(Не)бывшие

— Намджун не хотел ссориться с тобой. Приходи к нему в студию. Он уже извёлся. Юнги вспоминает об этом когда заканчивает. И вздыхает. Айщ, он так устал. Как же он устал. Если он и пойдёт к нему, то не сегодня. «Раньше меня это не останавливало» думает он и поджимает губы. Стареет. Определённо. — Просто смени замки. — Может не надо так радикально? Намджун сглупил. — Не надо? Потому что как никто другой знает к чему всё привело. — Я не хочу ломать себе жизнь во второй раз. Думал, ты понимаешь. Поспешный вывод. Намджун не хотел мелочиться. И менять замки. Ему казалось, что это слишком. Но для него это не было слишком. Хён не пытался понять, он не пытался слушать. Типичная ситуация. Когда он ввалился домой Чимин уже спал. Добравшись до дивана почти ползком он не решил, что не пойдёт больше никуда. — Юнги. Он отворачивается. — Юнги. Но его зовут снова. Этот голос. — Юнги. Он вертит головой, но найти человека не способен. А здесь ли он? Может ему привиделось? Но его ведь звали. Трижды. — Юнги. Хосок возникает из ниоткуда. — Хосок? Хмурится, ничего не понимая, старший. Откуда в его квартире Хосок? Оглянувшись он понимает. Это не его квартира. Это....улица. И на небе светло. Но он же засыпал. Что за чёрт? — Я так долго ждал тебя. Бывший прижимается к нему. Прикрывает глаза. Расслабляется. Доверяется. — Я тоже. Неожиданно шепчет он. И напротив улыбаются. — Юни, проснись. Трясёт его за плечи младший. «Это всего лишь сон» с облегчением понимает Мин и открывает глаза. — Ты чего на диване? Недоумевает Чимин. — Не дошёл? Он лишь кивает. Парень опускается и целомудренно целует его в лоб. — Вставай. Шепчет Пак. — Уже. Сонно бормочет старший и нехотя садится. — Тяжёлая смена? Они завтракают. — Можно и так сказать. Потирает лицо в попытках проснуться Юнги. Его парень поджимает губы и наклонившись к нему, произносит. — Может, и мне найти подработку? Вопрос сбивает его с толку. — Разве тебе не хватает денег? Искренне не понимает третьекурсник. Он же нормально зарабатывает. Или нет? — Ты меня не понял. Мягко отрицает Пак и берёт его за руку. — Ты столько работаешь. А я не делаю ничего. Я хочу, чтобы и ты отдыхал. Охх. — Минни. Улыбается он. — Ты устаёшь, не отрицай. Обрывает его младший. Большой палец поглаживает руку. Мин смотрит на его. «Он переживает за меня» приходит осознание. — Я не умею готовить, только убираюсь в квартире, а ты работаешь как проклятый. Выглядит так, будто я сижу у тебя на шее. Тихо признаётся Чимин. — Это не так. Качает головой блондин. — Нет так. Упрямится любимый. — Я хочу, чтобы ты ни в чём не нуждался. Их взгляды встречаются. Пак сжимает его руку. Неосознанно. И Юнги понимает, что ему не хватает его. Он либо на парах, либо на работе. Редкие выходные. И постоянная усталость. Так продолжаться не может. — А я хочу, чтобы ты отдыхал. Пожалуй, он будет брать меньше смен. Так и согнуться недолго. — Давай так, — пауза, — я буду работать меньше и проводить с тобой время. А ты пока не будешь думать ни о какой подработке. Чимин кивает. — Хорошо. Он улыбается. — Отлично.

* * * * *

— Юнги. Кто-то окликает его. Обернувшись, третьекурсник замечает группу девчонок. Черлидерши. И им что-то нужно. От него. — Вы с Хосоком снова встречаетесь? Напрямую спрашивает одна. Он знает её. Лидер группы. Дженни. — Разве похоже, что мы встречаемся? Выгибает бровь он. — Значит, нет? Уточняет чирлидерша. Боже, какая тупая. Неужели непонятно? — Нет. Резко бросает Мин и уходит. — Будешь пытаться? Успевает услышать он. Пытаться? Сделать что? Внезапная догадка пронзает голову. Дженни спрашивала не просто так, а для себя. Ей всегда нравился Хосок. Но когда он был с ним у неё не было и шанса. А сейчас, выходит, есть? Хах, он бы посмотрел. Юнги не ошибся. Он фактически дал Дженни и её подружкам зелёный свет. На одной из перемен он застаёт такую картину. — Хосок, не поможешь мне? Кокетливый противный голосок. Буэ. Он никогда бы не согласился. — С чем? Он. Но не Хосок. — Да у меня тут молния не застёгивается, не посмотришь? Дженни поворачивается спиной, открывая вид на полураскрытый топ. Эффектно. Весьма эффектно. Но Юнги не трогает. Впрочем, как и Хоби. — Уверен, твои подружки справятся с этим. — Но.... Пытается возразить она. — Пока. Желает Чон и, развернувшись, замечает его. — Ревнуешь? Старший моргает. Он? Ревнует? С чего бы? Между ними давно всё. У него есть Чимин. Они друг для друга в прошлом. Так с чего ему ревновать? — Веселюсь. Усмехается староста. Бывший поднимает бровь. — Дженни никогда не была в твоём вкусе. И никогда не будет. Только ей это понять не дано. Хосок подходит к нему. — У меня всегда был ты. Эти слова звучат как пощёчина. Потому что Юнги дёргается. Потому что они снова близко. Но так быть не должно. Это в прошлом, чёрт возьми! В прошлом! — Ключевое слово "был". Осипшим голосом отзывается он и собирается уйти, когда младший останавливает. — Будешь избегать меня? Мин замирает. — Да, — пауза, — пока да. Он прекрасно понимает, что это не ответ. Но сказать даже самому себе не может. Будет избегать? Будет. Потому что всё это слишком. Потому что ему это не нужно. Чон Хосок это игра с огнём. И он не готов проиграть. На большой перемене они снова встречаются. В столовой. Только в этот раз между ними Чимин. — Моя контрольная это что-то. Воодушевлённо рассказывает младший. Юнги слушает. Честно слушает. Пока не появляется группа черлидерш и не окружает сидевшего в одиночестве Хосока. Его внимание против воли сосредотачивается на них. — И я.... Доходит до кульминации в своём рассказе Пак, но, заметив его взгляд, обрывает себя на полуслове. — Юни? Когда он не реагирует, второкурсник оборачивается. — Дженни опять пытается кого-то охмурить. Бедный парень. Не повезло ему. С сочувствием выдыхает он и возвращается к столу. Мин моргает. И отводит взгляд. — Ага. Только и отвечает он, на что младший интересуется. — Твой знакомый? Блондин даже не сразу понимает о ком он. — Вроде того. Не слишком честно. Просто знакомым Чон Хосока сложно назвать. Просто знакомый не может быть человеком, с которым ты встречался со школы. Просто знакомый не может быть человеком, которого ты любил. Вернее, думал, что любил. Это кто угодно, но не "просто знакомый". — Не видел его раньше. Задумчиво говорит Чимин. — Да, он....отсутствовал. И его "отсутствие" стало причиной их разрыва. Но Чимину это знать необязательно. Пусть они будут просто знакомыми в его глазах. Кем угодно, но не бывшими. — О. Понятливо кивает младший. — Кстати, ты ведь знаешь, что у нашей баскетбольной команды в конце недели начинается турнир? Он хмыкает. Тело содрогается. Баскет. Турнир. Да, он знает. Конечно знает. Потому что когда-то был их частью. Потому что когда-то участвовал в этом сам. — Да. С трудом выдыхает он. Потому что вспоминать об этом больно. Всегда. — Извини. Младший знает. Знает как никто другой. Ведь это он заставил его поверить, что жизнь на баскетболе не заканчивается. Он вытянул его со дна. — Хён, хён, хён! Пытается остановить его Пак. Но он уворачивается. Пытается забросить в кольцо, но промахивается. Он уже не тот. Прежний он никогда бы не промахнулся. — Остановись. Юнги не слушает. Потому что не может поверить, что его карьере пришёл конец. — Юнги! Младший встаёт перед ним. Хватает за руки. Пытается поймать его взгляд. Он готов всхлипнуть. Потому что жалок. Слишком жалок для того, кто раньше был легендой. — Я не могу. Обессиленно шепчет Мин. — Не могу играть, понимаешь!? Уже кричит он. — Я бесполезен! Руки дрожат. Как и он сам. Но он ничего не может сделать. Слишком долго сдерживался. Слишком много эмоций внутри. И они вырываются наружу. — Ты не.... Хочет возразить Чимин, но он не даёт. — Я жил баскетболом, Чимин! А теперь не могу даже в кольцо забросить, не то что играть. Как мне жить теперь?! Скажи, как!?! Юнги не понимает. Но уверен, что не справится. Чёртова авария сломала ему жизнь. Вместо ответа младший просто притягивает его к себе и, обхватив щёки, целует. Брови взмывают вверх. Что!? Что, чёрт возьми?!! — Мы справимся, хён. Оторвавшись, обещает Пак. — Вместе. Он заглядывает ему в глаза. И больше не сомневается. Да, это то, что ему нужно. — Вместе. Сжимая в объятиях, повторяет блондин. С того дня они начали встречаться. С того дня Юнги понял, что Чимин нужен ему как воздух. С того дня они больше не разлучались. — Я не специально. Виновато бормочет любимый. — Ничего. Стеклянная улыбка. — Я понимаю. Пак Чимин никогда не причинит ему боль намеренно. И он никогда бы не стал. — Сходим на матч? Пора смотреть в лицо своим страхам. Юнги старался не пересекаться с бывшими сокомандниками почти полгода. С момента ухода. Он не мог. Но может сможет сейчас? — Ты уверен? Взволнованно тянет Чимин. И он после недолгого молчания отвечает. — Да, — пауза — давай сделаем это.