***
20 мая 2026 г., 10:47
Несколько часов назад завершился финал. Артисты решили отдохнуть и отпраздновать, прежде чем разъезжаться обратно по своим странам. Многие уехали из отеля веселиться в караоке.В отеле осталось лишь двенадцать человек, которые решили собраться в одном из номеров и выпить.
Самым первым их небольшую компанию покинул Томас. Он был немного подавлен из-за того, что допустил ошибку во время выступления, и потому выпил очень много. Вскоре он ушёл, так как из-за алкоголя в крови все эмоции выкрутились на максимум.
В одном из углов на мягкой подушке валялся Даниэль. Он совершил грубейшую ошибку, понизив градус, и потому очень быстро опьянел. Рядом с ним сидели Космо и Айдан, которые следили за состоянием парня и общались между собой, потягивая виски. В другом углу расположились Сатоши и Акилас. Под действием спиртного они совсем перестали обращать внимание на окружение и отдались своим чувствам, сцепившись в страстном поцелуе и не желая отпускать друг друга. В метре от них сидел перепивший Павле и смотрел в сторону большой двуспальной кровати. В глазах у него всё плыло, он не мог различить ни одного лица, но ясно понимал, что прямо сейчас на этой кровати кто-то собирается предаваться плотским утехам. Он наблюдал за происходящим, даже не подозревая, что главная звезда этого вечера — его старший брат Лука.
Лука лежал полностью голый на кровати. В глазах немного плыло, но он всё понимал. Его лицо было красным; ему совсем не хотелось, чтобы кто-то видел его в таком состоянии. Парень попытался прикрыть пах руками, но его сразу же со всей силы ударили по кистям.
— Не прикрывайся, — тихо сказал кто-то.
И тут Лука почувствовал адскую боль. Он выгнулся в спине в надежде, что это хотя бы немного поможет, но боль не утихала, и по щекам покатились слёзы.
— Не дёргайся, — вновь произнёс тот же голос, и едва отступившая боль вернулась с двойной силой.
Пытаясь вытерпеть это мучение, Лука даже не смотрел на своего насильника, который со всей силы вдалбливал его в кровать, увеличивая страдания парня под собой.
Лука раньше никогда не имел интимного опыта с мужчинами, поэтому его тело совершенно не было к этому подготовлено. Но Сорену было глубоко плевать: для него имело значение лишь собственное удовлетворение. Он не удосужился не то что растянуть парня, даже смазку не использовал— сразу вошёл в него на всю длину и быстро набрал темп. С каждым толчком из груди Луки вырывался крик боли.
Даже спустя долгие минуты боль не утихала. Лука не мог остановить слёзы и пытался отползти, чтобы прекратить этот кошмар, но его били и притягивали обратно. После нескольких резких толчков Лука почувствовал внутри себя жидкость, и боль начала немного притупляться.
Повернувшись на бок, он потянулся рукой к паху. Стоило ему прикоснуться к себе, как его вновь пронзила резкая вспышка боли. Посмотрев на пальцы, он увидел кровь. Лука обнял себя трясущимися руками; ему было невыносимо больно и плохо, он не знал, что делать и как унять эту боль.
Не успев прийти в себя, парень вновь почувствовал проникновение. В него кто-то снова вошёл, и эта мучительная боль вернулась. Он опять прогнулся, пытаясь уменьшить страдания, но тут услышал совсем другой голос.
— Расслабься, будет легче, — прошептал ему незнакомец и ненадолго отстранился.
Мужчина перевернул парня на спину, закинул его ноги себе на плечи и аккуратно начал входить, стараясь причинить минимум вреда. Но получалось плохо, и из глаз Луки вновь хлынули слёзы.
— Пожалуйста, не надо, хватит... — его голос был тихим, умоляющим, но его никто не послушал.
Пете двигался спокойно и медленно, но после Сорена даже это было настоящим мучением. С каждым толчком из груди Луки вырывались всхлипы, его глаза покраснели от бесконечных слёз, но он не мог остановиться. По сравнению с прошлым разом боль казалась чуть менее острой, но она всё равно была невыносимой.
Вдруг Лука почувствовал чужие руки на своём члене. Он распахнул закрытые глаза и попытался убрать руки Сорена, но тот снова ударил его.
— Не трогай, — голос датчанина был жёстким и грубым, под стать его недавним действиям.
Он начал быстро двигать руками, желая услышать стоны Луки, и добился своего. Это были тихие, почти неслышные звуки, смешанные со всхлипами.
— Ну же, громче, — Сорен чуть ускорился. В этот момент Лука вновь почувствовал внутри себя тепло, а после из его уст вырвался громкий стон — он кончил, на его животе остались белые капли. Парень подумал, что всё наконец закончилось, но он ошибался: всё только начиналось.
Всё это время рядом с кроватью сидели норвежец и итальянец. Они оба неотрывно наблюдали за происходящим, а Джонас и вовсе начал дрочить. Они видели, как Луке больно, но им было так же плевать — они просто хотели получить свою долю наслаждения.
Лука лежал и старался не двигаться. Боль почти полностью отступила. Парень думал, что насильники получили своё и теперь он сможет отдохнуть. Но вдруг он почувствовал, как его грубо взяли за талию, перевернули и поставили на колени. Под ним расположился Пете. Брюнет замер, стараясь не шевелиться, чтобы не провоцировать новые приступы боли, но в следующую секунду в него вновь вошли. Медленно, но мучительно.
Это был не конец.
Стоило Пете войти в него целиком, как к нему присоединился Сорен, который резко вбился в Луку сразу на всю длину. Из-за этого ткани растянулись ещё сильнее, и прежняя боль увеличилась вдвое. Парень уже не мог сдерживать крик. Оперевшись руками о кровать, он чувствовал, как в нём одновременно двигаются двое: один — резко и грубо, другой — чуть медленнее. Это причиняло невероятные страдания. Лука рыдал и кричал, не понимая, чего ещё от него хотят и неужели им мало тех мучений, что они уже ему причинили.
Минуты тянулись невыносимо медленно. Каждый толчок приносил новые страдания. Лука плакал, кричал и умолял остановиться, но его игнорировали.
И вот всё наконец завершилось. Он почувствовал, как в него в последний раз кончили и вышли. Однако легче не стало: всё горело огнём, и стоило ему хотя бы немного пошевелиться, как волна острой боли пронзала всё тело. Парень остался лежать на кровати. По его щекам лились слёзы, когда он услышал отдаляющиеся шаги. Они ушли. Теперь это точно был конец.
Лука скрутился калачиком и обнял себя руками. Слёзы непрерывным потоком катились по лицу. Он чувствовал, что никогда не сможет отмыться от этого позора: его только что изнасиловали на глазах у девяти человек, среди которых был и его младший брат, и никто из них не помог ему — ни один. Он не знал, как жить дальше. Сейчас ему больше всего хотелось смыть с себя все эти прикосновения, но встать было слишком больно, и он просто остался лежать на кровати, тихо всхлипывая.
