Привычка искать тебя

Сначала были голоса. Где-то далеко — как сквозь толщу воды. Затем ощущение тяжести; такое, словно всё тело залили свинцовой массой и она успела застыть, не давая даже нормально пошевелиться. Айви медленно открыла глаза. Потолок купе размывался, кружился и рябил чёрными пятнами, из-за чего ей пришлось несколько раз проморгаться. Не помогло. Мир вокруг всё равно продолжал кружиться, и Данбар сглотнула, пытаясь подавить подступающую тошноту. Собрав остатки сил, она приподнялась на локте и тут же поморщилась. Виски запульсировали с такой силой, будто голову сдавили и пытались расплющить. На секунду Айви даже не поняла, чего ей хочется больше: блевануть прямо на пол купе или просто отрубить себе голову. — Осторожнее, — прозвучал хрипловатый голос сбоку. — Как ты? Вдох-выдох. Вдох-выдох. Айви зажмурилась, пытаясь сосредоточиться хоть на чём-то одном. — Умничка, — сказал голос, — не торопись. Данбар снова попыталась вдохнуть глубже, но воздух будто застревал в горле и не давал нормально продышаться. Мир по-прежнему плыл перед глазами, и купе казалось то слишком тесным, то вдруг бесконечно далёким. Всё же совладав с собой, она открыла глаза и осмотрелась. Рядом с ней, на сиденье у окна, сидел Уизли. Не Лиам, конечно, — тот как раз стоял напротив, нависая над ней с таким лицом, будто увидел восставшего из мёртвых, который готов был сожрать его мозги. Нужно перестать смотреть маггловские фильмы, Мерлина борода. Один из близнецов выглядел слишком расслабленно, словно такое происходило вокруг него постоянно. Он, закинув ногу на ногу, смотрел то на неё, то на перепуганного Лиама. И улыбался, чёрт возьми. Ну конечно, улыбался. — Фред? — хрипло выдавила она. — Решил, что таким образом попытаешься охмурить меня? Шутка, видимо, выдалась не очень, потому что в тот момент Фред нахмурил брови и наклонился к ней. — Обижаешь, Данбар. — ответил Уизли. — Я Джордж. Запомни наконец. Затем он поднял с сиденья небольшой свёрток и протянул ей. — Держи шоколадку. Какой-то мужик раздавал, — пояснил Джордж, заметив недоверчивое выражение лица девушки. — Сказал, что помогает от этих тварей. — Спасибо, — забирая из его рук плитку шоколада, ответила она, и чуть помедлив, добавила: — Джордж. Уизли довольно усмехнулся, поднимаясь с места. — Надо же, прогресс! Рядом Лиам всё ещё стоял в ступоре, тяжело дыша, словно только что пробежал несколько миль без остановки. Тёмно-русые волосы растрепались ещё сильнее обычного и теперь беспорядочно спадали ему на вспотевший лоб. Айви понимала, что он был слишком напуган, но также понимала, что он никогда бы в этом не признался сам. А его пальцы всё ещё судорожно держали палочку, отчего костяшки на руках побелели. Серо-голубые глаза метались по купе — от Айви к Джорджу, от Джорджа к двери, будто он предполагал, что эта тварь в любой момент может вернуться обратно. Взгляд у него был затуманенный, и появлялся лишь в те моменты, когда все эмоции начинали рваться наружу быстрее, чем он успевал их контролировать. Айви всегда казалось, что брат физически не умеет скрывать чувства. — Всё нормально, Лиам. Данбар наконец взглянул на сестру. — Он… я не… понимаю… — Через рваные выдохи попытался сказать он. — Эй, дружище, — к нему подошёл Уизли, и хлопнул по плечу, — расслабься, всё в порядке. Переодевайтесь и приходите в себя, скоро будем в Хогсмиде. Лиам лишь машинально кивнул, всё ещё не сводя взгляда с сестры. — Спасибо, — тихо буркнул он спустя пару секунд. Джордж на секунду замер, явно не ожидая услышать благодарность от него, а потом широко улыбнулся. — Было бы за что. Он подхватил с сиденья свою мантию и бросил напоследок: — Увидимся в Большом зале. И вышел из купе. Поезд мерно покачивался на рельсах, за окном медленно сгущались сумерки, а по стеклу всё ещё тянулись тонкие полосы инея, оставшиеся после неизвестного существа.

***

В Большой зал он вошли, когда уже бо́льшая часть студентов расселась по скамьям. Тысячи жёлтых свечей парили под зачарованным потолком, отражаясь в золотых тарелках, но Айви всё ещё чувствовала себя так, словно всё тело пронизывают иголками. Голова гудела, в висках пульсировало, а запах жареного мяса, доходящего с учительского стола, вызывал тошноту. Лиам тащил её за руку, лавируя между скамьями, и бормотал что-то про «чёртовых тварей» и «безответственное Министерство». Айви его не слушала. Она пыталась не упасть, когда брат с силой волочил её за собой. Они сели на свободные места ближе к концу стола Гриффиндора. Лиам вновь завалил её вопросами о самочувствии и, убедившись, что всё хорошо, отвернулся к кому-то слева и начал оживлённо что-то рассказывать. Данбар не вслушивалась — в ушах всё ещё стоял нарастающий гул, — но краем глаза заметила знакомый силуэт. Оливер Вуд. Он сидел рядом с братом, зевая, с полу расстёгнутой мантией. В зале действительно становилось душно, и девушка пару раз тяжело выдохнула. Лиам что-то упрямо доказывал ему, размахивая руками, а Вуд кивал, изредка вставляя короткие фразы. — …серьёзно, я тренировался всё лето, — донёсся до Айви голос брата. — Я научился новому развороту, никто в школе такого не делал! — Посмотрим, — ответил Оливер с лёгкой улыбкой. — Завтра пробный отбор. Я в тебя верю, Ли. Самое главное, тебе нужно обойти Бэлл, и оставить её на скамейке запасных. Лиам просиял так, будто ему уже вручили Кубок Школы и назначили капитаном по квиддичу. Айви отвернулась, разглядывая первокурсников, которые кучковались у дверей. Маленькие, испуганные, с огромными глазами. Некоторые дрожали от страха и волнения, потому что были главными «знаменитостями» этого вечера. Она вспомнила себя пять лет назад: такой же мандраж, мокрые от пота ладони, шёпот Лиама: «Не бойся, мы в одной школе, я рядом». Потом Шляпа запела. Айви не вникала в суть песни, она лишь ожидала пока подадут еду, хоть её до сих пор и подташнивало. Распределение тянулось бесконечно. Один первокурсник за другим подходили к табурету, шляпа выкрикивала факультеты, столы взрывались аплодисментами. Девушка хлопала на автомате, не запоминая имён. Когда шляпа наконец замолчала, поднялся Дамблдор. Старик развёл руками, и вмиг зал погрузился в гробовую тишину. — С возвращением, дорогие студенты, — сказал он и голос эхом покрыл всю комнату, — я рад всех вас видеть. Но прежде чем начать пир, я должен сообщить вам, что в этом году будут патрулировать и охранять Хогвартс — дементоры Азкабана. По залу пронеслась волна шёпота. — Не волнуйтесь, они здесь по приказу Министерства Магии, чтобы поймать сбежавшего преступника Сириуса Блэка, и, надеюсь, их пребывание в школе будет кратким. Но прошу запомнить: дементоры особенные существа, они не подчиняются ни одному из профессоров, ни ученикам, ни даже мне. Поэтому — не вступайте с ними в контакт, не приближайтесь, не провоцируйте. Он поглядел на столы через свои очки-половинки и устало улыбнулся. — Но есть и хорошие новости. Я рад представить вам нового преподавателя Защиты от Тёмных искусств, — его голос заметно потеплел, — Римуса Люпина. Из-за учительского стола поднялся бледный и худой мужчина. Он робко поклонился, улыбнулся и сел обратно за стол. — Это он раздавал всем шоколадки, — прошептал на ухо Лиам, — странный мужик, конечно, но вроде как безобидный. Айви молча кивнула, всё ещё сверля взглядом нового преподавателя. Одежда у него была поношенная, вся в заплатках и потёртостях. На светло-каштановых волосах проступали седые пряди, а на худом лице белели старые зажившие раны. — А теперь — пир! — Хлопнул в ладоши Дамблдор. Золотые блюда наполнились едой. Какофония из запахов сразу ударила в нос, и живот скрутило в тугой узел. Да, давненько она не ела. Студенты тут же накинулись на еду, как стая голодных псов. Лиам тут же схватил ножку индейки и начал рассказывать Вуду про какую-то новую защитную тактику. Айви взяла немного картофельного пюре и ростбифа, умоляя мысленно себя пересилить рвотный рефлекс и впихнуть хоть что-то. Она ковыряла вилкой мясо, прислушиваясь к обрывкам разговоров. — …Поттер упал в обморок, говорят, прямо у дверей купе, его Люпин… — …а третьекурсница из Пуффендуя начала рыдать и её пришлось успокаивать… — …Джордан тоже отключился, слышал, близнецы его откачивали… Айви подняла взгляд. Близнецы сидели на другом конце стола, как раз рядом с Ли Джорданом, который с опустошённым взглядом смотрел на свою пустую тарелку. Фред что-то ему говорил, активно жестикулируя, и то и дело тыкал вилкой в сторону друга. А Джордж… Он вдруг поднял взгляд, отрываясь от ужина и взглянул на Айви. Она замерла. Он улыбнулся и коротко кивнул, словно спрашивая: «Ты как? Держишься?» Айви помедлила, а затем кивнула в ответ. Он довольно подмигнул и отвернулся, возвращаясь к еде. Девушка тоже, почему то, расплылась в улыбке. Ладно, не такие уж они и засранцы. — Эй, Ви, — она вздрогнула. Оливер перегнулся через Лиама и посмотрел на неё с явным беспокойством. — Лиам сказал, что ты тоже упала в обморок. С тобой всё путём? — Да, — соврала она, — я быстро отошла. Шоколад помог. Вуд нахмурился, очевидно, не доверяя словам подруги. — Ну ты если что, говори. Мы отведём тебя к Помфри. Дементоры — всё-таки не шутка. — Спасибо, Оли, но со мной правда всё в порядке. Парень кивнул, а затем потянулся к ней и легонько хлопнул по плечу. И снова увлечённо заговорил с Лиамом о квиддиче. Айви отвернулась и опустила взгляд в тарелку. Она поднесла вилку к губам и заставила себя съесть хотя бы кусочек.

***

В гостиной Гриффиндора было ещё жарче чем в зале. Тёплый свет от камина мелькал по стенам, полу, потолку, и отражался в начищенных доспехах. Айви сидела в кресле, подальше от огня, поджав под себя ноги, и читала учебник по трансфигурации. — Душа моя, — раздалось совсем рядом. — Как ты себя чувствуешь? Айви подняла взгляд. Фред Уизли стоял перед ней, засунув руки в карманы брюк, с лёгкой полуулыбкой на веснушчатом лице. Он выглядел расслабленным — может, чуть более расслабленным, чем стоило, — и смотрел на неё с тем выражением лица, которое она научилась распознавать ещё на втором курсе. Выражение это значило ни что иное как: «я сейчас начну флиртовать, и тебе это, как обычно, не понравится». — Жива, — ответила Айви, закрывая книгу. — Как видишь. — Жива — это хорошо, — Фред, не спрашивая разрешения, просто плюхнулся в кресло напротив, положив ногу на ногу. — А то мы там все перепугались. — Все — это ты? — Усмехнулась она, убирая книгу в сторону. — Ну а как иначе! — Воскликнул Уизли. — Жаль, что я откачивал долбанного Джордана, а не тебя. Она знала, куда он клонит. Фред Уизли никогда не подходил к ней просто так — всегда с какой-то целью. То приглашал на Хэллоуин, то предлагал помощь с домашним заданием (которое она и без него делала на «превосходно»), то просто отпускал комплименты, от которых хотелось то ли закатить глаза, то ли блевануть. Сейчас, кажется, был очередной такой заход. — Ты сильно испугалась? — спросил Фред, чуть наклоняясь вперёд. В его глазах мелькнуло что-то похожее на искреннее любопытство. — Потому что я чуть не наложил в штаны, когда увидел его у дверцы своего купе. Айви прыснула, закрывая лицо руками. — Фред, — сказала она сквозь смех, — ты невыносим. — Я знаю, — ответил он с довольной ухмылкой. — Но ты хотя бы сейчас улыбаешься. А час назад лежала бледная как трупак. Значит, я всё делаю правильно. Он тоже разразился смехом, привлекая к себе внимание сидевших в зале студентов, которые тут же начали оборачиваться на них. — Фред! — раздалось с лестницы, ведущую в мальчишеские спальни. Айви обернулась. На нижних ступенях стоял, кажется, Рон — младший брат близнецов. Взлохмаченный, сонный, и уж слишком недовольный тем, что ему пришлось спуститься в гостиную. Он зевнул так широко, что послышался небольшой хруст челюсти, а затем почесал свою отросшую шевелюру. — Тебя зовёт Джордж и Ли, и они… — он снова зевнул, — что-то говорили про усовершенствование канареечных помадок, но я если честно нихрена не понял. Так что иди и разбирайся с ними сам, они не дают мне уснуть! Фред вздохнул, закатил глаза и поднялся с кресла. — Вечно они, — пробормотал Фредерик. — Душа моя, — повернулся он к Айви, — прости, зовут гении экспериментальной магии. Увидимся завтра. И постарайся больше не падать в обморок, ладно? На дементоров я ещё управы не придумал, а всё, что у меня есть из шоколада — взрывается. Айви хмыкнула. — Я постараюсь. Фред подмигнул и, хлопнув Рона по плечу, скрылся в проходе. Рон проводил брата мутным взглядом, потом перевёл его на Айви, молча кивнул и побрёл обратно в спальню, волоча ноги. В гостиной снова стало тихо. Камин потрескивал, в креслах и на диванах осталось всего несколько человек — кто-то читал, кто-то тихо переговаривался, а кто-то готовился к завтрашним урокам, изучая темы. Огни в канделябрах начали притухать, давая понять, что скоро отбой. Айви посмотрела на огонь, перебирая в памяти недавний разговор с Фредом. Странно. Обычно её раздражала его манера лезть без спроса, его дурацкие комплименты, его вечная игра на публику. Но сегодня… сегодня он был почти нормальным, смешным, выносимым. И даже его «душа моя» прозвучала не так тошнотворно, как обычно. Хотя... может быть это просто я была снобом, а не он раздолбаем?