Бизнес против глянца

      Чонгук, который за секунду до этого чувствовал себя королем любого подиума, под этим тяжелым, бархатным взглядом Тэхёна вдруг ощутил, как по спине пробежали покалывающие искорки. Он аккуратно вложил свою ладонь в широкую ладонь бизнесмена. — Чон Чонгук. И поверьте, мы умеем быть очень приятной компанией, если нас как следует развлечь.       В его голосе проскользнула фирменная дерзость, отчего Тэхён лишь шире ухмыльнулся, не спеша выпускать чужие пальцы из своих.       К этому моменту к столику неторопливо подошли и остальные. Намджун и Хосок держались рядом, и в их парных, синхронных движениях угадывалась поразительная сыгранность. Они словно заполняли собой все пространство вокруг. Юнги же, засунув руки в карманы брюк, остановился чуть позади, продолжая сканировать Чимина своим фирменным, нечитаемым взглядом. — Ким Намджун, — представился старший, слегка поклонившись, но его глаза в упор рассматривали Сокджина. — А это Чон Хосок. Мой… близкий партнер. Во всех смыслах этого слова.       Хосок обворожительно улыбнулся, и в этой улыбке не было ни капли стеснения — лишь чистая, концентрированная уверенность. Сокджин, прекрасно умевший читать намеки и полутона, едва заметно приподнял бровь. «Оу, так они играют на одном поле?» — пронеслось в его голове, и легкий азарт коснулся его мыслей. — Ким Сокджин, — представился он, плавно поднимаясь с кресла. Его шелковая рубашка соблазнительно скользнула по плечу. — А это Пак Чимин. Что ж, раз уж вы нарушили наше уединение, господа бизнесмены, присаживайтесь. Места хватит всем.       Официанты тут же засуетились, сдвигая столы и обновляя бокалы. Рассадка получилась весьма красноречивой. Тэхён без тени сомнения занял стул прямо напротив Чонгука, сразу же вовлекая младшего в тихий, низкий диалог, от которого Чонгук то и дело закусывал губу и прятал улыбку.       Юнги сел с краю, прямо напротив Чимина. Между ними мгновенно повисло ощутимое напряжение. Чимин, лениво покручивая ножку бокала с шампанским, первым пошел в атаку: — Вы всегда так сурово смотрите на людей, Мин Юнги-ши? Или я просто нарушил ваш покой своим громким смехом? — Я смотрю так только на то, что привлекает мое внимание, — ровно ответил Юнги, делая глоток виски. — А ты, Чимин-а, шумишь слишком красиво, чтобы тебя игнорировать.       Чимин от такого обращения слегка опешил, но тут же сладко прищурился. Этот мужчина явно не собирался с ним сюсюкаться, и это безумно заводило.       Тем временем в центре стола разворачивалась куда более сложная шахматная партия. Намджун и Хосок сидели по обе стороны от Сокджина. — Профессия модели, должно быть, сильно утомляет, — мягко начал Намджун, подвигая к Сокджину вазу с экзотическими фруктами. — Постоянные перелеты, диеты… Вам, должно быть, редко удается расслабиться по-настоящему. — Вы даже не представляете, насколько, — вздохнул Сокджин, принимая из рук Хосока бокал со свежим вином. — Иногда хочется просто запереться где-нибудь, где никто не будет говорить, как мне встать и что надеть. — О, поверь, Сокджин-а, — Хосок подался чуть вперед, так что его плечо почти коснулось плеча модели, а голос понизился до интимного полушепота. — В нашей компании тебе точно не придется думать о том, что надеть. Скорее наоборот.       Сокджин едва не поперхнулся вином, поймав на себе одновременные, полные скрытого голода взгляды Намджуна и Хосока. Между двумя старшими мужчинами проскочила искра — они не соперничали за него. Они оценивали его как общую, желанную цель. И Ким Сокджин, всегда любивший быть в центре внимания, впервые почувствовал, как внутри сладко потянуло от предвкушения этой опасной игры.