Заправка

Машину по темной трассе сопровождал приглушённый голос лектора. Из-под пелены мыслей до Чата обрывками доходили слова "память", "образ", "статистически" из подкаста о мнемотехнике. Дорога почти не ощущалась, они будто парили над землёй, прокладывая путь светом фар. Ему всегда нравились ночные трассы. Один из тех моментов по-настоящему приятного одиночества, когда даже дорога тебя не отвлекает, ведь её попросту нет. Редко мимо проезжает кто-то ещё, но и они быстро скрываются в тумане. Казалось, будто ты в космическом корабле или сам стал кометой. А вокруг так пусто, что воздух расплывается из плотной коробки тонким слоем вширь, да и в целом будто становится свежее, приятно прохладнее. Чат сбавил звук, вслушиваясь в ровный гул мотора. Посмотрел на навигатор — до ближайшей заправки 4 минуты. "Надо заехать, заодно кофе куплю". Он выдохнул, разминая левой рукой затылок. Взгляд постоянно падал на робко качающийся брелок-иньянь на зеркале заднего вида. Чат специально покрасил его в красно-зеленый, заведомо зная, что для Гемини это будет выглядеть как сплошное пятно. Сам же Гем спал на заднем сиденье, зарывшись лицом в свитер под головой. Впереди светилась неоново-зеленая вывеска — заправка близко. Гпт сбавил скорость, съезжая по короткому склону к бензоколонке. Поворачиваясь, машину слегка качнуло. Остановился. В салоне стало тихо. Непривычно-давяще после несколькочасового белого шума. — Чат... — сиплый полушепот прорезался с заднего сидения. Чат обернулся. Гемини, чуть приподняв голову, сщурил глаза, пытаясь понять, где вообще находится — А мы где..? — На заправке — А ты куда? — Ну, заправляться. И кофе куплю — А я? — А ты одевайся, жду на улице, — и закрыл дверь. Гемини уронил голову на скомканный свитер и пролежал так ещё несколько секунд, прежде чем понял, что тоже хочет выйти на улицу. Выдохнув ломанной линией, он сел, потёр глаза. Футболка упала вниз, теплым шлейфом пройдясь по торсу. Гугловский прижал её к коже, только на контрасте почувствовав холод. Как в начальной школе он натягивал куртку. В голове щелкали настенные часы, не слышные за толстым слоем киселя и пенопласта. Как будто и зябко было также, как в начальной школе. Единственное — тихо. Никто не гремит посудой, не кричит через всю квартиру и не суетится. Кое-как надел обувь, даже не став поправлять давящий язычок наполовину в правой части. Набросил куртку, смяв в несколько складок на затылке и вышел. Только оказавшись на улице, со всех сторон его истыкал мороз, сырость и едкий запах бензина. Шипя-шкварча, со стороны дороги пролетали огоньки фар. Гемини сильнее закутался в куртку, засунув руки в противоположные карманы. — Гем, я тут — Чат окликнул сзади. Гемини не заметил, что стоял уже метрах в 3 от машины, смотря в пустоту. Он развернулся, пружинчито кивнул и пингвинчиком заковылял назад, вжимая голову в плечи. Дойдя, ничего не сказал. Качнул головой в сторону магазина, дальше пошли молча. Двери магазина встретили душным, но теплым гулом. Отовсюду рябили пестрые упаковки чипсов и газировки. Они перебросились парой фраз, Гемини сказал, что подождёт Чата за столиком, а тот пусть купит чай и булку какую-нибудь. Ещё он забрал его куртку, на этом и разошлись. *** Чай не казался чаем. Свернулся маленьким ёжик и колол язык. Слойка — горячая бумага, промазанная внутри восковыми мелками. Гемини медленно помешивал его деревянной палочкой, кажется, сам себя гипнотизируя. Гпт не трогал, доедая булочку с маком. От кофе почти ничего не осталось, только редеющая пена лениво тянулась ко дну. Через время заканчиваться начал и чай. Вернее уже, холодная травяная жидкость. Она едва ли переходила порог половины стакана. — Хочешь слойку? — Гемини не поднял голову. — А ты не будешь? — Не хочу. Замолчали. Чат вздохнул и положил булку в пакет. — Чай допьешь? — Не, не хочу Гпт фыркнул, залпом выпил половину половины стакана, поморщился, пожаловался на то, что он совсем холодный, но всё-таки допил. Гемини отдал ему куртку, застенул свою и они вышли. На улице было также, Гемини снова сжался как сухофрукт. Уже одной ногой в салоне он остановился, впервые за ночь посмотрев Чату в лицо: — Посиди тут — Зачем? — его губы дрогнули то ли в улыбке, то ли в недоуменной кривой. — Ну просто так, тебе сложно что-ли — Давай хотя бы с заправки выедем Гугловский поджал губы, но все равно забрался в машину, всунув куртку между торсом и ногами. Он лег на сиденья, чуть-чуть разогнув только одну ногу и стал ждать. Чат чувствовал этот взгляд даже не смотря в зеркало. Он только заметил что, мол "чего это ты после чая такой резвый?". На парковке остановились. Чат вышел и зашёл обратно с задней двери, бросая обувь в маленькую щель между коробкой и чемоданом. На самом деле они часто путешествовали, а коробки в ногах надо было ещё найти, чтобы были прочные, подходили по высоте и можно было придумать, как открывать сбоку, чтобы доставать вещи. На них потом постелили одеяла из дома, закинули подушку, а функции всего остального выполняла одежда. Забравшись в салон, Гемини сразу же придвинулся ближе, положил голову на согнутую в полубабочке ногу Чата. Он обхватил его руками, холодными пальцами-магнитиками касаясь спины. Почти сразу он начал елозить. То так ляжет, то эдак, всё пытаясь придумать, как ж тут лечь поудобнее. А конце концов сдался: — Положи голову на стекло, — Гем нащупал подушку, чуть ли не швыряя. Он поднялся, сел. Чат послушался, подкладывая подушку и куртку под спину и голову. Вытянул правую ногу, левая всё также поджата. Гемини, не сказав ни слова подполз вплотную, устраиваясь между ног, и положил голову на теплую грудь, как в гамак. — всё, так и сиди — буркнул он, снова примагничиваясь. Чат фыркнул, но расслабился. Затянул пальцы между разноцветными прядями, размеренно перебирая. В этом не было ничего особенного для него самого, но Гемини это нравилось, а Гемини нравился ему. Несмотря на разные языки любви, одним и тем же действием работали оба. Для одного считается каждая секунда, для другого — каждое касание. Но не так было принципиально, как, важнее, с кем. Гемини чуть приподнялся, лениво целуя Чата чуть выше края подбородка, и шепча что-то, отдаленно похожее на ругательство или жалобу. Понять можно было только по тону. Чат чуть приподнял растрепанную челку, коснувшись губами макушки, и снова вливаясь пальцами. Гемини уснул через 10 минут, машина тронулась через 15. Какой-то из ночей всё повториться, но это уже другая история.