Пламя и его солнце

Прошло несколько недель после того, как все дела были улажены. Тсино теперь был полноправным правителем, которому будут помогать Янгред, Хельмо и молодые бояре. Наступили спокойные (насколько было возможно) дни и в один из них Янгред шёл к Хельмо за ответами.  Поначалу они были просто двумя полководцами из разных стран: племянником правителя, который вёл своих людей против самозванки, желавшей занять трон, и бастардом огненного королевства, предводителем варваров, которые за щедрое вознаграждение пришли помочь неумелому мальцу.  После череды испытаний, выпавших на их долю, после смертей их людей, после побед, они начали понимать друг друга, стали товарищами. Янгред, конечно, в силу возраста был для Хельмо наставником и в бою, и в жизни, и тот уважал его за это. Но в какой момент чувство товарищества у огненного переросло в нечто большее? Когда он начал подмечать как мил княжич, когда улыбается, как по-детски очаровательно его бледные щёки покрываются румянцем, как привлекает серьёзная решительность и в тоже время трогательная (иногда чрезмерная и губительная) наивность? Он сам того не понимал да и признавать эти чувства не желал, поэтому и смог оставить в тяжёлую минуту, на середине пути, после того как вскрылась правда о том, что нечем платить за помощь, за смерти воинов его страны.  Но потом… потом обдумал всё и понял, что дело уже не в наградах, не в товариществе и не в его людях. Он готов вернуться, пусть один, без войска, но он будет рядом со своим светловолосым, сияющим серебром, солнцем. И Янгред вернулся, прошёл весь путь с ним, но судьба и Боги оказались жестоки. Когда княжича отравил его дядя, которого тот самозабвенно любил и почитал, огненный был в ярости и отчаянии. Он потерял самое дорогое, то что так оберегал, то что поклялся хранить и никогда больше не покидать. И он оказался бессилен, он винил себя за то что не уследил, не почувствовал, не успел открыть своих чувств..  После того, как Хельмо воскрес, Янгред решил больше не тянуть и спустя неделю, как его возлюбленный очнулся, он пришёл к нему и всё рассказал: и о том, что испытывал в первое время; и о том, как зарождались эти чувства; и о том, как не признавал их; и о том, какими сильными и всепоглощающими они стали теперь. Янгред хотел быть рядом, быть опорой, дарить всю любовь и нежность, на которую только был способен, видеть каждый день милые, точно высеченные из белоснежного мрамора, черты лица, улыбки, движения, знаки предназначенные только для него. Хельмо тогда ничего не ответил да и сам Янгред понимал, что княжичу нужно время и он его дал, возможно меньше, чем следовало, но изнывать от неведения было невыносимо. Когда Янгред открыл дверь в заветные покои алые лучи заката, падая из открытого окна, озаряли их и самого их владельца. Он стоял у самого окна, чуть оперевшись о стену, закатные лучи ложились на его нежную, бледную кожу, придавая ей нежно-красный оттенок.  - Ну что ж, ты наверняка знаешь, за чем я сюда пришёл сегодня? - Знаю, но перед тем, как я дам ответ, я хочу услышать ещё несколько ответов от тебя. Сказав это, Хельмо полностью повернулся к Янгреду и посмотрел своими серыми, печальными глазами прямо в лицо огненного и, конечно, тот не смог ему отказать(при любом раскладе не смог бы). - Я готов ответить, -сказал огненный, запирая за собой дверь, и заходя вглубь комнаты, но при этом оставаясь достаточно далеко от любимого,- задавай свои вопросы и знай отвечу на все честно, без увиливаний, потому что люблю и хочу, чтобы у нас больше не было тайн. - Понимаю, - легко кивнув и вздохнув, ответил ему Хельмо,- Правда ль, что ты руку мне целовал, и в лоб хотел поцеловать, да плакал надо мной после отравления? Ох, чёртов Тсино, проболтался всё-таки, не был бы он королём отхватил бы завтра от Янгреда звонкий подзатыльник. Хотя и Лисёнок мог это рассказать… - Правда целовал, и хотел поцеловать дальше, вот только не плакал, это уж Тсино выдумал, чтобы меня больше смутить. Услышав это, Хельмо улыбнулся, да так тепло, что губы огненного сами растянулись в ответной улыбке, и голову ненадолго склонил, но Янгред успел заметить лёгкий румянец, проступивший на щеках его солнца. - Верю, мог он так поступить….Вот и остался последний вопрос. Уверен ли, что любишь меня? Ведь ты уже любил…любил женщину. Видно было все сомнения на юном лице, все страхи и печаль, но Янгред не позволит им воплотиться, ведь любит по-настоящему. - Я любил Инельхалль, а теперь люблю тебя, Хельмо. Не так важно всё остальное, важно только то, что твой солнечный свет меня покорил и что я готов идти за ним к тебе, и дарить свет своего пламени тебе.  С этим словами Янгред приблизился к Хельмо, тот сделав шаг назад, упёрся спиной в стену и оказался зажат между ней и своим огненным. Яркие лучи солнца теперь оказались на лице Янгреда и сильнее подчеркнули его огненные волосы, выразительные скулы, глаза. Как же чертовски шёл ему алый цвет. Зверёныш положил свои пальцы на щёку светловолосого, только большой палец завёл под его подбородок и слегка надавил, призывая поднять голову. И вот их глаза встретились, без слов можно было понять, что они оба хотят одного, только один пылает от этой мысли, а другой, в силу своей неопытности, страшится её. Янгред всё же спросил, чтобы наверняка убедиться и всё-таки услышать желанные слова:  - Так что же, принимаешь мои чувства? Любишь меня? В глазах Хельмо сверкнули искры, он припустил ресницы, шумно сглотнул слюну и ответил: - Люблю тебя и потому принимаю твои чувства. - после недолгой, но томительной паузы, он продолжил, - Я хочу быть с тобой, хочу обмениваться с тобой теплом. - Ах, как долго я этого ждал, солнце.  Янгред одарил нежные губы напротив, не смеющие пока открыться, ласковым поцелуем. После он немного отстранился и провёл языком с лёгким нажимом по юношеским губам, которые после этого послушно отворились, впуская чужой язык внутрь. Он тут же принялся играться с языком Хельмо, требовательно, но деликатно стал посасывать его.  Поцелуй всё углублялся, становился с каждой секундой всё слаще и если бы воздух в лёгких не заканчивался, если бы их уже не начинало жечь, то этот поцелуй длился бы вечно. Но вот Янгред отстраняясь, проводит языком по нижней губе Хельмо и смотрит на него тяжело дыша, осознавая: каким бы пылким не был его нрав; как бы ему не хотелось поскорее сбросить напряжение, выплеснуть все свои чувства, он не сможет так поступить с Хельмо, он хочет окутать его лаской, подарить ему незабываемое удовольствие, быть безумно нежным, деликатным. Хельмо в это время склонив голову, думал о том, что хоть ему и страшно, хоть он и неопытен, он хочет быть с Янгредом, почувствовать его пламя, пусть обжигающее, но такое тёплое.  Из раздумий его вырвало то, что Зверёныш подхватил его на руки, прижав к своей широкой груди в жёсткой рубахе. Хельмо от удивления и смущения, всё-таки его держали как красну девицу, отвернулся от огненного чуть откинув голову назад. Ох, какая волна возбуждения от этого прокатилась по Янгреду. Его Хельмо, такой хрупкий, лёгкий и покорный, в его объятиях открывает ему свои изящные изгибы. И под властью желания, Янгред склонился к его шее и легонько прикусил кожу у кадыка. Хельмо вздрогнул от этого и повернулся к огненному с выражением лёгкого недовольства на лице. Только Зверёныша это не остановило, ведь он видел, чувствовал как юношеское тело отзывается на ласки, и он продолжил покрывать краснеющую шею поцелуями. Когда Хельмо оказался на перине, он был слишком смущён чтобы смотреть на Янгреда, который расставив свои ноги по обеим сторонам бёдер своего партнёра, возвышался над ним, и заслонил своё лицо руками. - Хельмо, -наклонившись к его лицу, хрипло сказал Янгред,- если ты будешь закрывать своё лицо я не смогу насладиться твоей красотой, да и снять с тебя рубаху это помешает. Вздохнув княжич приподнял руки и позволил огненному снять с себя верх. Тело Хельмо было подтянутым, хорошо сложенным, и в тоже время изящным, а теперь Янгреду казалось что одно неаккуратное прикосновение, может оставить трещины на гладкой белоснежной коже. Хельмо расположил руки вдоль своего тела и покорно подставлял его под взор возлюбленного. Янгред почти невесомо провёл рукой от шеи до живота княжича, который уже был напряжён, и взгляд его зацепился за затвердевшие соски, которые своим цветом напоминали нежно розовые лепестки яблоневых цветов. Зверёныш склонился над одним из них и ,поймав взгляд Хельмо, сначала несколько раз аккуратно лизнул, а затем обхватил сосок губами, стал его посасывать и дразнить языком. Оставлять второй лепесток без внимания Янгред не собирался и поэтому зажал его между большим и указательным пальцем, и стал массировать его ими, прокручивать и несильно прищипывая оттягивать. Хельмо тихо постанывал, пока огненный играл с его сосками, его шершавый язык и потрескавшиеся губы дополнительно стимулировали нежный лепесток, а грубоватые, из-за жизни война, пальцы крепко обхватывали второй лепесток. Янгред на мгновение прекратил ласки и  княжич было подумал что эта сладкая пытка закончилась, ведь ему уже хотелось большего, но тот просто поменял методы воздействия и тот сосок, который ласкали пальцы, теперь оказался в плену рта. Из-за того что соски уже долго ласкали они набухли и стали чувствительнее, и когда ласки  продолжились Хельмо простонал во весь голос.  - Янгред….прошу хватит. Не надо больше. Это странно. Зверёныш послушался и оставил раскрасневшиеся соски в покое. И принялся прокладывать дорожку из поцелуев от лба возлюбленного до низа его живота, когда он закончил с этим он стянул его штаны, нижнее бельё и Хельмо остался совершенно обнажённым, его член уже был твёрдым, а тело била лёгкая дрожь. Янгред стянул с себя верхнюю одежду, правда решил пока оставить низ, чтобы не смущать Хельмо.  И хотел уже приласкать член возлюбленного, но тот его прервал: - Подожди, прошу дай мне доставить тебе удовольствие. Я не должен один получать внимание и ласки.  Видно было как выбили эти слова из колеи самого говорящего, как стыдно было произносить ему это в слух и как приятно это слышать от любимого человека, осознавать, что он желает тебе того же что и ты ему. Чуть слышно посмеявшись(чтобы не спугнуть Хельмо и его желание) Янгред улёгся на перину рядом с княжичем и сказал: - Солнце моё, вот я-весь твой. Что же ты хочешь сделать для меня? Я приму всё. В глазах княжича заплясали озорные огоньки, на подрагивающих руках он привстал, перевернул Янгреда на спину, а сам сел на него сверху, чуть ниже бёдер. Этот вид вызвал у Янгреда великое наслаждение, ему хотели сделать приятно и уже делали это, даже не осознавая того. - Тебе не тяжело? - спросил чуть поёрзав Хельмо. - Милый, ты лёгкий, как пёрышко. Тяжело мне скорее в другом плане. С этими словами огненный провёл рукой вдоль позвоночника княжича и аккуратно погладил ягодицу. - Я.. я облегчу… - Чт..? Хельмо приспустил штаны и нижнее бельё огненного, его внушающих размеров член сочащийся смазкой немного подрагивал. Не теряя времени и не давая себе времени передумать, княжич обхватил его рукой и начал ритмично двигать вверх и вниз, то сдавливая сильнее, то касаясь почти невесомо. Конечно из-за его неопытности, ласка выходила неуклюжей, но она сносила Янгреду крышу, он готов был кончить от любого следующего прикосновения и тут Хельмо его удивил. Он окутал головку члена своими губами, слизал выступавшую жидкость, и , услышав гортанный стон-рык, заглотил глубже. Теперь княжич стимулировал член и руками, и ртом. Он не торопился, если давился от глубины то чуть вынимал член и просто ласкал его языком. Янгред в это время запустил руку в серебристые вьющиеся волосы и сжимал их, чуть надавливая, когда хотел большего, и оттягивая назад, когда Хельмо не справлялся со всей долиной. И вот огненный почувствовал, как он близок к пику, попытался оторвать княжича от члена, но тот упрямо держался, хоть натяжение волос приносило боль и слёзы уже выступали на глазах. - Солнце, я сейчас кончу. Отстранись, ты не должен это принимать. Но он не послушал и после нескольких грубых движений, Янгред излился ему в рот. Тот приподнялся и схватил Хельмо за плечо: - Ну почему же ты не слушаешь старших? -подставив ладонь ко рту княжича, он продолжил,- Не глотай главное, выплюнь и скажи мне зачем ты это сделал. На этот раз послушался его и ответил опустив глаза: - Чтобы зайти дальше нужно разработать меня, а у нас нет масла, а на сухую больно будет, я же не девушка. - А откуда знаешь? Неужто ты уже испытывал подобное удовольствие? Ревность чувствовалась в этих словах, глупая, детская, как будто плохо что у него есть опыт, что его первый раз будет не с неотёсанным варваром. Хельмо зарделся, вскинул голову вверх и ухватился за запястья огненного: - Не было у меня подобного, а слышал от праздных бояр на пирах, да солдат. Ты…ты первый у меня будешь. Как глупо было спрашивать подобное, да и теперь в голову закралась мысль о том что при дворе и в походе кто-то смотрел на княжича с таким же желанием как он сам. Но теперь этого не стоит бояться, ведь он рядом, огородит ото всех, потому что солнце само позволило ему быть подле себя. - Понимаю, ты молодец, подумал наперёд. Теперь ложись, я подготовлю тебя. Хельмо устроился на спине, чуть приподняв туловище на подушках, но не торопился раздвигать ноги. - Милый, ты должен широко раздвинуть ноги иначе я не смогу тебя подготовить. Княжич стыдливо расставил ноги так широко как только мог и Янгред увидел его подрагивающий член, который поблескивал от влажности, и колечко мышц, того же цвета что и соски, которое было напряжено. -Ты всё ещё не кончил? Медленный кивок. - Говорил о моём удовольствии, а сам не получил разрядки. Свободной рукой Янгред обхватил член Хельмо и ритмичными, грубоватыми движениями начал доводить его до пика. Когда оставалось совсем немного до конца огненный вобрал половину длины в свой рот, Хельмо вцепился в длинные рыжие локоны: - Нет.. прошу. Я ведь сейчас кончу! Не надо.. ах! Кончая, княжич свёл колени и Зверёныш не смог бы отстраниться. Тело размякло после разрядки, Янгред отстранился и пока возлюбленный был расслаблен, он выплюнул его сперму себе на руку и размазал по пальцам и члену, а потом круговыми движениями начал массировать плотное колечко мышц. Следом медленно вошёл первый палец, нутро сжалось пыталось вытолкнуть посторонний объект и чтобы расслабить возлюбленного Зверёныш стал покрывать его тело поцелуями, оглаживать талию и ягодицы, невесомо задевать соски. Это помогло, парень расслабился и уже второй палец вошёл в него. Пальцы проникали всё глубже, раздвигая нежную плоть. Огненный сумел нащупать простату и начал массировать её, из-за чего Хельмо издал протяжный стон и воскликнул: - Остановись… это странно..прошу тебя. - Ответь: тебе приятно? - Я..я не знаю. Я как будто плавлюсь.. даже думать тяжело. - Оо, малыш, это значит что тебе очень хорошо. Спустя время Янгред спокойно мог вставить 4 своих пальца, а княжич ещё раз кончил. Встав с перин, огненный наконец полностью снял с себя одежду, а затем вновь опустился между ног любимого.  - Хельмо, ты готов дойти до конца?  - Да. - Тебе может быть больно. - Я знаю.. знаю, но всё равно хочу тебя. - Тогда я вхожу. Приставив член ко входу, Янгред поддался вперёд и вставил головку в разгоряченное тело. Хельмо вскрикнул, его нутро болезненно сжалось. Зверёныш накрыл чужие губы поцелуем и продолжал медленно вставлять длину, отвлекая юношу поцелуями. Когда он полностью был внутри, отстранился и залюбовался. Его возлюбленный, его солнце лежало с разметавшимися по подушкам волосами, залитым румянцем лицом и алыми отметинами, которые он сам оставил, на белоснежной коже. Тяжёлое дыхание, помутневший взгляд, капельки слёз, собравшиеся в уголках глаз - всё было прекрасно в нём. Янгред дал Хельмо привыкнуть к чувству наполненности, а после этого стал двигаться, медленно, с чувством и ловя каждый вздох, стон партнёра. Звуки соприкосновения их плоти разносились по покоям,3верёныш продолжал ласки ртом и руками, а его ритмичные, спокойные движения внутри чужого тела вызывали у обоих хриплые стоны. Вдруг, вскинув руки и заведя их ему за шею, притягивая тем самым его ближе к себе, Хельмо простонал:  - Прошу тебя…. умоляю я так больше не могу.. Актив готовился остановиться, выйти полностью и завершить эту ночь, но: - Я хочу чтобы ты был глубже… быстрее, жёстче… я не сломаюсь, так что не нужно быть таким аккуратным. И посмотрел он на Янгреда из под опущенных ресниц, и подумал не слишком ли это звучало откровенно и пошло, не примут ли его за развратника, не оттолкнёт ли, и сжал свои губы в тонкую полоску от напряжения. В это время огненный воспылал ещё сильнее, его хотели, хотели полностью, хотели его пламя, его порывы, его настоящего, не проявляющего излишнюю осторожность.  Издав довольный рык, Зверёныш подхватил ноги Хельмо под коленями, и прижал их ближе к его телу, что позволило углубить проникновение. Навалившись на возлюбленного он потянулся за поцелуем, поймал чужие губы и ,не отпуская их, начал вдалбливаться в податливое тело рваными, быстрыми, глубокими толчками. Стоны мужчин слились воедино и заглушались поцелуями, которые прекращались на миг, а потом вновь продолжали терзать их губы.  Янгред был уже близок к разрядке и уткнувшись в плечо светловолосого прохрипел: - Хельмо, я….кончаю.  После этого последовало несколько глубоких медленных толчков, княжич прогнулся в и насаживался сильнее, двигая бедрами навстречу напору рыжеволосого. Вскоре Зверёныш излился внутри чужого тела. Дав и себе, и Хельмо отойти от этого, он не вынимая член сел и потянул его за собой, усадив на него до самого основания. Княжич промычал из-за повышенной чувствительности после первого раза и уткнулся своей белокурой макушкой в тяжело вздымающуюся широкую грудь. Пригладив серебряные волосы, Янгред сказал:  - Я не хочу останавливаться сейчас… мне всё ещё мало тебя. Ты хочешь продолжить или мне остановиться? Первый раз тяжёлый сам по себе, да и ты не обязан потакать моему желанию.  Хельмо поднял свою голову, огладил рукой щёку возлюбленного и после короткого, тихого поцелуя сказал: - Я хочу позволить тебе быть жадным…  Тепло, по-доброму рассмеявшись Янгред, прикрыв глаза рукой, ответил: - Малыш, ты сводишь меня с ума.. нельзя быть таким.. открытым - Но я ведь знаю, что ты не сделаешь то что мне не понравится или причинит боль.. - И то правда. Разместив одну руку на талии, а вторую на спине княжича, Янгред начал двигаться, с нетерпением, животным наслаждением. Хельмо прогнулся в спине, выставив свою грудь вперёд. Склонившись к его груди Зверёныш принялся вылизывать и покусывать соски. Толчки ускорялись, соски невыносимо жгло, ногти оставляли красные дорожки на спине огненного. - Янгред.. я скоро кончу. - Всё хорошо, кончай. - Но..-томная пауза, подрагивающие ресницы,- я хочу кончить вместе с тобой. На мгновение огненный остановился, изумлённый этими словами, а затем одной рукой крепко обхватил чужой член у самой головки, большим пальцем надавив сверху на уретру, второй рукой придерживал спину юнца. Толчки набирали темп, потом сбрасывали его, становились тягучими, мучительными. И вот приблизился конец, ко всему прочему добавились лёгкие движения по стволу члена. Они излились одновременно, один кончив со звонким стоном на крепкое тело напротив, вцепившись в твёрдые плечи, а второй в тёплое, нервно сжимающееся нутро. Немного отдышавшись, Янгред уложил размякшее тело Хельмо на перины и вышел из него с хлюпающим звуком. Дырочка не закрывалась полностью и из неё тонкой струйкой вытекла белёсая жидкость. Зверёныш лёг на бок рядом с возлюбленным, который жадно ловил ртом воздух и мелко дрожал, и поцеловал того в висок. - Закончим на этом, солнце.  Повернув голову, его солнце спросило: - Что же так скоро ты мной насладился?  - Да, поскольку поверь ты превзошёл все мои ожидания и даже поверг меня в шок. Да и лучше растянуть удовольствие, чтобы оно не приелось. Хотя ты никогда не станешь для меня чем-то обыденным, ведь ты уже особенный. Хельмо повернул свою голову в его сторону: - Я рад. Я боялся, что не смогу тебя удовлетворить. - Не нужно о таком переживать, сам факт того, что ты принял мои чувства, позволил быть с тобой и заключить в свои объятия, уже сделало меня самым счастливым. Прыснув смехом, княжич сказал:  - И это говорит тот, кто так яростно выбивал из меня стоны? Янгред ответил, убрав прядь волос с лица юноши: - Ты сам меня о том просил. Или тебе было настолько хорошо, что ты забыл об этом? - Не забыл. - и после недолгого молчания добавил,- Обними меня, пожалуйста. С лёгкой улыбкой на лице, он выполнил эту просьбу и поцеловал возлюбленного в лоб. - Хельмо, солнце моё. Я всегда буду с тобой, согревать тебя своим огнём, а врагов твоих хоронить в нём. Всегда буду любить тебя. - Янгред, мой огонь. Я всегда буду освещать твой путь, дарить тебе своё тепло, а врагов твоих испепелю своими лучами. Была дана новая клятва, что закрепила их союз и сама судьба ему благоволила. - Давай спать, любимый. Завтра нас ждёт много дел. Как минимум он будет выяснять кто проговорился Хельмо о тех поцелуях и слезах, Тсино или Лисёнок. - Да, завтра нас ждёт очередной тяжёлый день. - Но мы будем вместе. - Вместе.  Счастливые герои в объятиях ночи и друг друга уснули крепким сном, предвкушая свой совместный быт.