ОТ МЕХИКО ДО САН-ФРАНЦИСКО (путь примирения)

Две недели спустя.    Чимин стоял у окна их квартиры в Сеуле и смотрел, как город просыпается. Где-то внизу начиналась обычная утренняя суета машины, люди, голуби. А здесь, на тридцать пятом этаже, было тихо.Позади послышался шорох простыней, и тёплые руки обвили его талию. — Ты чего не спишь? — сонно пробормотал Чонгук, утыкаясь носом в его плечо. — Смотрю на город, — ответил Чимин, накрывая его руки своими. — Думаю. — О чём? — О том, как мы сюда попали. Чонгук поднял голову, взъерошенный, сонный, невероятно красивый в утреннем свете. — В смысле? Мы просто приехали на такси. Чимин рассмеялся. — Я не о квартире, дурачок. Я о нас. О том, как мы прошли через всё это и остались вместе. Чонгук посмотрел на него ,потом взял его лицо в ладони и поцеловал легко, почти невесомо. — А я никогда не сомневался, — сказал он. — Даже в ту ночь в Мехико. Даже когда говорил те ужасные слова. Где-то глубоко я знал, что мы справимся. — Откуда такая уверенность? — Потому что нить, которая нас связала... — Чонгук взял его руку и прижал к своей груди, туда, где билось сердце, — она здесь. И она крепче всего на свете. Чимин смотрел на него, и в его глазах блестели слёзы не боли, не страха, а тихого, спокойного счастья. — Ты стал мудрее, — сказал он. — Это ты на меня так влияешь, — усмехнулся Чонгук. Они стояли у окна ,два человека, которые прошли через огонь, воду и медные трубы и мире проблем и недопониманий . Которые научились любить в тени, а потом при свете. Которые падали, разбивались и снова собирали себя по кусочкам.Ради друг друга. А где то на другом конце города Джин сидел на кухне с чашкой кофе и смотрел, как Намджун пытается приготовить яичницу, но у него, как всегда, получается что-то похожее на абстрактную живопись. — Ты уверен, что это можно есть? — спросил Джин, разглядывая подгоревшие края. — Искусство требует жертв, — торжественно ответил Намджун, перекладывая яичницу на тарелку. — Искусство требует, чтобы мы заказали доставку, — парировал Джин, но всё же взял вилку. Они ели молча . уютно, спокойно, как будто так было всегда. — Джин-а, — сказал Намджун, не поднимая глаз. — М? — Ты счастлив? Джин отложил вилку, посмотрел на Намджуна на его вечно взъерошенные волосы, на родинку под глазом, на его серьёзное, немного испуганное лицо. — Дурак, — ответил он. — Конечно, счастлив. — Даже после того, как я сжёг яичницу? — Даже после этого. Намджун улыбнулся той улыбкой, которую Джин называл «моя любимая» и которая появлялась только для него. — Тогда я спокоен, — сказал Намджун. Джин наклонился и поцеловал его в уголок губ. Тренировочный зал, час спустя. Хосок приехал раньше всех, как всегда.Он разминался у зеркала, слушая музыку в наушниках, и чувствовал, как тело наполняется энергией. Танец был его жизнью. Был всегда и будет всегда. — Ты опять первый, — раздался голос сзади. Хосок обернулся. Юнги стоял в дверях, с чашкой кофе в одной руке и с вечно усталым, но тёплым взглядом. — А ты опять с кофе, — усмехнулся Хосок. — Ты его уже пять штук сегодня выпил? — Всего три, — ответил Юнги, садясь на пол. — И не считай. Хосок подошёл и сел рядом. — Юнги-а, — сказал он. — М? — Спасибо тебе. — За что? — За то, что ты есть, — ответил Хосок, глядя на него с такой искренностью, что Юнги смутился. — За то, что когда все сходили с ума, ты оставался скалой. За то, что ты наша тихая гавань. Юнги молчал несколько секунд, а потом протянул руку и сжал плечо Хосока. — Ты тоже, — сказал он. — Ты — наше солнце и никогда не переставай светить. Они сидели так на холодном полу тренировочного зала и чувствовали, что всё правильно. Всё на своих местах. Студия звукозаписи Тэхён сидел за пультом, слушая готовый трек. В дверь постучали. — Войдите, — сказал он, не оборачиваясь. Вошел Намджун. — Что делаешь? — спросил он, садясь рядом. — Пытаюсь закончить, — ответил Тэхён. — Но не хватает чего-то. — Чего? Тэхён повернулся к нему — задумчивый, уставший, но светящийся изнутри. — Не знаю. Может, фразы. Может, ноты. Может, просто... времени. Намджун положил руку ему на плечо. — Не торопись, — сказал он. — Хорошие вещи требуют времени. — Как мы с Чимином? — усмехнулся Тэхён. — Как вы с Чимином, — кивнул Намджун. — Как все мы. Тэхён посмотрел на экран, на которого смотрел на готовую почти песню, и улыбнулся. — Знаешь, хён, — сказал он. — Я рад, что мы есть друг у друга. — Я тоже, — ответил Намджун. — Я тоже, Тэхён-а. *** В тот вечер они собрались все вместе.Квартира Намджуна на ужин, просто так. Без повода. Без праздника. Просто потому, что соскучились.На столе было много еды — кто-то принёс мясо, кто-то салат, кто-то просто чипсы и пиво. Джин ворчал, что это несерьёзно, но сам же и начал первым есть чипсы.Хосок рассказывал историю, активно жестикулируя, и чуть не опрокинул стакан с соком. Тэхён спас его в последний момент и гордился собой.Юнги сидел в кресле, смотрел на всех с лёгкой улыбкой и молчал , но его молчание было красноречивее любых слов.Чимин и Чонгук сидели на полу, прислонившись к дивану, и их пальцы были переплетены. Намджун поднял бокал. — За нас, — сказал он. — За BTS. За ARMY. За то, что мы есть друг у друга. — За то, что прошли через всё, — добавил Джин. — И остались вместе, — закончил Хосок. Бокалы звякнули, и в этой простой, бытовой сцене было столько любви, что, казалось, она заполняла всю вселенную.Чимин повернулся к Чонгуку и прошептал так, чтобы никто не слышал: — Помнишь, я сказал тебе в Мехико, что нить, связавшая нас, связала навечно? Чонгук кивнул. — Я был прав, — сказал Чимин. — Это навсегда. — Навсегда, — повторил Чонгук. Они поцеловались уже не стесняясь, не прячась.Джин увидел и закатил глаза, но улыбнулся.Хосок снова чуть не заплакал.Юнги сделал вид, что смотрит в телефон.Тэхён улыбнулся и подмигнул Чимину.Намджун вздохнул с облегчением так как будто всё это время держал что-то тяжёлое и наконец отпустил.За окном сиял Сеул.Их город.Их дом.Их вечность. От автора Знаешь, читатель… Я долго думала, писать это или нет. Потому что такие вещи обычно не объясняют словами. Их чувствуют. Или не чувствуют. Но раз ты дочитал до конца значит, чувствуешь. Или хотя бы пытаешься. Спасибо тебе за это.    Эта история — просто моя фантазия. Давай назовём вещи своими именами. Я придумала её в своей голове, в свои бессонные ночи, когда смотрела фанкамы и думала: «А что, если?..» Что, если за этими улыбками, взглядами, касаниями есть что-то большее? Что, если все эти годы они не просто играли для камер? Я не знаю правды. Никто из нас не знает. Может быть, Чимин и Чонгук просто друзья. Может быть, братья. Может быть, нечто большее. Может быть, всё, что я написала далеко от реальности. А может быть, я случайно угадала что-то, что на самом деле происходит за закрытыми дверями их отелей, их жизни. Кто знает? Не я. Не ты.   И это нормально.Потому что неважно, что именно связывает Чимина и Чонгука. Дружба. Любовь. Что-то третье, для чего у нас нет названия. Важно другое: они есть друг у друга. Всегда. В самые тёмные ночи, в самые тяжёлые дни, в моменты, когда мир рушится и кажется, что нет сил подняться.Я смотрела сотни видео. Тысячи. И знаешь, что я заметила? Не только я ,думаю все заметили.То, как Чонгук смотрит на Чимина, когда тот не видит. Как Чимин касается Чонгука, будто проверяя, что он рядом. Как они смеются вместе, когда остальные не понимают, над чем. Как поддерживают друг друга ,молча, без лишних слов, одним взглядом.Это не придумаешь.Это не наиграешь.Это либо есть, либо нет.И оно есть. Что бы это ни было — это есть.    Может быть, они любят друг друга так, как любят в романах и дорамах. Может быть, они просто два человека, которые прошли через многое вместе и стали друг для друга семьёй в самом высоком смысле этого слова. Может быть, они — соулмейты. Не в романтическом, а в экзистенциальном смысле: две половинки, которые нашли друг друга в этом безумном мире. Я не знаю.Но знаю другое: эта история — не о том, что они делают в постели. Она о том, что они делают в жизни. Как поддерживают друг друга. Как спасают друг друга от одиночества, от отчаяния, от самих себя.Потому что быть рядом это не только держаться за руки на сцене. Это когда ты знаешь, что в три часа ночи можешь постучать в его дверь, и он откроет. Это когда ты можешь заплакать на его плече, и он не спросит «почему», а просто обнимет. Это когда вы ссоритесь, говорите ужасные вещи, расходитесь по разным углам , но всё равно возвращаетесь. Потому что не можете иначе. Это и есть любовь. Не та, которую показывают в кино. Настоящая. Та, которая болит. Та, которая лечит. Та, ради которой стоит просыпаться каждое утро и идти дальше даже когда кажется, что сил нет. Я написала эту историю для тех, кто верит. Для тех, кто смотрит на Чимина и Чонгука и видит не просто «шип», а нечто большее. Для тех, кто понимает, что любовь бывает разной и все её формы имеют право на существование. Для тех, кто сам когда-то любил и был любим. Или не был, но надеется. Я не знаю, как всё на самом деле. Но я знаю, что BTS важны друг для друга. Каждый из них. Все семеро. Их связь это то, что держит их на плаву в этом безумном мире славы, денег и ожиданий. И я рада, что они есть друг у друга. И что у нас есть они. А Чимин и Чонгук… Пусть будет то, что будет. Пусть будет то, что есть. Главное что они рядом. Всегда. Вне зависимости от того, что написано в контрактах, что говорят хейтеры, что пишут в соцсетях. Они есть. И это чудо. Спасибо, что прочитали эту историю до конца.Спасибо, что поверили хотя бы на время чтения. Спасибо, что вы есть со своей любовью, со своей болью, со своей надеждой. Мы все немного Чимин. Мы все немного Чонгук. Мы все хотим, чтобы нас любили настоящими, со всеми нашими трещинами и шрамами. И это нормально. Продолжай верить. Продолжай любить. А я, возможно, напишу ещё что-нибудь.Ведь у каждой истории есть продолжение. И оно всегда заканчивается словами: Borahae 💜 Твой автор, который просто верит.