Юнион Плаза

      Дверь зашипела со всех сторон, и голова наконец прояснилась. - Ну наконец-то, блин! Колени жалобно захрустели - следовало только подумать о том, чтобы встать с кресла. Но, учитывая не лучшую его мягкость, пришлось. Белые штанины шоркнули друг о дружку, цепляясь металлическими заглушками, к которым обычно крепились тросы. Скафандр был явно не самый новый. Оно и понятно: несколько лет обслуживания орбитальных станций, спутников, даже ровера, который при взлёте с Земли сорвался со стоек и приложился об стену внутри отсека ракеты. Такова была не самая лёгкая участь инженеров-программистов в нынешние 90-е. Правильно! Зачем учиться на нормальную профессию, отмучиться ещё на половине сорокетника и пойти в офис? Если есть целая компания, которая берёт исключительно здоровых (и, возможно, немного двинутых) кандидатов для еженедельных проверок здоровья, постоянных подъёмов в пять утра, тестов на перегрузки и экзаменов по устройству мира сего. «Призма» по факту захватила рынок космических технологий и подготовки таких кадров. Разработать навороченный мультитул для работы в вакууме и на базах? Пожалуйста! Отправлять людей в космос по всей округе или на лунный санаторий, словно это стандартный рейс Москва–Питер? Запросто! Такая компания просто не могла появиться из ниоткуда, из-за космической гонки, которую устроили полмира. Да, поначалу всё было как соревнование «кто первый»: первый спутник, первый выход человека в космос, первая посадка на Луну, первая постоянная база в космосе и на той же Луне, первый туристический рейс за пределы атмосферы. Везде было это «первый», словно малые дети, ей-богу, в догонялки играют за признание сверстниками твоей скорости, которую ты предпочёл безопасности. Тем временем давление в модуле стабилизировалось, и взгляд наконец упал дальше - в темноватый от тусклого освещения коридор со светлыми стенами. По бокам, вдалеке, виднелись такие же герметичные прямоугольные дверцы. Нога ступила вперёд и чуть не попала в зазор. Инженеры благоразумно сделали его шириной в две трети ботинка стандартного скафандра, так что когда передний и задний края подошвы нашли опору, а середина — нет, всю стопу пробило весьма неприятной болью от такого угла поворота сустава. - Вот же ж… твою мать… Некоторое время спустя коридор кончился, и пафосно выглядящая дверь со скрипом спрятала створки в стенах, явив взору… ещё один коридор - поменьше, с мелкими дверьми в стенах и большим окном в конце. Выглядело, конечно, футуристично - но чего ещё ожидать от самого технологичного здания из когда-либо созданных? Ноги понесли тело к панорамному окну в конце коридора. Приблизившись, стекло резко стало почти невидимым - автоматическое затемнение спало, и глаза чуть не прожгло насквозь. Одна рука метнулась к лицу, мгновенно закрывая его от мучений, вторая нащупала на стене что-то вроде физического ползунка. Рука сама дёрнула его в сторону - и красные отблески сквозь кожу над глазами исчезли. Ладонь медленно слезла с лица, веки приоткрылись, и наконец взгляд упёрся в нормальную поверхность. Ну, насколько вообще нормальной может быть поверхность Луны. Вся серая, пыльная, однотонная. Скучная? Отнюдь! - Пф-ф, умеют же, когда хотят, вид найти получше. Глаза зацепились за какую-то антенну сбоку, где-то за камнями в далеке, потом за баки с той же стороны - всё высотой не меньше десяти метров, а может, меньше, а может, и больше. Насколько вообще привычны ориентиры в виде камней одного цвета и одной формы? Взгляд всё же оторвался от окна и прошёлся по пронумерованным дверям вдоль стены. - С20-14… У15-07… Е56-11… чё за фигня? Уверенный шаг скользнул к первой двери, и рука потыкала ручку туда-сюда. Хотя какая это ручка — скорее просто углубление… - А… монитор… Рука скользнула по экранчику. На нём была только надпись снизу "открыть дверь" и схематичное изображение двустворчатой двери, которая, за неимением ручек, видимо, разделялась посередине и половинки прятались в стены. Звук открытия оказался странным, да и сама дверь была просто поднимающимся в потолок куском герметичного металла, а вовсе не двустворчатой. Но проём открылся, и взору предстала на удивление почти обычная комната. Слева стояла застеленная кровать, рядом - тумбочка с какой-то штукой, похожей на бластер Nerf, и прислонённая к ней плашка с цифрами. Разглядеть их с трёх метров, не сощурившись до ширины атома, было невозможно. В дальнем конце комнаты под потолком висел проектор, который, видимо, пока не работал. Справа виднелись шкафчики, похожие на те самые американские дистрофичные высокие школьные шкафы, а между ними - что-то вроде банкомата, только чуть уже, с таким же расположением экрана, но без клавиатуры (опять сенсорный). - Уютненько… но пахнет, конечно… как суп из герметика. Палец скользнул по экрану, открыв три плашки в нижней панельке, а на рабочем столе красовались стандартные зелёные луга. - Почта, клавиатура и… САТ? - Не кот, всё на русском. Палец нажал на «почту». Три сообщения. От: Кейт Фрейз (Администратор безопасности) Кому: Терминал С20-14 Привет. Наверное, ты ещё не привык к таким базам. Извини, что не прислала инструкции раньше. На базе большие проблемы. Посетителей «Луны Плаза» перевели на Электрониковскую станцию и возместили неудобства. Ближе к сути: ИИ взбесился, включил АСБ (Автоматическая Система Безопасности) по всей территории, а роботы перестали работать, за исключением ИК и пятой модели. Вот только пятёрки работают максимум по одной одновременно, а ты, наверное, сам понимаешь, что это не дело. В общем-то, поэтому тебя и пришлось нанять. Исправь, пожалуйста, всё как можно быстрее по прилёту. Буду ждать тебя в жилом отсеке у себя, там и обсудим всё с остальными. От: Джонни Даггер (Инженер) Кому: Терминал С20-14 Чувак, я рад, что наконец-то всё это починят. Очень жду твоего прилёта и надеюсь, ты после работы сможешь немного отвлечься с нами. А то среди серых камней и серых стен слишком скучно всем троим этого блока. Химики и физики пусть дальше мучаются в своей лабе, она, слава богу, отдельно от основного крыла, скучные типы. От: Кейт Фрейз (Администратор безопасности) Кому: Терминал С20-14 Чуть не забыла: у тебя на тумбочке стоит САТ. Это главный инструмент вообще всего экипажа базы. Я, конечно, понимаю, что у тебя рука намётана на более приличные инструменты, но взрывов у нас не было, а то, что было, починим сами. Просто разберись с АСБ. Вот краткая сводка: САТ - Система Автономного Техобслуживания. Работает на аккумуляторах, которые встречаются по всей базе: могут лежать отдельно, могут - в специальных ящичках на стенах. Аккумулятор вставляется сбоку, там есть разъём. Над ним - кнопка беспроводного подключения, с её помощью можно соединяться с проекторами и терминалами на базе. Там увидишь подробнее, что можно делать. Рядом — кнопка размагничивания. Нужна, если экранчик начнёт плыть или создавать помехи сам себе. При нажатии система за полсекунды сбрасывается, и ему становится легче дышать. Если нажмёшь на спусковой крючок - долбанёшь током того, кто встал в пределах трёх метров перед тобой, но если это будет что-то кроме электрики, я лично проведу тебе презентацию двухсотстраничного мануала по безопасности. Также спереди есть предохранитель: если надо стрелять - затвор вперёд, если не надо - назад. Ещё ты сможешь находить моды для САТа по всей базе, у каждого свой слот. На месте разберёшься. Береги себя. Взгляд после прочтения метнулся к Nerf’у, который обозвали САТом. Как только рука тронула приклад… - Здравствуйте, я - ваш… - Твою мать!!! С грохотом САТ упал на железный пол. - Тише, тише, дышите. Если у пользователя паническая атака, проблема с психикой или ему нужна иная помощь - обратитесь к Меррику Ломонсову, он будет принимать вас в четырнадцатой комнате блока В жилого отсека, или в мед блоке торговой зоны. - Да нет у меня панической атаки!.. Зачем так пугать? Меня никто не предупреждал, что со мной сварочный аппарат разговаривать будет! - Я не сварочный аппарат, я САТ — Система… - Да понял я… уймись. «Хм, может, даже слишком технологичное здание», - пронеслось в голове, но тут же перекрылось мыслью поднять устройство с пола и осмотреть. На боку были три кнопки: переключатель питания, кнопка для соединения и кнопка размагничивания. Также имелись две откидные пластинки — видимо, для модулей — и коротенький затвор сбоку, а на верхушке спереди — должно быть, предохранитель. - М-да… фундервафля какая-то… - Я не… - Да уймись ты! Потом разберусь с твоим галдежом, выкручу тебе динамики. Вернувшись к терминалу и нажав на надпись «клавиатура». Действительно, появилась экранная клавиатура. Вот только что туда писать? - Пользователь должен вписать номер своего бейджа в терминал для активации. - И где бейдж? - Вы его уронили на пол, вместе со мной Спустя минуту шорканья по полу и спасения бейджа из-под шкафа, руки простучали по клавиатуре «2448» с найденной карточки. САТ приказал повесить бейдж на соответствующее место на груди скафандра. - Бейдж активирован. Здравствуйте. Проследуйте в лифт для перемещения по базе и устранения неполадок, - донеслось из терминала. - Ух ты, смотри-ка, САТ, ты не один такой разговорчивый. Ревнуешь? - Если у пользователя паническая атака, или… - Понял, заткнись. «А где, собственно, лифт?.. Ну как минимум в коридоре», - мелькнуло в мыслях. Новоиспечённый член экипажа «Луны Плаза» вышел в коридор, и действительно: прямо перед носом оказалась двустворчатая дверь прямоугольной формы. - Пф-ф, надеюсь, хоть где-то дверь соответствует диаграмме на экране. - На базе присутствует 185 дверных проёмов, из которых… - Ну реально же динамики выкручу!!! На экране возле двери были только две вкладки: «Дверь» и «САТ». - Кстати, а чё делает вкладка САТ? - С помощью этой вкладки вы можете подключаться к некоторым терминалам и проверять свой САТ на системные ошибки. А в некоторых случаях для открытия двери нужна идентификация - тогда и следует подключать САТ с помощью отдельной кнопки сбоку. - Посейдон, подвинься, есть новый кандидат на титул Бога воды… воды в речи... Кнопка быстро была нажата вместе с вкладкой на терминале, и, подключившись, наконец дверь открылась. Эта хоть соответствовала анимации открытия. В лифте царил какой-то странный беспорядок: швабры лежали по бокам, на терминале виднелись трещины и подтёки чего-то тёмного, какие-то приборы стояли башенкой в одном из углов. - Просторный, однако, лифт. Даже со всем этим хламом сюда можно спокойно четверых засунуть. На терминале был выбор: «Шлюз» (уже на месте), «Торговая зона» и «Жилой отсек». Палец пока что ещё чистого белого скафандра нажал на иконку жилого отсека. Лифт ехал, будто на последнем издыхании: его трясло, свет мигал, словно в хорроре. Но с горем пополам доехали. Дверь открылась, и так же широко открылись удивлённые глаза. - Еб вашу мать… так было всегда? Взгляд метался по всему тому хаосу, что открылся впереди. Свет в помещении… ну, лампам пришёл конец. Они свисали с потолка, а парочка упала и разбилась об пол. Проектор светил на стену с явными помехами. Два эскалатора в конце помещения, оба ведущие вперёд вниз, не работали. Один был завален каким-то хламом, но второй хотя бы оставался свободен. - Так быть не должно, - раздался роботизировано-безразличный голос. Рука сразу дрогнула, ища ту самую кнопку для подключения к проектору. Через несколько секунд глаза уже вовсю разглядывали интерфейс. - Задачи… база данных… инструкция САТ… чё-то как-то не густо. - Большего и не нужно. - База данных… ага… мой код 2448… и всё?! - Здесь отображаются все пароли и номера бейджей, которые я записал за время вашей работы. - Ага… короче, как заметки со всеми паролями. А в инструкции… ну да, ничего нового. Вдруг глаз заметил какое-то изменение слева. Голова повернулась, но… ничего. Всё та же темноватая комната, освещённая только светом проектора и отголосками со стороны эскалаторов. К счастью, никакая чубака во тьме не пряталась. Но насторожило другое. - А чё лифт уехал? Его же никто не вызывал? - Двери лифта всегда открыты, и он в это время стоит на последнем посещённом этаже. - Тогда почему он закрыт и уехал в торговую зону?.. О, возвращается! Ура, наконец-то Кейт или кто-то ещё из персонала нашлись! Надеюсь, меня не разыгрывают. Гул моторчика приближался, пока не затих чуть выше этажа. Двери лифта открылись, и там… еле видно - света маловато. - О, наконец-то хоть кто-то! Я вот прилетел… Фигура резко ускорилась и с металлическим лязгом двинулась вперёд. Голос сразу затих. «Чёрт, зачем так пугать? Это человек в экзокостюме или пятая модель?» Но вместо ответа фигура приблизилась вплотную, не остановилась, и что-то твёрдое, железное, чуть округлое - видимо, манипулятор робота - врезалось чуть ниже стекла шлема. Скафандр в этом месте, к несчастью, был достаточно мягким для такого удара, и бóльшая его часть пришлась прямо на правый бок шеи. Мозг на секунду отключился, тело повалилось назад… а там был эскалатор. И бедное тело инженера-программиста, которого никто не готовил к нападениям с последующим кубарем по лестнице, жёстко приложилось об пол в самом низу. - К-х… что это… было… Между губ и на языке появился металлический привкус, но сейчас было не время стонать на полу. Та самая фигура резко остановилась посреди эскалатора, и теперь хоть какой-то свет падал на неё. - Это робот-помощник? Пятая модель!.. Я, конечно, слышал слухи, что у них сенсоры камер в темноте плохо работают, но чтоб настолько!!! И всë же тело ломило так, что перед глазами плыло, но всё же кое-как удалось встать. Свободная рука тёрла скафандр в том месте, куда пришёлся удар, словно это могло унять растекающуюся под кожей боль. Пальцы нащупали САТ, и прицел упёрся в фигуру, замершую на эскалаторе. - Эй… САТ… - голос вырвался хриплым, сорванным; в горле булькало что-то тёплое и солёное. - Почему он не шевелится? - Системы нападающего остались без напряжения. Ждёт пакета данных. Шаги зашоркали назад, но почти сразу позади, приглушённо, зазвучал знакомый металлический лязг - где-то из глубины. Реакция ударила быстрее мысли: глаза за пару секунд обшарили всё вокруг - оранжевый коридор, двустворчатые двери по бокам. Тело бросилось вперёд, бегом несясь к ближайшей серой створке, не раздумывая, наугад, лишь бы дальше от звука. Паника гнала, заставляя лёгкие рвано втягивать воздух, отчего горло обжигало и снова наполняло рот металлическим привкусом. Ноги сами занесли в первую попавшуюся комнату - почти близнец той, где остались сообщения от экипажа. Пальцы, трясущиеся и скользкие под скафандром, нашарили экран внутри помещения, вдавили блокировку. Дверь с шипением сомкнулась. Облегчение нахлынуло - а вместе с ним и боль. Такая, что колени подогнулись. Тело согнулось пополам, из горла вырвался сдавленный, булькающий кашель, на губы брызнуло красным. Перед глазами поплыли тёмные круги, а из уголков сами собой потекли слёзы - не от страха, от чистой, невыносимой рези в шее. Шлем был сорван и отброшен; пальцы не слушались, но справились. Экран САТа, включённый как зеркальце, показал шею. Место удара вздулось багрово-синим, кожа лопнула по краям гематомы, и оттуда, пульсируя в такт сердцу, сочилась тёмная струйка, убегая под ворот скафандра. Но это было почти не важно. Хуже - внутри: горло горело и смыкалось, каждый вдох давался с хрипом, будто воздух проходил сквозь мятую трубку. Язык то и дело натыкался на солёное железо крови, стекавшей откуда-то из глубины. Тело затряслось в новом приступе кашля, и на пол упала пара тёмных капель. В ушах стоял ровный гул, но мозг ещё цеплялся за происходящее. Сочетание паники, разбитого горла и потери крови делало своё - комната то расплывалась, то становилась пугающе резкой. - Эй… САТ… - голос булькнул где-то глубоко в горле, сорванный и влажный. - Это серьёзно? Секунду тишина. Затем из динамика донеслось - спокойно, почти заботливо: - Повреждение мягких тканей шеи справа. Частичный разрыв капилляров. Умеренная асфиксия из-за отёка гортани. Рекомендация: принять горизонтальное положение и дышать ровно. Глубокие вдохи противопоказаны - могут спровоцировать полное перекрытие дыхательных путей. В ушах зашумело сильнее. Список был сказан буднично, словно речь шла о замене прокладок в шлюзе. Тело, согнутое у стены, сползло ниже. Пальцы разжались, отпуская край шлема, и он глухо стукнулся об пол. Перед глазами снова поплыло, но теперь к кругам добавилась резкая, пульсирующая темнота с краёв. - САТ… - выдох сорвался сипом, - ты мог бы… просто сказать «да». - Подтверждаю. Да, это серьёзно. Короткий смешок дорого обошёлся: горло сжал спазм, и тело выгнулось, закашлявшись мокро, с присвистом. На пол шлёпнулся ещё один тёмный сгусток. Рот наполнился теплом и солью - язык уже не различал, кровь это или просто подступающая паника. Ладонь сама метнулась к шее и замерла, не решаясь прикоснуться к вздувшемуся багровому бугру, который теперь пульсировал всё быстрее. - Ладно… - просипело еле слышно. - Варианты? Пауза. САТ молчал непривычно долго, и в этой тишине собственное дыхание звучало как скрежет. - Медицинский отсек. Вероятность функционирования - неизвестно. Текущее местоположение: неизвестно. Связь с персоналом базы отсутствует. АСБ изолировала каналы. Альтернативный вариант: аварийная аптечка в терминальных комнатах. В данной комнате аптечка отсутствует. Перед глазами всё плыло. Тело медленно сползало по стене, плечи сами искали опору. - И… всё? - Рекомендовано сохранять неподвижность и дышать ровно. Дополнительная опция: прижигание места удара электрическим разрядом через контакты САТ. Вероятность остановки отёка - семнадцать процентов. Вероятность летального исхода - выше. Губы дёрнулись сами. Смеяться было нельзя, горло тут же напомнило о себе тупым спазмом. Рука сжалась на корпусе САТа, большой палец сам скользнул к кнопке размагничивания, подальше от предохранителя. - Отставить… прижигание… - Принято. Темнота в глазах то накатывала, то отступала, оставляя после себя липкий холод в конечностях. Где-то внутри медленно, но верно зрело понимание: никто не придёт. - САТ… - выдохнуло сквозь сжатое горло. - Найти аптечку говоришь? В других комнатах? - Вероятность наличия аптечки в одной из соседних терминальных комнат - сорок четыре процента. Сканирование помещений через дверные терминалы возможно при подключении САТ. Однако рекомендован покой. Рука, трясущаяся и чужая, потянулась к шлему. Пальцы подгребли его ближе, нащупали край. - Покой… это не наш метод. Тело оторвалось от стены рывком. Перед глазами всё поплыло, горло обожгло болью, но ноги устояли. САТ в одной руке, шлем в другой - больше ничего и не требовалось. - САТ… веди. Где ближайшая дверь с возможной аптечкой. - Выполняю. Прямо по коридору. Третья дверь слева. Рекомендация: двигаться медленно. Вероятность потери сознания на маршруте - шестьдесят два процента. - Спасибо за оптимизм… Шаг. Ещё один. Ноги слушались через раз - левая ступала твёрдо, правая подволакивалась, цепляя носком ботинка стыки панелей. Коридор плыл перед глазами, оранжевый свет то тускнел, то вспыхивал слишком ярко, бил по зрачкам. Горло на каждый вдох отзывалось тупой, разбухающей болью, и где-то там, внутри, всё ещё булькало. Язык машинально собирал солёное с губ. - Третья дверь слева… - прохрипело вполголоса. - САТ… сколько ещё? - Двадцать четыре метра. Рекомендую снизить темп. - Рекомендуй… что-нибудь полезное… Ответа не последовало. Шаги зазвучали чуть медленнее - тело само сбросило скорость, потому что перед глазами снова начало темнеть с краёв. Пришлось на секунду остановиться, привалиться плечом к стене. Металл холодил даже сквозь скафандр. Хорошо. Впереди, метрах в десяти, коридор расширялся в небольшой перекрёсток. Там, прямо посреди прохода, что-то темнело. Массивное. Неподвижное. Дыхание само затаилось. Глаза сощурились, прогоняя муть, и разглядели: робот. Пятая модель. Стоял, чуть наклонившись вперёд, руки-манипуляторы висели плетьми. На груди - квадратная белая панель с округлыми углами, а за ней, если знать конструкцию, прятался красный блок с чёрным крестом. Сейчас панель была на месте, глухая, без единого проблеска. Неактивен. Палец всё равно скользнул к затвору САТа. На всякий случай. Мозг услужливо подкинул картинку: один выстрел - панель отщелкивается, робот теряет скорость. Второй - в открытый блок, по чёрному кресту — перегрузка, ИИ перекидывается на другую единицу, эта замирает надолго. Не уничтожить, но выиграть время. Хватило бы и одного, если что. - САТ… он?.. - Пятая модель. Напряжение отсутствует. Пакет данных не поступал. Опасности не представляет. - Это ты и про того… говорил. - Тот получил пакет данных непосредственно перед атакой. Данная единица не проявляет активности. Вероятность нападения - ноль целых четыре сотых процента. - Четыре сотых… - горло издало звук, похожий на смешок, и тут же наказало коротким спазмом. Тело согнулось, рука упёрлась в колено, пережидая. - Двигаемся. Ноги понесли тело вперёд, стараясь держаться левой стороны коридора - подальше от застывшей фигуры. С каждым шагом робот приближался, вырастал в размерах, и хоть мозг понимал, что он не опасен, где-то в животе всё равно скручивался холодный узел. Слишком свежа была память о том, как такая же машина врезалась манипулятором в горло. Три метра. Два. Один. Тело проскользнуло мимо. На секунду глаза оказались на уровне грудной пластины - белой, пыльной, с тонкой царапиной наискось. За ней угадывался тот самый красный блок, пока скрытый, но палец помнил, куда стрелять. Изнутри не доносилось ни звука. Ни жужжания, ни щелчка. Просто кусок железа, забытый посреди коридора. Шаги ускорились сами. Через пару метров тело выдохнуло — оказывается, всё это время лёгкие держали воздух. - Прошли, - выдох сорвался сипло. - Где дверь? - Прямо и налево. Восемь метров. Дверь показалась из полумрака - цельный металлический лист, уходящий в потолок при открытии. Экран возле неё тускло горел красным с едва заметным оранжевым отливом. Пальцы потянулись к нему, но на полпути замерли. Рука дрожала так, что попасть по сенсору с первого раза не вышло бы и в нормальном состоянии. - САТ… подключайся. - Принято. Кнопка на боку устройства щёлкнула сама. Экран мигнул, красный сменился чуть более ярким, и дверь с тихим шипением уехала вверх, открывая проём. Внутри было темно. Совсем. Даже аварийное освещение не горело. Тело замерло на пороге, вглядываясь в черноту. Из глубины тянуло холодом и чем-то затхлым - не герметиком, а старой пылью. - САТ… свет. Экран устройства вспыхнул ярче, выхватив из темноты кусок комнаты. Терминал у стены - красноватый дисплей, сейчас погашенный. Кровать - незастеленная, скомканная. Тумбочка. А на ней… Дыхание споткнулось. В груди что-то сжалось, дёрнулось, и на секунду стало плевать на боль в горле. Белый ящичек с красным крестом. - Аптечка… - голос сорвался, булькнул влажно, и из горла вырвался звук — не то смех, не то всхлип. - САТ… она… она здесь… - Подтверждаю. Аптечка первой помощи. Вероятность наличия противоотёчного средства - восемьдесят шесть процентов. Ноги подогнулись уже на пороге, и тело рухнуло на колени прямо перед тумбочкой - жёстко, не жалея суставов. Пальцы рванули крышку, не слушаясь, рассыпая содержимое по полу. Бинты покатились в темноту, пластыри веером разлетелись в стороны, какие-то ампулы звякнули и замерли. Руки рылись, выбрасывали, шарили - и наконец замерли. Тюбик с синей полосой. Противоотёчное. Пальцы сжали его так, что побелели костяшки. Губы дёрнулись, растянулись, и из горла вырвался ещё один булькающий смешок - на грани истерики, на грани облегчения. Слезы, которые раньше текли от боли, теперь смешались с чем-то другим. - САТ… инструкция… - Нанести на повреждённый участок. Не втирать. Дождаться впитывания. Эффект в течение пяти минут. Побочные действия: сонливость, головокружение, временная потеря ориентации. - Временная… - губы скривились. - У меня и так… всё временное. Холодный гель лёг на шею, и тело ответило дрожью - не от холода, от облегчения. Боль начала отступать почти сразу, медленно, нехотя, но отступать. Мышцы, сведённые спазмом, понемногу отпускало. Но расслабиться не вышло. - Предупреждение, - голос САТа прозвучал ровно, без интонации. - Дверь помещения не является препятствием для активных единиц пятой модели. Роботы способны открывать двери при наличии соответствующей команды. Текущее помещение небезопасно. Тело напряглось снова. Глаза метнулись к проёму - дверь, уехавшая в потолок, так и оставалась открытой. Пальцы дрогнули, сжимая САТ. - Закрыть дверь, - просипело быстро. - Для активации закрытия требуется подключение к терминалу. Рука дёрнулась к терминалу, но тело не слушалось - слишком слабое, слишком измученное. Пришлось ползти. Колени проскребли по полу, пальцы нашарили холодный экран - красный, с оранжевым отливом, как и все остальные. САТ подключился. Дверь с тихим шипением опустилась вниз, отрезая комнату от коридора. Облегчение накатило волной, но уже не той - с привкусом тревоги. Глаза смотрели на дверь и понимали: если робот получит команду, металлический лист уедет вверх за пару секунд. И тогда… Тело завалилось на бок, прижимаясь спиной к холодной тумбочке. САТ выпал из пальцев и покатился по полу, но тут же замер, продолжая светить в стену. Мозг цеплялся за сознание из последних сил. - САТ… - прошептало еле слышно. - Если дверь… откроется… буди. — Принято. В случае открытия двери или появления движения в радиусе десяти метров — активирую звуковой сигнал. - И ещё… - горло сжалось, но уже мягче, гель начинал работать. - Если эта тварь… зайдёт… напомни… про красный блок… с крестом… - Принято. Один выстрел в грудную панель, второй — в открытый блок. Робот будет временно деактивирован. Губы скривились в подобии улыбки. - Вот теперь… можешь не отвечать… Темнота в глазах сгустилась. На этот раз - спокойная, почти уютная, несмотря ни на что. Тело отключилось раньше, чем мозг успел закончить мысль. САТ продолжал светить в потолок, молчаливый и бдительный. Сознание возвращалось толчками. Сначала - глухая пульсация в шее, уже не острая, а тупая, распирающая. Затем - холод пола под щекой и ломота в затёкших ногах. Потом - тишина. Густая, плотная, непривычно глубокая. Даже вентиляция не гудела. Веки разлепились с трудом. Вокруг - чернота. Абсолютная. Ни аварийного, ни дежурного света - лампы в комнате умерли совсем. Только сбоку бил слабый белёсый лучик: экран САТа, лежащего на полу, светил в пол, но отражённого хватало, чтобы угадывать ближайшие предметы. Тумбочка. Рассыпанные бинты, похожие на полосы бледного тумана. Край кровати. И далеко, метрах в трёх, - прямоугольник проёма, залитый мутно-оранжевым светом. Дверь открыта. Металлический лист уехал в потолок, и из коридора сочился тот самый оранжевый оттенок - совсем слабый, едва дотягивался до порога и сразу тонул в комнатной тьме. Освещал только стык панелей у входа и край тумбочки. Дальше - ничего. Тело среагировало раньше, чем мозг успел испугаться. Рука дёрнулась к САТу, пальцы сомкнулись на корпусе, подтянули ближе. Экранчик качнулся, мазнул светом по стенам. Горло попыталось издать звук, но вышло только сиплое: - САТ… какого… - Дверь открыта, - отозвался динамик ровно. — Активная единица пятой модели входила в помещение шесть минут назад. Внутри всё оборвалось. Глаза метнулись к проёму, потом - в темноту по сторонам. Белая панель с красным блоком - сейчас бы её выдал хоть какой-то блик. Ничего. - Что?.. - голос сорвался на хрип. - И где она?.. - Покинула помещение четыре минуты назад. Опасности нет. Тело не поверило. Лёгкие сжались, рука сама вскинула САТ, палец лёг на затвор. Экранчик высветил кровать, шкафчики, пустые углы. Никого. - САТ… - просипело тихо, почти беззвучно, - объясни. Сейчас. Как она не… почему я… - При входе активной единицы я деактивировал подсветку экрана и не включал фонарь. Помещение оставалось тёмным. Сенсоры пятой модели функционируют некорректно в условиях низкой освещённости. Робот не обнаружил пользователя. Произвёл сканирование периметра и покинул комнату. Дверь осталась открытой. Воздух вырвался из груди разом. Не выдох - почти стон. Тело обмякло, спина прижалась к тумбочке, САТ качнулся в пальцах, и его экран снова упёрся светом в пол. Перед глазами на секунду поплыло - накатила запоздалая волна ужаса, смешанного с облегчением. - Ты… погасил экран… - прохрипело с нервным смешком. - И не включил фонарь… и она просто ушла? - Подтверждаю. Тактическое решение соответствовало протоколу сохранения жизни пользователя. Встроенный фонарь оставался выключенным для предотвращения обнаружения. Губы дрогнули, растянулись в кривую, слабую ухмылку. Горло на попытку смеха ответило болью, но уже терпимой - отёк заметно спал. Язык провёл по пересохшим губам, собирая остатки металлического привкуса. - САТ… - голос всё ещё дрожал, но теперь иначе. - Ты… чёрт возьми… голова. - Благодарю. Рекомендую сохранять неподвижность ещё несколько минут. Показатели сердечного ритма превышают норму. - Да уж… превышают… Тело медленно сползло обратно в положение полулёжа. Глаза всё ещё косились на открытый проём, откуда лился оранжевый полумрак, но пальцы больше не сжимали САТ до побелевших костяшек. Вместо этого они нащупали тюбик с синей полосой - пустой, смятый, но всё ещё тёплый. - Она может вернуться? — спросило тихо. - Вероятность повторного проникновения - двадцать три процента. Рекомендую закрыть дверь. - Да… пожалуйста… САТ мигнул экраном, связываясь с терминалом. Где-то у стены красноватый дисплей едва заметно ожил, и дверь с тихим шипением поехала вниз, отсекая оранжевый свет. Комната погрузилась в полную темноту - лишь экран САТа белел в руке узкой полоской. Тело выдохнуло. На этот раз - спокойнее. Отлипло от тумбочки не сразу. Сначала - глубокий вдох, проверка горла. Отёк спал почти полностью, осталась только ноющая глухота при глотании и слабый металлический привкус. Пальцы нащупали шею под воротом скафандра: кожа всё ещё вздутая, горячая, но уже не пульсировала в такт сердцу. Жить можно. Рука подобрала САТ с пола, привычно скользнула к затвору. Экран светил нормально, не красный, показывал интерфейс без помех. Шлем остался лежать у тумбочки - сил надевать не было, да и воздух в коридорах дышался нормально, даром что пах герметиком. - Ладно, надо идти... САТ… дверь. - Принято. Экран у стены опять мигнул красноватым, и металлический лист с шипением уехал вверх. В проём хлынул оранжевый полумрак коридора - всё тот же, тусклый, но после абсолютной темноты резанул по глазам. Веки сощурились сами. Ноги шагнули вперёд. Левая - твёрдо. Правая - чуть слабее, но уже не подволакивалась. Коридор был пуст. Тишина стояла такая же глубокая, как в комнате, только где-то далеко, едва слышно, гудела вентиляция. - Куда? - прохрипело коротко. - Жилой отсек. Прямо до перекрёстка, затем направо. Расстояние - около шестидесяти метров. - Шестьдесят… - горло издало смешок и не наказало. Уже прогресс. Шаги зазвучали размеренно. Тело двигалось осторожно, глаза обшаривали каждый закоулок, каждый стык панелей. Оранжевый свет делал коридор плоским, размывал тени, и в этой плоскости любое движение было бы заметно сразу. Пока ничего. Перекрёсток встретил развилкой. Прямо - такой же оранжевый тоннель, уходящий в темноту. Направо - чуть шире, с рядом дверей по левой стене. Где-то там, в конце, должна быть комната Кейт. Тело повернуло. И замерло. Впереди, метрах в пятнадцати, стояла она. Пятая модель. Белая квадратная панель на груди тускло отражала оранжевый свет, за ней угадывался круглый красный блок с чёрным крестом. Руки-манипуляторы не висели - были подняты, согнуты в локтях. Грудная панель слабо светилась. Активна. Робот стоял спиной, но уже начинал разворачиваться. Металлический лязг прокатился по коридору. Палец сам скользнул на предохранитель. Затвор - вперёд. - САТ… - голос упал до шёпота. - Пятая модель. Активна. Получен пакет данных. Время до полного разворота - полторы секунды. Рука вскинулась сама. Прицел упёрся в белую панель на груди робота. Глаза выцепили точку - чуть левее центра, где пластина крепилась к защелке на корпусе. Палец вдавил спуск. Разряд ударил хлёстко, с яркой вспышкой. Воздух треснул, запахло озоном. Робота качнуло назад, панель на груди отщёлкнулась и повисла на одном креплении, открыв красный блок с чёрным крестом. Машина дёрнулась, замедлилась - движения стали рваными, словно кто-то выкрутил мощность наполовину. Но не остановилась. Шагнула вперёд. Ещё один. На экране САТа заморгал индикатор заряда. Осталось два. - Замедлен, - отозвался САТ. - Рекомендация: второй выстрел в открытый блок. - Вижу… Тело качнулось вперёд, сокращая дистанцию. Робот приближался рывками, и с каждым рывком красный блок с крестом проступал отчётливее. Рука не дрожала. Страх остался где-то в животе холодным узлом, но пальцы действовали сами - натренированные, чужие. Прицел сместился ниже. В центр красного круга. В перекрестье чёрных линий. Спуск. Второй разряд полоснул ярче первого. Робота дёрнуло всем корпусом, из открытого блока брызнули сизые искры. Машина замерла на полушаге. Тишина. На экране САТа заморгал одинокий индикатор. Один заряд. - Напряжение отсутствует, - произнёс САТ. - ИИ переключён. Данная единица деактивирована. Рекомендация: найти запасной аккумулятор. Текущий заряд - один выстрел. - Один… - прохрипело горло. - Маловато… - Подтверждаю. Маловато. Губы дрогнули. Тело обошло застывшую машину по дуге, стараясь не задеть манипуляторы - те так и замерли в неестественном, сломанном положении. Глаза на секунду задержались на открытом блоке: искры уже не летели, но от красного круга всё ещё тянуло горелым. Ноги понесли дальше. Быстрее. Коридор уходил вперёд, двери мелькали по левой стене, но взгляд искал одну - ту, за которой должна быть Кейт. САТ в руке молчал, только экран тускло светил, отсчитывая оставшийся заряд. Впереди показалась последняя дверь. Табличка над ней едва читалась в оранжевом полумраке, но буквы складывались в нужное имя. Тело остановилось. Рука с САТом опустилась. Экран двери горел красноватым, ждал подключения. Кожа под перчаткой скафандра дрогнула у красноватого экрана. Палец ткнул в вкладку «САТ», кнопка подключения на боку устройства щёлкнула. Экран двери мигнул, но вместо зелёного сменился на тускло-алый. По дисплею побежала строка: «ДОСТУП ЗАПРЕЩЁН». - Чего?.. - горло выдало сипло. Палец ткнул снова. «ДОСТУП ЗАПРЕЩЁН». Ещё раз. То же самое. Внутри что-то оборвалось. Лёгкие сжались, воздух застрял где-то над гортанью, так и не дойдя до конца. Перед глазами поплыло - не от боли, от подступающей паники. Шестьдесят метров по коридору. Два выстрела. Один заряд. И теперь - дверь, которая не открывается. - САТ… - голос сорвался в хрип. - Какого хера?! - Доступ к помещению заблокирован. Требуется идентификация администратора безопасности. - Так я… нажал… всë! - Доступ запрещен для данного помещения. Кто-то изменил протоколы доступа. Требуется прямое вмешательство. Тело качнулось вперёд, ладонь сама ударила по экрану - глухо, без толку. Боль прострелила запястье, но мозг её почти не заметил. - Ты можешь открыть её или нет?! - голос взвился, сорвался на кашель. Горло обожгло, но было плевать. - Отвечай! - Я не могу открыть дверь удалённо. Изменённые протоколы АСБ имеют приоритет. - Отлично! - кулак снова врезался в экран. Трещины не появилось, только костяшки отозвались тупой болью. - Просто… отлично! Мы дошли, мы… - горло перехватило, - …дошли, а ты даже дверь открыть не можешь! Какой от тебя вообще толк?! - Пользователь, я регистрирую повышенный сердечный ритм и признаки панической атаки. Рекомендую… - Засунь свои рекомендации!.. - тело развернулось, САТ качнулся в руке, едва не вылетев из пальцев. Глаза метались по коридору, выискивая хоть что-то. Ничего. Только оранжевый полумрак и застывшая вдалеке фигура пятой модели. Пауза. Тяжёлое, рваное дыхание. Горло горело, но уже не от травмы + от бессильной злости. - Пользователь, - голос САТа прозвучал ровно, без интонации. - От дверного терминала отходит провод. Он идёт в коридор, под потолком. Проводка повреждена. Туда же ведёт резервный канал блокировки. Если произвести выстрел в распределительный блок под потолком, блокировка спадёт. Дверь откроется. Видимо Кейт постаралась, что бы пятая модель сюда не зашла. Тело замерло. Глаза метнулись вверх. Под потолком, в том месте, где коридор расширялся перед дверью, панель обшивки была сорвана. Из дыры свисали жгуты проводов, и среди них угадывался небольшой прямоугольный блок - тускло-серый, с красной полоской индикатора. Та горела, не мигая. - Выстрелить… - прохрипело горло. - Ты понимаешь, что у меня один заряд? - Подтверждаю. Один выстрел. После выстрела САТ отключится. Требуется замена аккумулятора. Все данные и настройки сохранятся. Рука сжала корпус САТа. Один заряд. Последний. И он уйдёт не во врага, а в стену. В проводку. В надежду, что за этой дверью действительно Кейт. Что она там. Что всё было не зря. - А если… - горло сглотнуло металлический привкус, - …если там никого нет? - Сканирование жизни через закрытую дверь невозможно. Мои сенсоры не позволяют определить наличие людей в помещении. - Отлично… - губы скривились. - Просто… отлично. Тело развернулось. Ноги расставились, рука вскинула САТ. Прицел упёрся в серый блок под потолком. Индикатор горел красным, словно дразнился. Палец лёг на спуск. Последний заряд. Последний выстрел. - САТ… - прошептало горло. - Если не сработает… - Сработает. Вероятность успешной разблокировки - девяносто четыре процента. - А если я… не хочу остаться безоружным? - Безоружность временна. Аккумуляторы доступны. Дверь - приоритет. Губы дрогнули. Короткий, нервный выдох. Палец вдавил спуск. Разряд ударил ярко, с треском. Провода брызнули искрами, блок лопнул, индикатор погас. Запахло палёным пластиком. Экран САТа мигнул и погас. Устройство в руке замолчало - ни света, ни звука. Просто кусок железа. Тишина. Тело стояло не дыша. Глаза упёрлись в дверь. Красноватый экран терминала мигнул, строка «ДОСТУП ЗАПРЕЩЁН» исчезла. Вместо неё появилось другое: «ОТКРЫТЬ ДВЕРЬ». Рука сама метнулась вперёд. Пальцы ткнули в экран. Дверь уехала вверх с тихим шипением. Изнутри пахнуло тем же герметиком, но слабее. В комнате горел тусклый оранжевый свет - такой же, как в коридоре. Виднелся край стола. Экран терминала на стене. Полка с каким-то хламом. Ноги шагнули внутрь. Рука машинально сжимала мёртвый САТ. Дверь за спиной с шипением опустилась. Тишина. И никого. Дверь опустилась за спиной с тихим, почти издевательским шипением, отрезав оранжевый полумрак коридора. В комнате горел такой же тусклый свет - но здесь он казался холоднее, резче. Глаза обшарили пространство. Стол. Экран терминала на стене, красноватый, погашенный. Полка с какими-то коробками. Койка у дальней стены - застеленная, нетронутая. Ни пятен, ни сдвинутых вещей, ни следов борьбы. Ни души. Тело замерло на пороге. Рука сама сжала мёртвый САТ - привычно, бессмысленно. Большой палец чисто на автомате скользнул по кнопке питания. Ничего. Экран не загорелся, динамик молчал. - Кейт?.. - голос прозвучал сипло, осторожно, словно само горло не верило в ответ. Тишина. Ноги сделали шаг. Ещё один. Взгляд метнулся за стол, в угол, к шкафчику - пусто. Койка была застелена так ровно, что становилось тошно. - Кейт!!! Крик сорвался, ударил по собственному горлу, обжёг. Ответа не было. Только эхо, слабое и жалкое, метнулось от стен и утонуло в тишине. Лёгкие начали дышать чаще. Сами. Без команды. Вдох - выдох - вдох - слишком быстро, слишком мелко. Тело развернулось на месте, рука вскинула САТ к лицу, потрясла. - Давай… включайся… ну же… Палец снова и снова вдавливал кнопку питания. Экран оставался мёртвым. Только собственное отражение в тёмном стекле - мутное, искажённое, с расширенными зрачками. - САТ… САТ, мать твою… - голос сорвался на шёпот, пальцы забарабанили по корпусу. - Ты нужен мне… ты… Ответа не было. Тишина стала плотной, как вода. Она давила на уши, затекала в горло, мешала дышать. Внутри что-то сжалось, и из этого сжатого комка начала подниматься паника - уже не волнами, как раньше, а сплошной, ровной стеной. Тело дёрнулось к терминалу. Рука ударила по экрану, раз, другой - включился. Красноватый свет залил лицо. Пальцы забегали по вкладкам, ища хоть что-то. «Почта» - пусто. «База данных» - только старые записи. «Связь» — заблокирована. «Карта» — недоступна. - Чёрт… чёрт… чёрт… Рука сама дёрнулась к полке - коробки полетели на пол. Бинты, пустые ампулы, какая-то ветошь. Ни одного аккумулятора. Пальцы рванули ящик стола - пусто. Второй - пусто. Третий - рассыпанные скрепки и сломанный стилус. - Да где же… - голос звучал уже сдавленно, сквозь стиснутые зубы. - Где аккумуляторы?! Хоть один… хоть… Ничего. Тело развернулось к шкафчику. Дверца открылась с жалобным скрипом. Внутри - только форменная куртка на плечиках и пустая коробка из-под пайка. Пальцы схватили куртку, отдёрнули в сторону, словно за ней могло что-то прятаться. Голые стены. Голые полки. Ничего. Рука сжалась в кулак и сама ударила по стенке шкафчика. Глухой, металлический звук. Боль прострелила костяшки. Тело не заметило. - Твою мать… - прошептало сквозь зубы, и вдруг голос сорвался на крик: - ТВОЮ МАТЬ!!! Крик ушёл в стены, в потолок, в пустоту. Никто не отозвался. Тело попятилось. Спина упёрлась в холодную стену, ноги подогнулись, и тело само сползло вниз, на пол. САТ выпал из пальцев и глухо стукнулся об пол, откатившись на полметра. Мёртвый. Бесполезный. Лёгкие дышали рвано. Воздух застревал, не доходил до конца, и перед глазами снова начали расплываться тёмные круги. Горло сжималось, но уже не от травмы - от подступающей истерики. Руки сами обхватили колени. Пальцы вцепились в ткань штанин так, что побелели костяшки. - Я дошёл… - голос звучал тихо, сдавленно, ни к кому. - Я… дошёл… а тут… Пусто. Ни Кейт. Ни Джонни. Никого. Только он, мёртвый САТ и комната, в которой даже аккумулятора не нашлось. Один заряд ушёл в потолок. Последний. И теперь — ничего. Глаза упёрлись в мёртвый экран САТа на полу. Тот тускло блестел в красноватом свете терминала. Маленький, тёмный прямоугольник. Молчал. - Ты говорил… вероятность… девяносто четыре процента… - горло издало звук, похожий на смех, но слишком влажный, слишком сорванный. - А про то… что внутри никого не будет… ты не сказал… Ответа не было. Тишина давила. Паника перестала быть стеной - она стала потолком, который медленно опускался. Дышать становилось всё труднее. Тело сжалось в комок у стены, лоб упёрся в колени. Пальцы вцепились в волосы, сжали до боли. Никто не придёт. Никто не отзовётся. И единственный, кто мог хотя бы говорить - теперь просто кусок железа на полу. В ушах стоял ровный, тонкий звон. Или это была тишина. Уже не разобрать. Глаза жгло. Не от дыма, не от рези - от слёз, которые подступали уже давно и наконец прорвались. Веки сжались сами, но влага всё равно просочилась, потекла по щекам, собираясь в уголках губ солёной каплей. Тело дёрнулось, плечи задрожали - беззвучно, потом с хриплым, сдавленным всхлипом. Лоб сильнее вжался в колени. Пальцы скребли скафандр на затылке, сжимались в кулаки и снова разжимались. - Никого… - голос сорвался на шёпот, мокрый и жалкий. - Вообще… никого… Всхлип повторился. Горло, ещё не зажившее до конца, на каждый спазм отзывалось болью, но тело уже не контролировало себя. Плач выходил рваным, некрасивым - то затихал, то снова скручивал лёгкие, заставляя хватать воздух широко открытым ртом. В голове билась одна и та же мысль: «Зачем? Зачем я тащился? Зачем стрелял? Зачем вообще согласился на эту базу?» Пол под щекой был холодным. От него пахло пылью и всё тем же герметиком. Слёзы капали на металл, собирались в крошечные лужицы, но тут же высыхали - вентиляция всё-таки работала, слабо гоняя воздух. Сколько времени прошло, тело не чувствовало. Минута? Десять? Полчаса? В этой комнате с тусклым оранжевым светом время стало вязким и бессмысленным. Рыдания постепенно стихли, оставив после себя тупую пустоту в груди и дрожащие пальцы. Нос заложило, дышать приходилось ртом. Глаза распухли, веки отяжелели. Тело медленно отлепилось от коленей, спина разогнулась, затылок стукнулся о стену. Взгляд упёрся в потолок - серый, с трещиной наискось. И тогда боковое зрение зацепилось за что-то. Там, где на полу валялась сдёрнутая с вешалки куртка, белел клочок бумаги. Свёрнутый, неровный, словно его торопливо смяли и сунули в карман, откуда он выпал, когда пальцы в истерике швырнули куртку в сторону. Тело шевельнулось не сразу. Сначала глаза просто смотрели на бумажку без всякой мысли. Потом рука, ещё дрожащая, потянулась вперёд. Пальцы подгребли свёрток, поднесли ближе к лицу. Бумага была мятой, с загнутыми углами, но не старой. Чернила не растеклись, строчки читались. Почерк был быстрый, с наклоном, явно женский: --- Собрание перенесено. Торговая площадка, комната Джонни, возле игровых автоматов. Ждём. К. --- Глаза перечитали ещё раз. И ещё. Губы беззвучно шевельнулись, повторяя: «Торговая площадка… комната Джонни… возле игровых автоматов…» Внутри что-то щёлкнуло. Не надежда - скорее, холодная, цепкая злость. Собрание перенесено. Их нет здесь не потому, что с ними что-то случилось. Они просто… ушли. В другое место. И оставили записку, которая выпала из куртки и провалялась на полу, пока он тут сходил с ума от паники. Рука сама сжала бумажку. Скомкала. Затем - снова разгладила, потому что другой информации всё равно не было. - Торговая площадка… - прохрипело горло. Голос был чужим, сорванным после плача. - Игровые автоматы… САТ бы знал, где это… Но САТ молчал. Экран не горел. Устройство так и лежало на полу, мёртвое и бесполезное. Взгляд упал на него. Палец, всё ещё дрожащий, потянулся и подтянул корпус ближе. Без заряда. Без голоса. - Ладно… - выдохнуло тело, поднимаясь. Ноги затекли, колени прострелило болью. Пришлось опереться о стену. Рука сунула мёртвый САТ в крепление на поясе скафандра - пусть болтается, чем просто так. Бумажку пальцы сложили в несколько раз и сунули в карман на груди, поближе к бейджу. Взгляд ещё раз обвёл комнату. Пусто. Смысла оставаться не было. - Торговая площадка, - повторило горло тише. - Игровые автоматы. Найти Джонни. Найти Кейт. Найти хоть кого-нибудь. Ноги шагнули к двери. Рука ткнула в экран терминала. Дверь с шипением уехала вверх, впуская оранжевый полумрак коридора. За спиной осталась пустая комната, пахнущая герметиком и отчаянием. Впереди - неизвестность, мёртвый робот где-то вдалеке и длинный, молчаливый коридор. Тело вышло. Дверь опустилась. В коридоре было тихо, но теперь эта тишина не пугала так, как раньше. По крайней мере, было куда идти. Тело покинуло комнату Кейт с новым, неожиданно твёрдым ощущением внутри. Не надежда - скорее холодная, злая решимость. Ноги ступали уверенно, почти размашисто, правая больше не подволакивалась. Горло саднило, но дышалось ровно. Коридоры сменяли друг друга: оранжевый полумрак, серые стены, красноватые экраны возле дверей. Тело ориентировалось на указатели - не все горели, но кое-где ещё теплились бледные стрелки «Торговая зона». Мысль работала чётко: дойти до лифта, спуститься, найти комнату с автоматами. Там будут люди. Там будет Кейт. Там будет хоть что-то, кроме мёртвой тишины. А потом коридор расширился, и впереди, метрах в двадцати, возник знакомый силуэт. Пятая модель. Стояла у стены, белая квадратная панель на груди тускло отсвечивала, манипуляторы висели плетьми. Неподвижна. Неактивна. Шаги замедлились сами. Уверенность никуда не делась, но тело помнило - слишком хорошо помнило - удар в горло, искры, грохот падения на эскалатор. Рука дёрнулась к поясу, нащупала мёртвый САТ. Толку ноль, но ладонь всё равно сжала корпус. Так спокойнее. - Просто стой… - прошептало горло едва слышно. - Просто стой там… Ноги понесли тело ближе к левой стене - подальше от робота. Шаг. Ещё. Расстояние сокращалось медленно, осторожно. Десять метров. Восемь. Пять. Глаза не отпускали грудную панель - та оставалась тёмной, мёртвой. За ней, под пластиком, прятался красный блок с красным крестом - мозг сам дорисовал картинку. Три метра. Тело уже кралось у самой стенки, плечо почти касалось холодного металла. Робот не шевелился. Только где-то внутри, очень тихо, что-то едва слышно гудело - может, вентиляция, может, просто показалось. Два метра. Один. И вдруг грудная панель вспыхнула. Белый свет резанул по глазам, красный блок за ней загорелся глухим, злым багрянцем. Робот дёрнулся - не медленно, не плавно, а резко, всем корпусом, словно кто-то щёлкнул рубильник. - ЧЁРТ!!! - голос сорвался сам. Тело отдёрнулось назад, едва не упав, и тут же бросилось бежать. Ноги застучали по металлическим панелям, сердце ухнуло в пятки. Сзади раздался металлический лязг - частый, быстрый, намного быстрее, чем в прошлый раз. Этот робот не замедлялся. Он бежал. Коридор летел навстречу, размазанный оранжевым светом. Глаза метались по сторонам, выискивая двери, повороты, хоть что-то. Левая дверь - экран красный, закрыта. Правая - закрыта. Дальше - перекрёсток. Куда?! Лязг нарастал. Совсем близко. Тело не оборачивалось - мозг и без того рисовал за спиной белую панель и тянущиеся манипуляторы. Воздух рвался из лёгких с хрипом, горло снова обожгло болью, но страх гнал вперёд быстрее любой боли. - Аккумулятор… - прохрипело на бегу, - нужен аккумулятор… хоть один… Взгляд лихорадочно обшаривал стены - ящички, ниши, хоть что-то. Ничего. Пустые панели, редкие терминалы, сорванные плафоны. А робот не отставал. Впереди коридор сделал поворот, и вдруг - знакомый оттенок. Оранжевый, но другой, глубже, с примесью красного от аварийных ламп. Тот самый коридор. Тот, что вёл к эскалаторам. Ноги сами рванули туда. Подошвы скользнули на повороте, тело врезалось плечом в стену, но устояло и тут же вылетело в знакомый зал. Впереди - два эскалатора, ведущие вверх, к лифту. Один завален хламом, второй свободен. Лампы под потолком всё так же свисали, разбитые, проектор на стене мерцал помехами. Но сейчас было не до разглядывания. Шаги загрохотали по металлическим ступенькам - не работали, но тело неслось вверх, перепрыгивая через две. Лязг за спиной приблизился к основанию эскалатора. Робот не отставал. Верхняя площадка. Лифт. Его двери были открыты - как всегда, как говорил САТ. Кабина тускло освещалась, внутри горел красноватый экран терминала. Тело влетело в проём, не снижая скорости, и со всего размаха врезалось грудью в терминал. Удар выбил воздух, перед глазами поплыло, но пальцы уже метались по экрану. «Шлюз» - не то. «Жилой отсек» - не то. Сзади лязг перешёл в грохот - робот карабкался по эскалатору. Быстро. Слишком быстро. Палец дрожал, тыкал мимо, наконец попал. «Торговая зона». Экран мигнул зелёным. Двери за спиной с шипением сомкнулись, отсекая лязг и оранжевый свет. Кабина дёрнулась и мягко загудела, уходя вниз. Тело сползло по терминалу на пол. Грудь вздымалась рвано, в горле свистело. Рука всё ещё сжимала мёртвый САТ. Глаза смотрели на закрытые двери и ждали - не разъедутся ли они снова, не появится ли за ними белая панель с красным крестом. Тишина. Только гул моторчика и собственное, надрывное дыхание. Через несколько секунд лифт замедлился, остановился. Дверные створки скрылись в стены, открывая взор на поваленные турникеты. Но сил двигаться не было, дыхание будто не выполняло главной функции - не восполняла кислород в крови. Дышать снова стало больно, рана не заживёт за часок другой. Руки тряслись, всё тело стряслось - хватит стресса... хотя бы не надолго. Через несколько секунд лифт замедлился и остановился. Дверные створки скрылись в стены, открыв взору поваленные турникеты. Но сил двигаться не было - дыхание будто не выполняло главной функции: не восполняло кислород в крови. Дышать снова стало больно. Рана не заживёт за часок-другой. Руки тряслись, всё тело тряслось - хватит стресса... хотя бы ненадолго. Через несколько минут взгляд всё же поднялся под скрип коленей и окинул стены лифта, проверяя, целы ли они. А на стене оказался плоский ящичек со значком молнии. Мозг на мгновение застыл, даже мысли не шли, а затем... Руки судорожно метнулись к ящичку. Сверху зиял проём, доверху заполненный аккумуляторами в голубоватой обёртке. Старый, сдохший аккумулятор полетел в сторону, разлетевшись от удара о стену, а новый судорожно встал на его место. Палец вдавил кнопку питания. Экран САТа мигнул, засветился - нормальный, не красный, - и по корпусу пробежала едва заметная дрожь инициализации. - Давай, давай, давай! Динамик щёлкнул. Тишина. Потом - знакомый, ровный, почти родной голос: - Система САТ активирована. Заряд полный. Все функции восстановлены. Здравствуйте. Тело обмякло. Спина прижалась к стенке лифта, из горла вырвался звук - не то смех, не то всхлип. Пальцы сжали корпус САТа так, что побелели костяшки. - Здравствуй... - прохрипело горло. - Долго ты... - Время простоя составило тридцать семь минут. Рекомендую впредь следить за уровнем заряда. Губы дрогнули. Захотелось то ли рассмеяться, то ли выругаться. Но тело выбрало третье - просто дышать, прижимая к груди ожившее устройство и слушая, как за открытыми дверями лифта тихо гудит торговая зона.