Маска Времени

После того дня на берегу озера Катриона перестала бывать в гостиной Гриффиндора. Она приходила в башню только поздно ночью, когда все уже спали. Пробиралась в спальню на цыпочках, бросала сумку у кровати и ложилась, глядя в потолок, слушая, как Анджелина мирно посапывает за стенкой, а где-то там, за дверью, в мужской половине, раздаётся приглушённый смех Фреда и молчание Джорджа. Смех, которого она больше не слышала рядом с собой. Днём она пропадала в библиотеке, на пустынных коридорах, на берегу Чёрного озера. Но чаще всего — на Астрономической башне. Там, на самом верху, под открытым небом, её никто не искал. Ветер трепал волосы, звёзды мерцали холодным серебром, а внизу, далеко-далеко, жил своей жизнью Хогвартс — шумный, тёплый, чужой. Катриона сидела на каменном парапете, поджав ноги, и смотрела в небо. Здесь она тренировалась. Отрабатывала заклинания в тишине, под вой ветра. Палочка рассекала воздух, красные и синие вспышки выхватывали из темноты её сосредоточенное лицо. — Экспеллиармус, — шептала она, и луч ударял в каменную стену. — Ступефай. — Протего. Щит вставал перед ней серебристой дымкой, на секунду — на две — и рассыпался. Она снова поднимала палочку. Быстрее. Жёстче. Чтобы не думать. Но мысли всё равно лезли. Как Джордж смотрел на неё перед тем, как уйти. Как Фред кривил губы. Как Ли отводил глаза. Так должно быть, — твердила она себе, кусая губу до крови. — Я всё исправлю. А потом… Потом она не знала. ─── Однажды вечером — уже в конце мая, когда воздух стал тёплым, а ночи — короткими, — Катриона услышала шаги на лестнице. Она замерла, палочка наготове. Кто-то поднимался — медленно, не таясь, но и не торопясь. Значит, не преподаватель. Не Пожиратель смерти. Из люка показалась знакомая кучерявая голова. — Ли? — удивилась Катриона, опуская палочку. Ли Джордан вылез на площадку, отряхнул колени и виновато улыбнулся. Улыбка была грустной — не той, широкой и озорной, которой он обычно встречал друзей. — Долго тебя искал, — сказал он, садясь на парапет неподалёку. — Не надо было искать, — ответила Катриона, возвращая взгляд к звёздам. — Надо было. Повисла тишина. Где-то внизу ухал филин, и ветер доносил запах озера. — Фред сказал, что ты превратилась в привидение, — наконец произнёс Ли. — Только не летаешь сквозь стены. Появляешься на завтраках, потом исчезаешь. — Я тренируюсь, — сухо ответила Катриона. — Мы все это знаем. Но ведь дело не только в тренировках. Катриона промолчала. Она смотрела на звёзды, но на самом деле не видела их — только тёмную пустоту, в которой растворялись все её мысли. Ли вздохнул, подтянул колени к подбородку. — Послушай… я не хочу выбирать сторону. Вы все мне дороги. И ты, и они. — Я и не прошу выбирать, — тихо сказала она. — Ты мой друг, Ли. Всегда. И я никогда не поставлю тебя перед выбором. Просто… сейчас так нужно. — Нужно? — Ли повернулся к ней. В его голосе впервые за весь разговор прозвучала горечь. — Нужно гнобить себя? Нужно не спать ночами? Нужно игнорировать их, хотя вы оба с ума сходите? Катриона дёрнулась, но не ответила. Она не могла. Не имела права. — Я не знаю, что ты задумала, Катри, — продолжал Ли, понижая голос. — Но Джордж… он злится не на то, что ты хотела победить. Он злится на то, что ты не доверяешь им. Им. Нам. Что ты гробишь себя, не объясняя почему. — Не могу, — прошептала Катриона, чувствуя, как к горлу подступает комок. — Я не могу объяснить, Ли. Просто… не могу. Она сжала край парапета так, что побелели костяшки. Ветер трепал её волосы, и звёзды смотрели на неё безжалостно — холодные, равнодушные, как судьба, которую она пыталась изменить. — Тогда скажи ему хотя бы то, что можешь, — сказал Ли мягко. — Что ты скучаешь. Что тебе больно. Что ты не специально. Катриона молчала долго. Она закрыла глаза и представила лицо Джорджа — обиженное, растерянное, но всё ещё тёплое. То, которое снилось ей каждую ночь. Она стянула свитер через голову — тот самый, алый, с вывязанной буквой «G», подаренный Джорджем. Дрожащими пальцами сложила его аккуратно и протянула Ли. — Передашь ему? — попросила она, глядя в сторону. — Что я скучаю. И что… что мне жаль. И что этот свитер… он должен быть у него. Я его не заслужила. Пока нет. Ли взял свитер, внимательно посмотрел на неё, но ничего не сказал. Только кивнул. — Передам. Он поднялся, уже собрался спускаться, но остановился у люка. — Катри? — Ммм? — Ты не одна. Помни об этом. И он скрылся в темноте лестницы. Шаги затихли, и Катриона осталась одна — на ветру, под звёздами, с камнем на сердце. Она обхватила себя руками, пытаясь согреться, и прошептала в пустоту: — Я скучаю. Просто скучаю. ─── А внизу, в гостиной Гриффиндора, Джордж сидел у камина и смотрел на огонь. Фред давно ушёл спать, Ли исчез куда-то час назад, и в комнате было тихо — только потрескивали поленья да шептались портреты. Когда портрет открылся, Джордж даже не обернулся. Он знал, кто это. — Нашёл? — спросил он глухо. — Нашёл, — ответил Ли, спускаясь в гостиную. Он подошёл к Джорджу и молча положил на колени свитер. Алый, шерстяной, с буквой «G». Джордж уставился на него, и его лицо дрогнуло. — Она сказала, что скучает, — тихо произнёс Ли. — И что ей жаль. И что ты должен забрать свитер. Она его не заслужила. Пока нет. Джордж взял свитер в руки, провёл пальцами по мягкой шерсти. Он пах дымом, чернилами и чем-то ещё — неуловимым, её. — Она дура, — сказал он, но в голосе не было злости. — Настоящая дура. — Думаю, она сама это знает, — Ли положил руку ему на плечо. — Дай ей время. И дай ей шанс. Джордж не ответил. Он просто сидел, прижимая свитер к груди, и смотрел на огонь. Где-то наверху, на Астрономической башне, Катриона смотрела на звёзды и чувствовала, что одно сердце — далеко внизу — бьётся в такт с её. И это давало ей силы ждать дальше.