывающего масла плоть. Клейн мог только дрожать и раз за разом падать под волнами удовольствия, чувствуя приближающийся оргазм, но не испытывая его - Герман прекращал движение, как только замечал, что Клейн вот-вот кончит. Герман разглядывал раскрасневшегося, тяжело дышащего мистера Дурака и запоминал каждую частичку его облика. Возбуждённый, совсем себя не контролирующий, прекрасный Клейн, который не прячется за маской вечно сдержанного мистера Шута. Чтобы наконец-то позволить мистеру Шуту ощутить сводящее с ума наслаждение от сексуальных удовольствий - ведь во время обычного секса тот всегда сдерживался и не давал себе воли, потому что слишком смущается - Герману пришлось пойти на крайние меры. Связать, влить афродизиак, привязать к кровати, на давая свести ноги. И внимательно смотреть, чтобы всё проходило точно по плану. Он раздвинул пальцы, с хлюпаньем раскрывая вход и вливая ещё немного масла. Герман протолкнул внутрь Клейна небольшой овальный предмет, а сразу ним - мягкий резиновый имитатор с скруглёнными шипами, упирающимися в плотно сжатую плоть. Это можно было считать своего рода наказанием для Клейна. За то, что он не отпускал себя и не давал себе свободу во время их любовных занятий. Тихий щелчок, и Клейн взвизгнул, начиная сильно ёрзать по постели. Имитатор внутри двигался от его ёрзанья и движений, слегка царапая расслабленные мышцы мягкими шипами. Вибратор только усиливал давление и внутреннюю дрожь от наслаждения. Его член, уже вставший и налитый кровью, двигался вверх-вниз и никак не мог получить долгожданную разрядку. Герман улыбнулся, глядя на Клейна. Он обхватил член Клейна рукой и лизнул его, затем полностью вобрал его в рот. Предварительно, под головкой члена было надето специальное кольцо, чтобы он не кончил очень быстро. Он плавно двигался от головки до основания члена и слушал громкие, почти жалобные стоны Клейна. Герман надавил языком на отверстие в головке, обвёл кольцо и выступающие вены. Попутно он ласкал сжавшиеся яички и не очень сильно сжимал основание. Добившись ещё одного сухого оргазма от Клейна, он отстранился, гладя дрожащие бёдра Клейна. Клейн закрыл глаза, из его рта стекала слюна, а соски на его груди сильно напряглись. Герман убрал руки и пальцами сжал сосок Клейна, снова вырывая громкие стоны, а затем потянул, слегка крутя его пальцами. Клейн двинул бёдрами вперёд и сильно сжал мышцы, чем только доставил себе ещё больше удовольствия от предметов внутри. - Вытащи... я не могу, ах... это слишком хорошо... - взмолился Клейн, безуспешно толкаясь бёдрами вперёд, пытаясь выпустить всё, что накопилось. - Герман... Ах, ах, ах! Герман сжал грудные мышцы Клейна и начал массировать и разминать соски, слегка покусывал и посасывал их, вплотную прижав Клейна к своему телу. Пот и жидкости смешивались на коже и одежде, пока Клейн не ощутил в очередной раз, как стягивает и тут же отпускает низ живота, пока перед его закрытыми глазами вспыхивали и гасли звёзды. Он выдохнул, широко раздвинув ноги, и судорожно дышал, пока Герман вынимал имитатор и вибратор из тела Клейна. Дав Клейну немного отдохнуть, он надел чёрную повязку на глаза Клейна. Этим он показывал, что это ещё не конец. Он провёл кончиками пальцев по анусу Клейна. Липкий, слегка припухший и покрасневший от напряжения, всё ещё раскрытый. Герман частично выпустил мифическую форму и перевернул Клейна на живот, заставляя встать на четвереньки и положить голову на подушку. Тонкое, но плотное, щупальце проникло сразу до кишки, присасываясь выпущенными присосками к плоти и несильно всасывая мясо и тут же отпуская. Герман целовал Клейна, почти кусая его припухшие алые губы, требовательно проталкивал язык, но не так сильно, чтобы Клейн подавился им. Клейн мог только вскрикивать от движений внутри и выгибаться, извиваясь на кровати, пока щупальце прижимается к стенкам мышц и давит на простату. За первым щупальцем проникает второе, за ним третье. Клейн закусил нижнюю губу и выпрямился, вставая на колени. Он закинул голову назад и застонал, прижавшись своим членом к члену Германа. Герман погладил живот Клейна и вытащил щупальца, затем вошёл самостоятельно. Щупальца ласкали грудь и соски Клейна, обвились вокруг бёдер и живота. Он вошёл сразу одним толчком, вбиваясь бешеным темпом, не давая даже вдохнуть. Постепенно он снимал повязку с его глаз, верёвки с его рук и бёдер, последним снял кольцо с уздечки члена. Клейн затрясся, кончая одновременно с Германом. Он упал на тело Германа и тут же выпустил густую струю спермы, содрогаясь от наконец-то достигнутого оргазма. Герман поцеловал Клейна в висок и погладил его по спине. - Спи, мой драгоценный Господь. Я отнесу тебя в ванную. И ты больше никогда не будешь сдерживаться. Или я повторю твоё наказание. Клейн только согласно застонал и провалился в глубокий сон. Его тело горело от сладкой истомы от множественных сухих оргазмов, силы двигаться совершенно отсутствовали. Герман искупал Клейна и, вытерев его чистое тело насухо, уложил своего Бога обратно в кровать. Он лёг рядом и укрыл его и себя тёплым одеялом, слушая спокойное дыхание Клейна.